Так кто же у нас «могильщик» бурятского языка?
Главное Популярное Все

Так кто же у нас «могильщик» бурятского языка?

Фото: russianstock.ru

К чему пришел круглый стол по развитию диалектов и литературного бурятского языка

Прошедший 9 октября в Улан-Удэ круглый стол по развитию бурятского языка не вмещал всех желающих. Как выступить, так и послушать. Многие речи опять свелись к обвинительному вопросу: Кто виноват? Мало кто предлагал, что делать с учетом сегодняшних реалий. Представитель редакции «Информ Полиса» выступить не успел. Поэтому предлагаем фрагментами из его выступлений ответить на оба вопроса. Сначала первый – кто виноват в том, что бурятский язык Юнеско внесло в список «умирающих»? 

- Мы сегодня должны выслушать друг друга, услышать каждого и понять позицию каждого. Не секрет, что у нас на сегодня обострилась тема о месте и роли диалектов, взаимодействии диалектов с литературным языком, и по этому вопросу у нас есть диаметрально порой противоположные мнения. Наша задача спокойно, уважительно, обсудить эти темы, услышать друг друга и понять. Поэтому я призываю сегодня поработать в этом ключе. Пусть мы сегодня не примем одного единого решения, скорее всего так не произойдёт. Наша самая главная задача – чтобы все стороны услышали друг друга, - сказал Баир Цыренов - зампред правительства Бурятии, открывая круглый стол. 

Фото: Алина Чагдурова

Не все, к сожалению, услышали друг друга. И начали привычно обвинять кого угодно, но только не себя. Хотя современные проблемы и диалектные различия бурятского языка берут начало еще до создания республики. 

Виноват царизм?

Напомним, что предбайкальские буряты, особенно крещеные, не имели своей родной письменности. Делопроизводство у них велось на русском языке. Зато именно западные буряты великолепно сохранили устное культурное наследие улигершинов. Забайкальские же буряты как буддисты получили  возможность фиксировать свой язык в старомонгольской письменности. И это помогло им лучше сохранить родной язык. Получается, что бурятский народ к образованию нашей республики в 1923 году пришел не только с разными диалектами, но и разной письменностью. 

И это беспокоило первое руководство нашей республики. 93 года назад, в 1926 году, в столице молодой Бурят-Монгольской АССР проходило национально-культурное совещание. Особо отметим, что оно проходило с участием представителей Монголии. 

- Без реализации родного языка и его письменности не будет ни возрождения бурят-монголов как этнической единицы, ни развития национальной культуры... Отрыв языковой культуры бурят-монгольского народа от остальных монгольских племен путем создания какой-либо самостоятельной бурят-монгольской письменности считать совершенно недопустимым - гласит решение того совещания. 

В те дни, когда решалась судьба письменного языка, профессора Базар Барадин и Гомбожаб Цыбиков были за то, чтобы сохранить в качестве письменного классическую монгольскую вязь. Интересно, что эту же идею поддерживал глава республики на тот момент, секретарь Бурят-Монгольского обкома ВКП(б) Михей Ербанов. 

- При разрешении алфавитного вопроса нужно исходить, во-первых, из строгого учета реальной действительности в отношении не только одной Бурятии или Внешней Монголии, но и всего монгольского Востока, взятого вместе, во-вторых, преследовать цель не разъединения, а сближения отдельных монгольских племен и создания единого культурного фронта, - заявил Ербанов. 

Он не мог предвидеть, что в 1937 году поплатится жизнью за эти слова. Однопартийцы-большевики истолкуют их как «панмонголизм». На самом деле и Ербанов, и Барадин с Цыбиковым подчеркивали удобство монгольской вязи, как наддиалектного письма. Понять его могут все монголоязычные народы вне зависимости от различий устной речи. В первые годы в молодой Бурят-Монгольской Республике велась большая работа по созданию учебной и художественной литературы на монгольской вязи. На ней издавались газеты, журналы, велось делопроизводство. Но вскоре старомонгольская письменность, как и арабская, стала считаться «реакционной». 

На круглом столе 9 октября тоже звучали предложения вернуться к этой письменности. Но это пока не под силу даже отдельному государству как Монголия, ибо требует колоссальных средств на реформу образования и документооборота. 

Виноват Сталин?

Между тем, в первые годы СССР даже русский язык хотели перевести на латиницу. Молодая Советская власть еще мечтала о мировой пролетарской революции. А всемирным алфавитом мог считаться лишь латинский. Советских языковедов вдохновил и опыт Турции, где в 20-е годы перешли с арабского на латинское письмо. Кириллица не угодила Советской власти еще и потому, что ассоциировалась с «эпохой недоброй памяти - русского колонизаторства», как писал выдающийся лингвист тех лет Е.Д. Поливанов. Дошло до того, что в 1929 году Наркомат просвещения РСФСР создал комиссию для латинизации русского алфавита. 

- Я не сомневаюсь, что придет время для латинизации русского шрифта! – эти слова Ленина приводил в качестве аргумента сам нарком А.В. Луначарский. 

Профессор Николай Яковлев и его коллеги в 20-е годы сконструировали около семидесяти новых алфавитов. В стране развернулось «языковое строительство» по их внедрению. В 1931 году очередь дошла до бурят, перешедших на латиницу. 

Но вскоре изменилась политика, Сталин отказался от идеи мировой революции. Как результат - языки народов СССР перевели на кириллицу. В 1939 году и бурятскую латиницу заменили кириллицей. Больше всего от таких реформ страдали школьники и учащаяся молодежь, вынужденные каждый раз заново учиться писать и читать. 

- Я трижды становился безграмотным, - с юмором вспоминал о такой учебе народный писатель Бурятии Цокто Номтоев. 

Сейчас в эпоху Интернета, где вся терминология англоязычная, о переходе на латиницу задумываются  многие бывшие страны СНГ. Есть прогнозы о том, что с дальнейшим развитием технологий латиница вытеснит даже иероглифическую письменность и кириллицу. 

Читайте также

Латиница для монголов - от эпохи панмонголизма до наших дней

Фактически монголы сегодня используют три письменные системы, и какая из них победит, не очевидно

В 1936 году в основу литературного языка лег диалект самого большого бурятского племени – хори. Не только в силу распространенности. Он был более понятен тем же предбайкальским бурятам чем южнобурятские диалекты, близкие к халха-монгольскому языку. 

- Мы никогда не выступали против литературного языка, мы за параллельное развитие и литературного языка, и диалектов. Мы за популяризацию и развитие бурятского языка. Для достижения целей все средства хороши. Единство - в разнообразии, а не в единообразии, - выступила автор проекта «Диалекты как форма существования бурятского языка» Дулма Баторова. 

На нее обрушился шквал критики. 

- Вы зачем эту газету выпускаете, даже сейчас раздаете? По землячествам ходите, раздаете, какую цель преследуете? Хотите нас раздробить? – эмоционально возмущались ученые. 

Виноват Модогоев?

В послевоенной Бурятии было много школ, где даже часть общеобразовательных предметов вели на бурятском языке. Особенно в начальной школе. Выпускники таких школ сегодня это люди старшего поколения и самая грамотная часть бурятского населения. Сейчас часто можно услышать, что в сокращении бурятского языка в школах в годы застоя виноват руководитель республики тех лет Андрей Урупхеевич Модогоев. 

В его правление в сельских школах обычно было два параллельных класса. В народе их называли просто «бурятский класс» и «русский класс» без всякого национального подтекста, поскольку в «русском» классе обучалось много бурятских учеников. Просто они не изучали родной язык и литературу, как их сверстники в бурятском классе. В нашу редакцию приходили люди, которые утверждали, что в этом виноваты родители, которые отказывались отдавать своих детей в бурятские классы. Такие родители считали, что плохое знание русского языка снизит возможность их ребенка на поступление в вузы. Знакомая ситуация, не правда ли? Находились и находятся сейчас родители, прекрасно владеющие бурятским языком, но не передающие его детям. Так кто же в этом виноват? 

Виноваты ученые?

С распадом СССР республики, в том числе Бурятия ввели свои языки как государственные. В самую тяжелую ситуацию попали учителя бурятского языка. Ведь их готовили учить родному языку его носителей. Как преподавать бурятский детям, которые большей частью не знали этого языка? Усугубляло ситуацию то, что не было ни методик, ни учебников. Посыпались первые жалобы детей и родителей на то, что бурятский язык преподают плохо и неинтересно. 

- Всю вину только на учителей перекладывать не стоит. Попробуйте, например, учителя математики заставить обучать без учебников и методики! Еще и требовать результаты - объясняют учителя - никому ведь не приходит в голову отменять уроки химии, потому что учитель преподает плохо и неинтересно. 

Почему же наши ученые, которые сейчас так яростно выступают против диалектов, так долго разрабатывали новые методики и яркие интересные учебники – вопрос риторический. 

Виноваты общественники?

В начале 2000-х годов группа энтузиастов поняла, что бумажные учебники ждать долго и решила создать электронный учебник бурятского языка. В него собрали лучший опыт учителей, пять словарей, разработали звуковые упражнения с играми и проверочными диктантами. Не забыли записать речь носителей разных диалектов. Первым помог деньгами новому учебнику Баир Дашиевич Цыренов – сейчас глава администрации главы и правительства РБ, инициировавший этот круглый стол. Тогда он был сотрудник постпредства РБ в Москве. При этом поиску грантов на электронный учебник мешали известные сейчас общественницы и советники. Они продвигали свой проект американского уголка в библиотеках. И сейчас большинство таких псевдообщественников предпочитает писать гранты на проведение показушных мероприятий. 

Виноват Федик?

Осенью 2012 года Бичурская СОШ №1 отказалась от изучения бурятского языка. Неожиданным это стало только для тех, кто не знал, что подготовка к этому велась задолго. Формальным лидером движения «родительской общественности» против бурятского языка в школах был общественник, в прошлом учитель Геннадий Федик. Помогала ли ему в этом администрация Наговицына достоверно неизвестно, но примеру Бичурской школы сразу последовали школы в так называемых «семейских» районах, чьи интересы в Хурале представляли Стопичев, Кушнарев, Носков и Павлов. 

27 февраля 2014 года сразу после сессии Хурала, принявшей поправку в закон об образовании, грянул скандал. Одна из наших нашумевших статей даже стала поводом для срочной пресс-конференции. 

Виноват Стопичев?

Самые внимательные депутаты и даже журналисты обнаружили, что депутаты проголосовали за другой документ. Часть признались, что элементарно проглядели в нем отсутствие нормы об обязательности преподавания бурятского языка как государственного. Депутат Аркадий Цыбиков смело обвинил коллег в замене или подлоге документа. Федор Бураев заявил, что был изначально против этой поправки. Об этом же высказался на утро и депутат Баир Цыденов (Молон-лама). Председатель комитета по межнациональным отношениям республиканского парламента Цыденжап Батуев, сейчас управделами Хурала назвал произошедшее «осечкой». Журналисты едва сдерживали смех: то есть, парламент Бурятии проголосовал за добровольное изучение бурятского языка по ошибке? Готовивший поправку в закон комитет Хурала по социальной политике в лице его руководителя Александра Стопичева срочно созвал по нашей статье пресс-конференцию. 

Читайте также

Журналисты устроили депутатам «допрос с пристрастием»

Руководству Комитета по социальной политике Хурала Бурятии пришлось долго оправдываться перед журналистами по поводу скандала вокруг нашумевшие поправки в закон об образовании

Оправдания его звучали смешно. Дескать,  коллеги сами невнимательно читали текст законопроекта. И что  поправку прокуратуры, убравшую пункт об обязательном изучении языка, внесли в самый последний момент перед сессией. На резонный вопрос журналистов: не приведет ли принятая вами поправка к тому, что все школы откажутся от бурятского языка, как Бичурская? Стопичев ответил: 

- Бог с ней, с Бичурской! 

Так, Бурятия стала первой республикой отказавшейся от обязательности изучения и преподавания своего второго государственного языка. Плоды такого решения сказались сразу. Той же весной впервые в истории республики учителя бурятского языка собрались на съезд. Кстати, он проходил в том же конференц-зале Национальной библиотеки, где прошел 9 октября круглый стол по бурятскому языку.  И тогда 5 лет назад не хватило мест, многие слушали, стоя в дверях. 

Читайте также

Собрание «изгоев»

Учителя бурятского языка готовы обратиться за защитой к Владимиру Путину

Виновато министерство?

Уже тогда первый замминистра Александр Бочеев умолчал о фактах отказа многих школ от бурятского языка. Но озвученные им цифры говорили сами за себя. В 2014 году из 457 школ Бурятии в 138 второй государственный язык не изучался совсем. Оставшиеся 319 школ преподавали бурятский язык в минимальном объеме. Не осталось ни одной школы, где преподавание велось бы на родном языке. 

- Есть неприятие внедрения бурятского языка в учебный процесс как со стороны родителей, так и со стороны отдельных руководителей школ. Такие родители и директора школ ссылаются на то, что не хватает учебных часов и нет условий для преподавания языка, - признал тогда замминистра образования. - Но при поддержке главы республики принимается государственная программа сохранения и развития бурятского языка до 2019 года, в которой будет заложено финансирование в размере 28 млн рублей в год. 

Эта цифра вызвала среди сидящих усмешки. Многие начали сравнивать, во сколько раз больше обошлись бюджету «гостевой домик» Наговицына и итальянские мусорные баки. Между тем в министерстве образования не было даже отдела по бурятскому языку, есть только один специалист. И тот, по мнению учителей, перегружен дополнительной работой, которая не касается бурятского языка. Что говорить о Бичуре, если еще в 2014 году в городской школе №7 опрошенные родители на сто процентов отказались от бурятского языка, ссылаясь на новый закон об образовании. 

Виноват ВАРК?

Отметим, что президент ВАРКа, на тот момент Владимир Булдаев выступать не стал. В 2014 году лопнул многолетний «нарыв» на общественной жизни республики. Впервые сразу несколько общественников публично задали острые вопросы в адрес Всебурятской ассоциации развития культуры (ВАРК). Главный вопрос – почему ВАРК ничего не делает, получая деньги от бизнеса. Дело в том, что в 2011 году на всебурятском съезде решили создать некоммерческий фонд целевого капитала развития культуры «Эндаумент «ВАРК». Теперь он имел в своем активе около 7 млн рублей, из них 3 млн дал на развитие бурятской культуры Михаил Слипенчук. Предполагалось, что ВАРК будет «ежегодно публиковать отчет... о формировании целевого капитала и об использовании, распределении дохода от целевого капитала». ВАРК, как тогда выяснилось, далеко не столь нищая общественная организация. Дом дружбы народов сдавался общественникам под эгидой ВАРКа. Есть несколько гектаров земли на юго-востоке Улан-Удэ. 

- Я два года назад окончила вуз. Из 50 человек выпуска многие осознанно шли работать в школы, пытаясь изменить отношение к бурятскому языку. Через семь месяцев работы я узнала, что началась работа над новым законом об образовании. Почему Всебурятская ассоциация развития культуры не заступилась за бурятский язык? – горько вопрошала на «круглом столе»  5 лет назад молодой учитель Оюна Базарова из 32-й школы. 

Сейчас ВАРК руководит бывший первый зампред наговицынского правительства Иннокентий Егоров. Он тоже сидел в президиуме круглого стола всем видом показывал, что от смены в руководстве ВАРК ничего не изменилось. Он все больше превращается в отстойник для бывших высокопоставленных чиновников. 

Виноваты Потапов и Наговицын?

Наши прежние главы Бурятии любили козырять тем, что у нас самая толерантная республика России. Казалось бы, нашей многонациональной республике предназначено стать примером в защите принципа двуязычия, в создании гарантий не только сохранения, но и развития умирающего бурятского языка. 

- На деле язык одного народа грубо «выпихивают» из школ, приговаривая: вам надо, вы и учите в семье и на курсах, открывайте свои школы и классы. Трудно сказать, чего больше в таких суждениях - шовинизма или неуважения к Конституции России и другим законам, - недоумевает родитель Дмитрий Базаров. - Как могут помешать два часа бурятского языка в неделю? Своим отказом от них такие родители сталкивают государственные языки республики вместо того, чтобы разумно их сочетать. 

Итак, мы попытались разобраться - кто, по мнению участников круглого стола «могильщики» бурятского языка. В следующей статье мы расскажем о самых интересных предложениях участников, в том числе нашей редакции.


Читать далее