Новая проза: "Дочки-матери"
Главное Популярное Все Моя лента

Новая проза: "Дочки-матери"

Ирина Суханова
1604 1

Рисунок К. Сонголова

Первое место в номинации «Дамский»

Ирина Суханова - автор лучшего рассказа в номинации «Дамский». Окончила  сельхозакадемию. Работала на Гусиноозерской ГРЭС, в аэропорту Байкал, в «Водоканале» на разных должностях: начальник отдела, экономист, замдиректора. В данное время на пенсии.

- Всю жизнь пишу стихи, – рассказала о себе Ирина Иннокентьевна. – Только однажды отдавала подборку своих стихов в какой-то платный журнал. Также есть несколько рассказов. Конечно, хотелось бы когда-то вынести их на суд читателей. Рассказ «Дочки-матери» написала специально к конкурсу «Новая проза». В основе его несколько жизненных ситуаций, о которых я слышала. Из них я создала вот такой симбиоз. Темой моего творчества сегодня являются больше проблемы возраста, отношений детей и родителей, чисто житейские вопросы.

Жизнь иногда подбрасывает неприятности, которые заканчиваются весьма приятно.  Вот у  Юльки сегодня именно такой день. Утро на работе началось проблемами – в магазине прорвало трубу с горячей водой и почти час пришлось бегать продавцам с ведрами, пока сантехники не перекрыли отопление. Но зато потом выяснилось, что ремонтные работы завершат только завтра утром, и хозяйка магазина отпустила всех домой. 

И вот Юлька счастливо щурится под ярким солнцем бабьего лета и неторопливо шагает по шуршащим золотисто-желтым листьям через сквер. Прозрачный воздух дрожит между голыми ветками деревьев, багряными пятнами горят на клумбах последние бархатцы, а небо кажется особенно чистым и невесомым. И также легко и светло у Юльки на душе. В незапланированный выходной она решила устроить сюрприз мужу – пригласить его на обед в новое кафе. Она с наслаждением негромко протянула вслух: «Муужжжж».

  Юлька еще не совсем привыкла к статусу замужней дамы – законный супруг со штампом в паспорте появился у нее только полгода назад – первый за все ее сорок лет.  Уже совсем большая девочка  вышла замуж.  Конечно, это не первый ее мужчина.  У Юльки есть пятнадцатилетний сын, но с его отцом отношения до брака так и не доросли.  Нет, Юлька совсем не уродина и не дура. Миловидная шатенка среднего роста, чуть полновата, но достаточно стройна, улыбчива и разговорчива, в анамнезе – красный диплом филологического факультета пединститута и пара неудачных романов. Случается часто такое – не везет хорошему человеку в личной жизни. А что продавцом работает – так у нас сейчас в приличный магазин без высшего образования и не устроишься.

Мама растила их с сестрой одна. Отец умер, когда Юльке было три года, – онкология. Она не помнит ни отца, ни его болезни. Только фотографии и рассказы старшей  сестры и мамы. Самыми тяжелыми в их воспоминаниях были последние месяцы, когда они жили от одного обезболивающего укола до другого. Мама потом сама слегла, и они с сестрой долго жили у тети. Время – лучший терапевт, постепенно жизнь наладилась. Сестра рано нашла свое женское счастье,  родила двойняшек.  Юлька и мама остались вдвоем. Снова замуж мама так и не вышла. Она объяснила  уже взрослой Юльке: «Не нашла того, кто мог бы заменить вам отца. А детей на мужиков не меняют». Потом Юлька родила сына,  и мама всю себя посвятила внуку. Юлька не знала проблем ни с садиком, ни со встречами-проводами в школу, ни с уроками. Бабушка с внуком практически были неразлучны. Мальчик у них вырос замечательный – добрый и ответственный.

Три года назад погибла в автомобильной аварии сестра. У мамы случился инсульт. Полгода они с сыном не отходили от лежащей  мамы  – уколы, системы, растирания. Сын наравне с Юлькой дежурил у постели больной бабушки, освоил массаж, кормил с ложечки, заново учил с ней буквы и цифры. И бабушка встала, начала ходить сначала с ходунками, потом с тросточкой. Правда, руки не очень хорошо ее слушаются – часто роняет и ломает что-нибудь. Потом виновато опускает мгновенно наливающиеся слезами прозрачные детские глаза.  Да и вообще она стала похожа на большого потерянного ребенка. Когда лежала в больнице, все спрашивала – когда мама придет ее навестить, просилась к маме домой. Путаница в голове у нее осталась – часто путает прошлое с настоящим, Юльку то с сестрой, то со своей мамой.  Врач сказал, что это может пройти. И был удивлен быстрому в их непростом случае восстановлению. Но сам же и объяснил – главное для человека, а особенно для больного и немолодого, чувствовать свою нужность, любовь и заботу семьи. Это самое важное лекарство, которого, видимо, в их доме достаточно.

Так что у Юльки теперь практически двое детей, и последнее время ей было не до личной жизни.  А год назад привередливый покупатель, который  неделю мерил свитера и рубашки в их магазине, явился с букетом и пригласил ее на свидание. Юлька не стала отказываться и скоро уже не могла представить себя без своего Николая. Он старше ее на десять лет, уже давно разведен. На первой же встрече Николай признался, что давно влюблен в нее, часто любуется ею издалека, провожает незаметно до дома. А еще он сказал, что никогда не встречал такой трогательно-нежной женщины и что хочет стать для нее  опорой и защитой во всем. Попросил не отвергать его сразу, а дать ему шанс.

И Юлькина головушка пошла кругом и кружится до сих пор. Девчонки в магазине только ахали – видный, моложавый, серьезный, бывший военный, на солидном серебристом джипе. Юлька за всю свою жизнь не слышала столько ласковых слов, сколько услышала за последний год. У нее никогда не было такой зимы, весны и лета – в каждый свободный день, а иногда и вечером после работы они куда-нибудь ездили. Оказывается, столько красоты вокруг – надо только присмотреться. А раньше Юлька – исконная горожанка – этого не замечала  и не понимала. Они с Николаем часто отправлялись просто кататься за город куда глаза глядят. Доедут до одного поворота, за ним – следующий. А что там? И они едут все дальше и дальше. Николай говорил, что готов так ехать с ней вечно. Впервые у Юльки был ночной костер на берегу Байкала под бесконечным звездным шатром, в первый раз она увидела зимний заснеженный лес, весеннюю лиловую кипень багульника на сопках,  пушистые, похожие на фиолетовых птенчиков первые цветы  на солнечных косогорах. У них оказалось такое ласковое и забавное название – ургульки.

Юлька и не предполагала, что ее жизнь может быть такой яркой и счастливой. Николай трогательно заботится о ней, звонит постоянно, узнает – тепло ли она одета, успела ли пообедать.  И с сыном Николай нашел общий язык,  учит его водить машину.  А бабушку он очаровал вниманием к бытовым мелочам и тем, что всегда советовался с ней по любому поводу и считал ее мнение решающим. Даже величественная белоснежная недотрога кошка Лолита позволяет Николаю себя гладить.

За время появления Николая в их доме произошло множество хороших перемен – сделали ремонт, сын активно занялся спортом, бабушка переселилась к внуку в большую комнату, спаленку отдали им с Николаем. А еще бабушка оформила дарственную на квартиру на Юльку. Николай рассказал ей, что у Юльки могут возникнуть проблемы с наследством, ведь есть еще внуки. Правда, материально им сейчас очень непросто. Николай выплачивает большой кредит за машину, туда и уходит вся его зарплата. На ремонт бабуля выделила деньги со своего счета, который бережет внуку на учебу.

Но Юлька знает, что все наладится, они как-нибудь выкрутятся. У них в магазине уволилась уборщица, и Юлька подрядилась по совместительству на ее место – вот и появилась возможность повкуснее кормить увеличившуюся семью. Да и приодеть Николая к зиме надо, все-таки одинокие мужчины не очень хорошо за собой следят. 

Вот только мама последнее время беспокоит. Ей стало хуже, скачет давление, она часто плачет, пугается Николая, говорит странные вещи. Придумала, что Николай ругается на нее страшными словами и страшным голосом, когда они остаются одни.

В офисном  центре, где Николай руководит службой охраны, Юлька зашла в туалет и задержалась у зеркала – надо предстать перед любимым во всей красе. Через стенку – мужской туалет, общее окно делится тонкой перегородкой.  За ней раздались шаги, щелчок зажигалки, запахло сигаретным дымом – кто-то закурил у открытой форточки. Зазвенел телефон.

– Алло, – отозвался приятный баритон.

– Степан! Сколько лет, сколько зим! Каким ветром в наши края? В командировке? Конечно, увидимся!

Юлька, наконец, сообразила, что это Николай. Она улыбнулась, подкрашивая губы и невольно слушая мужа.

– Но, Степа, часа на три я твой, а до утра в баню с тобой и девочками не могу. Мне надо заботливого супруга изображать. А вот представь себе, женился. Где нашел? Да где и надо искать. В магазине мужской одежды. Делюсь опытом, там большая часть персонала – дамочки в поиске, за тем они туда и идут. Надо только правильно выбрать. Я подобрал оптимальный вариант, возраст ягодки, не модель, но вполне аппетитна. Живет с матерью и сыном в неплохой «двушке» в центре. Пацан уже большой, скоро можно в другой город сплавить учиться. Старуха чуть жива, долго надоедать не будет. Насколько меня хватит? Не знаю. Честно говоря, иногда напрягает. Но оно того стоит, надо потерпеть. Баба наскучалась по мужской ласке – так что обслуживает меня по высшему разряду – и за столом, и в постели. Надо только из роли не выпадать. Я ведь последние годы все по съемным квартирам болтался, давно хотелось уюта, вкусной еды, покладистой и здоровой женщины. Ты помнишь, как с меня Танька-стерва тянула, оставила практически без штанов. А у меня сейчас в спальне такая акробатика, все, за что мы с тобой шлюхам немерено платили, бесплатно в неограниченных объемах и вариантах. Да и долгов кредитных накопилась тьма.  А так на всем готовом я уже за машину рассчитался и коплю потихоньку. Старуха квартиру на дочку переписала, меня прописали. Старуху закопаем, организую по-быстрому обмен квартиры на «трешку» с небольшой доплатой. Ну а там уже дело техники – в долю вписаться и отковырнуть «однушку» при разводе. Так что планов, как видишь, у меня на женушку громадье. Поэтому долго зажигать с тобой не смогу. Давай, до встречи.

Хлопнула дверь, затихли шаги. Юлька по-прежнему смотрела в зеркало, не переставая на автомате водить помадой по лицу. Красные клоунские полосы вокруг губ и бледная кожа  – в зеркале отражалось чье-то чужое, не Юлькино лицо. Как и жила она, оказывается, чьей-то чужой придуманной, а не своей жизнью. 

Юлька достала из сумки платок и тщательно оттерла помаду с лица. Постояла, разглядывая себя в зеркале, потом неторопливо вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь. Вспомнила про забытую сумку, бегом вернулась за ней и бросилась к выходу. Бежала Юлька до самого сквера, задыхаясь и боясь оглянуться. В сквере упала на скамейку, пытаясь успокоить дыхание и стук крови в висках. В груди жгло и не хватало воздуха.  Она дышала широко открытым ртом, как рыбешка, замерзшая во льду зимой. И чувствовала Юлька себя такой же фигурно распятой, беспомощной под острыми ледяными иглами, врастающими в нее. Раздетые деревья не могли укрыть от слепящего, но холодного солнца.  Листья, час назад золотистые, теперь лежали грязным коричневым половиком. Увядающие клумбы казались похоронными венками.     

Наконец слезы прорвались сквозь закрывший грудь ком и хлынули неудержимым потоком. Плакала Юлька долго и надрывно, тихонько подвывая и постанывая между всхлипами.  Время остановилось,  но запас слез у организма не бесконечен. Вскоре Юлька притихла и обнаружила себя, съежившуюся и замерзшую, крепко держащую обеими руками сумку, в которой, не переставая, трезвонил телефон. Глянула на экран – сын. Собралась с силами, чтобы ответить предельно беспечным тоном:

– Да, сынуль.

– Мам, зайди после работы на рынок. Бабушка хочет домашней сметаны, и творог закончился. А я сегодня на волейбол. Бабуля сегодня опять плакала и звала маму. Она про кого, про тебя?

– Конечно, про меня, про кого же еще. Не беспокойся, я  буду рано, на работе авария и ремонт. 

Юлька сидела на скамейке еще долго – растерянная и несчастная.  Сердце отчаянно стучало, сжатое тисками боли и беды, мысли путались. Она никак не могла разобраться в своей разрушившейся жизни. Понятно было одно – сломалось не сейчас, все и было притворством и обманом. Просто она была слепа и глупа от нахлынувших чувств, а близкие оказались заложниками ее наивности. Вот и самое главное пробилось сквозь отчаяние – у нее есть сын, мама и еще кошка.  Она всем им нужна, надо собраться, она не может быть слабой, она – их опора и защита. 

Снова зазвонил телефон. Николай. Юлька чувствовала, что не сможет с ним сейчас говорить. После нескольких вызовов пришло сообщение «Солнышко, ты где? Не могу дозвониться. Приехал старый товарищ по службе. После работы с ним встретимся. Задержусь на пару часов. Ты не против? Если что-то будет нужно – сразу звони. Целую. Люблю».

Юлька еще посидела на скамейке, прикрыв глаза и ни о чем не думая. Дыхание и стук сердца успокоились, она достала зеркало и салфетки, оттерла с лица следы растекшейся туши, подкрасила губы. Поднялась со скамейки и отправилась на рынок.

Через час она была дома. Чмокнула маму в щечку, переложила из сумки в холодильник кучу купленных вкусностей, объяснив свое расточительство неожиданной премией. Почаевничала с мамой бутербродами с принесенной икрой и рассказала ей, что Николаю предложили очень выгодный контракт далеко на севере. Выезжать ему нужно срочно, сегодня же. Отправила маму отдохнуть перед телевизором и пошла собирать вещи  Николая. Она собрала все, не забыв ни тапочки, ни бритву, ни зубную щетку. Даже грязное белье выгребла из бака в отдельный пакет. Что не поместилось в сумку Николая, сложила в челночный клетчатый баул.

Чуть помедлила, перед тем как позвонить Николаю. Но, услышав его голос, испугалась и прервала вызов. Николай тут же перезвонил сам. Ответила на его вопрос:

– Да, я видела твое сообщение. И я была у тебя на работе и слышала твой разговор со Степаном в туалете. Я сейчас выношу твои вещи в подъезд. Если не хочешь их потерять, приезжай – забирай. К нам не заходи, разговаривать я с тобой не буду. Завтра поменяю замки и подам на развод. Прощай.

Юлька заблокировала номер Николая в телефоне и вытащила сумки на лестничную площадку. Из окна кухни она видела, как подъехал Николай, как вышел из подъезда с сумками, загрузил их в багажник и уехал.

Юлька почувствовала, что  боль обиды и отчаяния снова сжимает ее тисками. Спас ее голос матери:

– Юлечка, переключи мне телевизор на канал про животных.

Юлька глубоко вздохнула, медленно выдохнула и повторила про себя слова любимой героини Скарлетт О' Хара: «Завтра будет совсем другой день. И о том, что будет завтра, я подумаю завтра». Пошла переключила маме телеканал и поставила в духовку готовиться любимую курочку-гриль сына. Завтра будет совсем другой день, а детей ни на кого не меняют.

Читать далее