«Пытаемся вернуться к нормальной жизни»
Главное Популярное Все
Войти

«Пытаемся вернуться к нормальной жизни»

Номина Соктуева, Валерия Бальжиева
39134 2

Фото: архив героев публикации

Как живут сейчас пострадавшие в резонансных ЧП в Бурятии

Всей республикой мы переживали за этих людей и внимательно следили за тем, как расследуются уголовные дела, в которых они пострадали. Однако проходило время, и со временем все эти ЧП забылись. Но не для них – тех, чьи жизни навсегда разделились на «до» и «после». 

«Информ Полис» начинает серию публикаций, в которой наши журналисты вспомнят самые резонансные происшествия последних лет. Чем завершилось их расследование и как теперь живут пострадавшие, читайте в нашем материале. 

Первыми мы рассмотрим случаи, в которых виновным оказались владельцы бизнеса. По их вине пострадали работники, дети клиентов, а один сотрудник лишился жизни. 

«От вида белой формы начинается истерика»

Жители Улан-Удэ до сих пор помнят, как 30 мая 2019 года около Дома торговли на улице Терешковой лопнул батут, на котором в тот момент находилось шестеро детей. Надувная конструкция перевернулась и чуть не улетела на проезжую часть. Четверо пострадавших ребятишек оказались в реанимации Детской республиканской клинической больницы (ДРКБ). 

Следственный комитет возбудил уголовное по ч. 2 ст. 238 УК РФ («Оказание услуг, предназначенных для детей и не отвечающих требованиям безопасности для жизни и здоровья потребителей»), а также задержал и поместил под домашний арест владельца аттракциона. Эксперты заключили, что надувную конструкцию установили с нарушениями существующих стандартов и даже не закрепили надлежащим образом. Стражи правопорядка начали проверку в отношении надзорного органа, который должен был следить за безопасностью на развлекательных объектах. 

Журналист «Информ Полиса» связался с отцом двоих детей, пострадавших на воздушном аттракционе. Семья Алдара Цыренжапова живет в деревне в Петровск-Забайкальском районе. Его 7-летний сын Тимур получил ушиб легкого, головного мозга и ЧМТ, на затылке треснул череп. 3-летняя Таисия сломала предплечье левой руки, получила сотрясение мозга и поранила лицо. 

Алдар Цыренжаповдо сих пор ездит с сыном по врачам из-за перелома черепа 

- С Тимуром до сих пор ездим по врачам из-за перелома черепа, весной запланирована поездка в Улан-Удэ. В целом все хорошо, но у него стал один глаз косить немножко, панические атаки. Сын боится, всегда спрашивает, все ли законно, проводит инструктаж, - говорит Алдар. – У дочери шрамы остались: на подбородке от рваной раны и на верхней губе точка. Она девочка, с этим на всю жизнь. Тая еще боится врачей. Любую белую форму увидит, и у нее начинается истерика. Постоянно с ней разговариваем, наверное, потребуется помощь психолога. 

... а дочка боится врачей

Глава семейства отметил, что не знает, на каком этапе находится расследование уголовного дела. 

- Следователь должен был вызвать нас в суд, он обещал, что до конца года все завершится и виновных накажут, - вспоминает Алдар Цыренжапов. - Я подписывал бумаги по двум уголовным делам - на владельца батута и сотрудника Роспотребнадзора. Мне рассказали в следственном комитете, что последний выдал разрешительные документы на сезон работы батута возле Дома торговли. Но оказалось, что он по технике безопасности не проходил. 

Сразу после происшествия глава Бурятии поручил Министерству социальной защиты населения РБ выплатить по 400 тысяч рублей из резервного фонда правительства РБ семьям детей, пострадавших на батуте. Алдар Цыренжапов получил 800 тысяч рублей за двоих детей. 

- Я от этой суммы отталкивался и попросил выплатить такую компенсацию виновника. А в СКР по РБ начали говорить, что владелец батута инвалид третьей группы и денег с него мы не догоним. Да мне не важны деньги, он бы чисто по-человечески извинился. У него же тоже есть дети, жена. Но организаторы батута или их родственники с нами не связывались, хотя обещали, что своевременную помощь окажут.

После этого случая Цыренжаповы в первую очередь заботятся о безопасности своих детей: лишний раз не разрешают им кататься на аттракционах, а на батуты перестали ходить вообще. 

- Теперь боюсь всего и всегда, а развеять детей надо. Я уже сам смотрю, что может случиться и что с этим делать, держу телефон на связи. Но жить-то дальше надо. Надеюсь, это будет единственный случай в их жизни, - добавил Алдар. 

«Я каждый день думаю об этом»

В феврале 2018 года 26-летний улан-удэнец Максим Батуев погиб в пожаре, будучи запертым в магазине DNS. Весной прошлого года стало известно, что дело о гибели продавца будет передано в суд. Родные молодого человека были возмущены, что виновником возгорания пытались сделать самого Максима, хотя он был заперт коллегой ключом снаружи. 

После этого новостей о ходе разбирательств не появлялось. Известно лишь, что после широкого резонанса в СМИ дело передали в отдел по расследованию особо важных дел. Управляющего магазином обвинили в нарушении правил противопожарной безопасности, повлекшем по неосторожности смерть человека. Была установлена причина возгорания – замыкание проводки. 

Мама Максима Гэрэлма Гомбоевна Батуева до сих пор не может пережить трагедию. Женщина говорит, что руководство магазина пыталось обвинить её сына в пожаре, но вскоре удалось установить истину. 

Максим Батуев погиб в пожаре, будучи запертым в магазине

- Изначально у них была позиция, конечно, очень неверная – они вели себя по-хамски и хотели обвинить самого Максима. Единственная наша цель была, чтобы сын был оправдан, чтобы признали его невиновность в пожаре. Это вина управляющего, работодателя Максима. На данный момент у меня нет слов, потому что я ещё не могу отойти. Я каждый день думаю об этом. Хочу поблагодарить всех, кто был с нами в трудную минуту, кто поддерживал и верил в Максима! - говорит Гэрэлма Батуева. 

«Была потеря зрения на 50%»

Взрыв в «Этнокафе» на пешеходной части улицы Ленина прогремел утром 26 октября. Ударной волной в заведении в долю секунды выбило все окна и входную дверь. Пострадало 12 человек – их просто раскидало по залу. Из них семь попали в больницу. Газовый баллон чудом не унёс человеческие жизни. 

Вскоре следственный комитет начал проверку, а после возбудил уголовное дело по ч. 1 ст. 143 Уголовного кодекса («Нарушение требований охраны труда»). Своё расследование провела и трудовая инспекция, которая пришла к выводу, что сотрудники не умели правильно менять газовые баллоны. К тому же они не заметили сломанный вентиль. Эти два фактора привели сначала к утечке газа, а после – к взрыву. 

Ксения Хороших, пострадавшая от взрыва в кафе, говорит, что расследование по делу ещё продолжается. Девушка решила отказаться от работы в общепите в будущем из-за страха, который ей пока не удаётся преодолеть. Сейчас она собирается в Москву, чтобы сделать операцию на лице. 

- В ноябре-декабре прошлого года я была на реабилитации в другом городе, и она прошла очень хорошо, мне понравилось. Работодатель наш в этом помог, и сразу после случившегося постоянно был рядом в больнице. И сейчас часто звонит и узнаёт о моём состоянии, говорит, что я могу обращаться, если потребуется помощь, - рассказывает Ксения. – Осталось немного шрамов от ожогов. Также мне предстоит съездить в Москву, прооперировать небольшой перелом на лице. Сейчас у меня нет особых неудобств в плане ожогов, потому что зима и всё можно скрыть одеждой. Но шрамы на руках до лета точно не сойдут, придётся их прикрывать. А так на лице всё решает косметика. Конечно, если её смыть, то будут тёмно-алые и красные пятна, и ещё этот перелом выдаёт… Я настроена позитивно, уже сходила к психологу, кинезиологам, и они меня подлечили. Конечно, остался страх, и он никуда не денется в ближайший год точно. 

Как признаётся девушка, работать в общепите она не планирует. К тому же с заработком проблем у неё нет – кафе было её подработкой, а основное занятие – это вокал. 

- Буду заниматься вокалом, как и раньше! – делится планами она. 

17-летний Вадим Шелкунов получил при взрыве ожоги лица, шеи, кистей, а также глаз, слизистой носа и горла. Молодого человека госпитализировали в ДРКБ. Как говорит его мама, её сыну не сразу поставили полный диагноз, отчего его восстановление стало более трудным. 

- После больницы Вадим ездил в Омск на реабилитацию. Мы до сих пор проходим физиолечение, сейчас глаза долечиваем, - рассказывает Елена Геннадьевна. – Руководство кафе покупает лекарства. У сына была потеря зрения на 50%, сейчас оно восстановилось, но глазки пока ещё болят. Врачи сказали, что слизистые носа и горла будут долго восстанавливаться. Ожогов не видно, только на руках остались самые глубокие. 

Настроение у Вадима с переменным успехом, говорит его мама. Сейчас он временно не учится и пытается вернуться к нормальной жизни. 

- Во время лечения нам не до конца поставили диагнозы, - говорит Елена Шелкунова. – В реанимации нас осмотрели всего один раз окулист и лор. После выписки из больницы у сына болел нос, он не чувствовал запахи. Да и сейчас он временами их не различает. Мы обратились в платную клинику к лору, которая сказала, что у Вадима есть ожоги слизистой носа и горла. Назначила лечение. Затем сын уехал в Омск, где у него резко упало зрение на 50%. Мне сообщили, что у него ожог глаз. Теперь у Вадима синдром сухого глаза. 

Узнав о потере зрения у сына, в декабре Елена Геннадьевна позвонила в Минздрав Бурятии и записалась на приём, но перезвонили ей только в конце января. Она уверена, что если бы специалисты установили диагнозы вовремя, то таких последствий удалось бы избежать.


Читать далее