Главное Популярное Все Моя лента

«В ответ рёв и маты»: Как живется тем, кто строит дороги?

Фото: Евгений Коноплёв

Водитель экскаватора честно рассказал о том, сколько платят дорожным работникам в Улан-Удэ, «адских» условиях труда и ворчливых водителях

«Информ Полис» продолжает цикл анонимных историй специалистов разных отраслей. В первый раз своими историями поделились акушеры-гинекологи. Они достаточно откровенно рассказали о пациентах-«экстремистах», пьяных роженицах и дочерях «дяди Баира». Затем высказались педагоги школ Бурятии. Учителя поведали о нефизкультурных подножках в карьере, неблагодарных учениках и родителях. На этот раз мы предоставим слово представителю сугубо мужской профессии. 

Порой мы любим поворчать на рабочих-строителей дорог, что они не успевают в сроки или что-то делают некачественно. Но кто из нас хотя бы раз задумывался, насколько это трудно? Один из работников дорожного строительства согласился поделиться с нами всеми «прелестями» этой пыльной работы. 

Зарплата хорошая, но условия – адские. Имея большой опыт в работе на самой различной технике, с водительскими правами всех категорий, я долгое время не мог найти работу. В итоге меня позвали в дорожное строительство, обещая хорошую зарплату, гибкий график работы и уверенность в завтрашнем дне. Если насчёт первого пункта я ещё соглашусь, то с остальными можно поспорить. 

Работа дорожного строителя подразумевает под собой высокую ответственность. Не только перед начальством, но и перед всеми жителями региона. В случае некачественно выполненной работы все камни летят в наш огород. А на самом деле дорожный работник – часть большого строительного механизма, в котором существует не только он один. Сюда входят и мастера, и начальство, и механики, и даже местные жители, помогающие «словом».  Всё производство в этой сфере должно быть слаженным и взаимосвязанным. Здесь у всех общая цель – качественная, ровная, крепкая дорога. 

Мой рабочий день начинается с прохождения медосмотра. Каждый день ты должен быть трезвым и здоровым. Потом получил путёвку, поел в столовой, сел в автобус, приехал к своему экскаватору, получил задание от мастера, проверил технические характеристики машины, завёл и поехал работать. И так каждый день по 12 часов. Сложность в том, что нет отдыха. Сейчас, например, я работаю в ночь. Сел в кабину в восемь вечера и вылез в восемь утра. Исключение – перерыв на обед. А, между прочим, по технике безопасности у тех, кто работает на таком производстве в ночную смену, должен быть час отдыха. Раньше был, но его убрали. Это страшно тем, что можно просто уснуть за рулём, в лучшем случае ковш рассыпать, а в худшем экскаватор на бок положить. 

Днём жарко, потому что в кабине не работает кондиционер. Да и если смотреть глубже, то техника изношена очень сильно. Расходные материалы не меняются в срок. Даже масло вовремя менять не получается, потому что мастера жадничают. Если нужны какие-то запчасти, то приходится неделю ходить и умолять, чтоб выдали. Если техника ломается, то чинишь её сам. При этом зарплата получается меньше, потому что, пока машина на ремонте, по факту ты не выходишь на работу. Зарплата у меня две тысячи в день, а пока я вожусь с ремонтом, то теряю примерно 20 - 30 тысяч от всей месячной зарплаты. Поэтому ломаться вообще невыгодно, и приходится технику гонять до последнего её вздоха, а потом уже вставать на крупный ремонт. Да и мастера лишний раз боятся на необходимую деталь деньги выдать. А если бы они нас слушали, то можно было бы вообще устранить вовремя неисправность и спокойно работать дальше. 

Люди ругаются, потому что не знают всех нюансов. Вот, например, проезжает мимо рабочих водитель и ворчит: «Как долго вы асфальт стелите». Между прочим, это не так просто. Надо и выемку сделать, и песок убрать, и подготовить всё как следует, чтоб не размыло потом. В нашей местности песка много, отсюда и трудности с укладкой асфальта. 

С мастерами иногда приходится спорить. Нам из кабины экскаватора порой виднее, как лучше поступить в той или иной ситуации. Мы начинаем говорить это мастеру, а в ответ рёв и маты. Они ссылаются всегда на нехватку времени, гонят бульдозер туда, где из-за твёрдости грунта нет возможности загрузить камни. В итоге бульдозер ломается, дело стоит на месте. Мастера объясняют нам задачу по технологической карте, в которой указаны все параметры строящейся дороги. В этой карте разбираются только они и начальство, а простые рабочие её не понимают. Отсюда иногда и возникает недопонимание, бывает, и ошибки рабочими допускаются. 

Нам не доплачивают «за вредность». Мало кто знает, но на катке очень сильная вибрация и высокий уровень шума. У водителя катка встряхивается голова, нарушается слух. Это со стороны смотришь на каток, и кажется, что он спокойно едет, но внутри машины всё совсем по-другому. А на экскаваторах и погрузчиках приходится дышать вредной пылью, что сильно сказывается на здоровье лёгких. Каких-то защитных приспособлений нам никто не выдаёт. Экскаваторы тоже разные – есть ZX 240, есть и R-450LC-7, значительно отличающиеся между собой размерами. Тот, который больше, требует и соответствующего ухода за ним, да и работать на нём сложнее. А вот зарплата у всех одна. 

С февраля работаю без выходных. За полгода я не вышел на работу только один раз, когда сидел на больничном. В остальное время работаю каждый день – и в выходные, и в праздники. Если брать выходные, то зарплата получается совсем маленькая. Нам говорили, что за работу в праздничные дни должны платить вдвое больше, чем в обычный день. Но лично я этого не замечаю. И никто ни разу не показал мне на бумаге, как выглядит моя зарплата. На протяжении месяца «пашу» в ночь, потому что нет строгого графика смен. Приходится самостоятельно чередовать работу с напарником. Проблема в том, что мы оба не хотим работать в ночь, но в этом месяце мне всё же пришлось уступить ему. 

В таком режиме я живу уже полгода. В измотанном состоянии, с мешками под глазами я в восемь утра прихожу домой к жене и детям и от усталости сразу же валюсь на кровать. А в шесть вечера снова подъём, ужин, быстрые сборы и вновь на работу. И перемены в жизни грядут пока что не скоро, как минимум до той поры, пока мой напарник не согласится выйти в ночь.

Читать далее