Александр Рябов из микрорайона Зверосовхоз называет своего пса Джейсона членом семьи. Чёрный лабрадор попал в его дом ещё щенком и прожил десять счастливых лет. В начале мая 2026 года, после того как Александр забрал Джейсона из службы отлова бродячих животных – измученного, голодного, с загнившими ранами, собаки не стало.
Хозяин пса после утраты решил не оставлять произошедшее без внимания, чтобы в будущем не пострадали другие животные.
– Нашей дочери было два года, когда ей подарили щенка. Прошло уже больше десяти лет, и за это время Джейсон стал для нас членом семьи, – рассказывает мужчина. – Он был добрейшим, умным и залюбленным домашним псом. Очень воспитанным. За всю свою короткую жизнь он ни разу никого не укусил и не подрался. Ему не были интересны другие собаки, пробегающие мимо, не интересно было где-то бегать, он любил валяться дома, так как был домашним, и мы не держали его во дворе как сторожа.
Сорвался с поводка и пропал
28 мая Александр, как обычно, взял Джейсона на прогулку к ручью неподалёку от дома. В какой-то момент лабрадор сорвался с поводка и побежал обратно.
– Он всегда ждал меня у калитки, если вдруг убегал с прогулки, – говорит Александр. – В местном чате люди обычно сообщают, когда встречают на улице собак. И про моего писали: «Чей пёсик такой ласковый у калитки сидит?» До дома идти было метров 200–300. Я пошёл за Джейсоном следом. Но у забора его не было. Я подумал, что, возможно, к брату моему побежал – там тоже есть собака, с которой они дружат.
Но Джейсон не вернулся домой ни к вечеру, ни на следующий день. В чате микрорайона о собаке не было вестей.
Разорванное ухо, разбитый нос и гнойные раны
В какой-то момент мужчина вспомнил о службе отлова бродячих животных, которая работала в Бурятии десять последних лет, но в прошлом году закрылась.
– Претензий к той службе никогда не было, они нормально содержали отловленных собак. Когда я искал Джейсона, заехал и к ним – с ноября они тендер потеряли, но собак до сих пор содержат, не утилизируют, раздают людям. Там не нашёл. Обратился в администрацию города, в Комитет городского хозяйства. Но и там никто ничего не знал. Кто-то подсказал обратиться в Комитет муниципального контроля. Уже четвёртый день шёл. Там мне и сказали, кто теперь занимается отловом животных. Дали номер телефона новой службы. Я звонил, но мне отвечали, что никого нет – все на отловах. Прошла ещё пара дней. И только на восьмой день я смог туда попасть.
Мой Джейсон лежал у них во дворе, под него постелили мешок. Я был в ужасе, увидев его! Он просто лежал без сил, водил глазами и один раз слабо так хвостиком вильнул, когда не сразу узнал меня. Сотрудники службы сказали: «Он ничего не ест и не пьёт уже восемь дней. Чем вы его кормите?» А я был в шоке. У Джейсона были содраны локти, да так, что на одной лапе была видна кость! Видимо, при отлове он сопротивлялся и об камни их содрал, когда его волокли петлёй. Нос разбит, ухо разорвано, подушечки лап в глубоких порезах, сам весь покусанный. Из ран ручьями стекал гной с жутким тухлым запахом. Я так понимаю, что его покусали другие собаки, с которыми он содержался в клетке. Представляю, как ему было страшно и больно, – говорит хозяин лабрадора.
По словам Александра, в службе отлова все животные содержатся вместе. Шерсть Джейсона, некогда блестящая от чистоты, была в собачьих экскрементах.
– Ещё и чумой заразился, мы это выяснили позже в ветклинике. Мой пёс неделю лежал без воды, еды и медицинской помощи. Я поднял его, и он заскулил от боли. Подумал, что домой не довезу – умрёт, и повёз в городскую ветеринарку. Там его приняли экстренно, сказали, что шансов выжить мало. Поставили капельницу, вкололи антибиотики. Отправили домой, но дома он стал совсем плохо дышать. Я снова схватил его и в клинику, но там сказали, что ему срочно нужно на ИВЛ, а такого аппарата у них нет. В другой клинике у Джейсона взяли кровь на анализ и выявили чуму. Из-за неё он не мог дышать – лёгкие были забиты. Ему почистили дыхательные пути, прокапали, поставили уколы. Вечером дома ему стало легче. Мы всей семьёй обрадовались. Назавтра снова поехали на капельницу, и нам сказали, что можно теперь дома через катетер ставить. На следующий день он начал даже ходить, но не ел – мы кормили его через шприц, – рассказывает Александр.
Мучения перед смертью
В ночь на 9 июня Джейсону снова стало плохо. Он проскулил до утра, а затем перешёл на лай, периодически подскакивая от боли. Александр не на шутку испугался и повёз собаку в клинику. Но было уже поздно.
– В машине он лежал у меня на руках и смотрел прямо в глаза, мол: «Мне больно! Сделай хоть что-нибудь!» А потом резко весь вытянулся, и из него хлынула желчь. Литра три вытекло. После этого он обмяк и умер. Долго мучался перед смертью, – сдерживает слёзы мужчина.
Александр направил службе отлова досудебную претензию. Когда он поехал туда, чтобы зафиксировать условия содержания собак, его не впустили.
– Думаю, они понимают, что именно я хотел зафиксировать. Так как приезжал и видел всё своими глазами. Покормить животных нормально они не могут. Защитить домашних собак от других не могут. Оказать медицинскую помощь тоже не могут. Помещений для этого нет. Одна лишь коморка с компьютером для сторожа или для персонала, – вспоминает мужчина.
Когда Александр начал заниматься этой проблемой, он написал о своей беде в один из бурятских пабликов.
– Мне стали писать люди. Говорят, хозяева часто не успевают забрать своих питомцев. Хотя по закону они должны максимум на второй день опубликовать фотографии пойманных собак, чтобы хозяева могли забрать их. Но пост с фотографией Джейсона был опубликован лишь на четвёртый день – 31 мая. При этом, когда я дозвонился наконец до директора службы, он сказал, что у них есть группа в сети «ВКонтакте». Я начал искать, но такой группы нет. В итоге выяснилось, что она называется не так, как мне сказали. То есть время было утрачено. Я, возможно, мог бы спасти Джейсона, выходить его, – говорит хозяин собаки.
Взрослый сын Александра тяжело переживает утрату. В день смерти Джейсона он даже не смог выйти на работу. Его младшая сестра уже несколько дней плачет и не встаёт с постели.
– Я это так не оставлю. Из-за того, что случилось с моей собакой, из опасений за других животных. А главное, из-за того, каким равнодушным оказался директор этой службы. Я приехал поговорить с ним, а ему настолько всё равно: «Подавайте в суд, делайте, что хотите». Таким он был в общении со мной, – вспоминает мужчина.
Ради безопасных улиц
Своей ответственности и вины мужчина не отрицает. Но считает, что Джейсона содержали в плохих условиях, что и привело его к мучительной смерти.
– Не отрицаю, что доля моей вины в этом есть, – говорит хозяин собаки. – Но Джейсон не сидел во дворе на цепи с ошейником, он абсолютно домашний изнеженный пёс. И никому не причинил вреда. Считаю, что отловом и содержанием бродячих собак должны заниматься те, кто действительно любит животных и работает с ними в рамках закона – с должным уходом. Не ради бизнеса, а ради чистых безопасных улиц.
Безответственность владельцев
Эрдэни Баяртуев, генеральный директор ООО «ЮДЭ»:
– Хозяин собаки подал досудебную претензию нашей организации, поэтому мы пока не будем объяснять подробности отлова указанного лабрадора. Готовим ответ. О том, что это был лабрадор чистой породы, мы узнали, только когда за ним пришёл его хозяин. Он нашёл свою собаку по фотографии на нашей странице в соцсети, куда мы выкладываем информацию о пойманных животных. Позвонил, приехал и забрал.
Хозяин предъявил нам требование по возмещению ему материального вреда. Но мы с этим требованием не согласны, поскольку собака была отловлена в соответствии с действующим контрактом на территории посёлка Зверосовхоз, а именно при отработке заявок по стае собак и по алабаю, которые бродили в тот момент по посёлку. В тот день нами был отловлен не только указанный лабрадор, но и заявленный алабай.
Для Зверосовхоза проблема безнадзорных животных очень остра. Они стали причиной не одного трагического случая. Поэтому заказчик постоянно спрашивает с нашей организации по отлову в этом посёлке. За последние пять месяцев мы отловили там большое количество собак и отметим, что многие из них не бродячие, а хозяйские. Это говорит о безответственном отношении жителей как к своим животным, так и к односельчанам.
Разумеется, все хозяйские собаки для своих владельцев хорошие и добрые, но за забором они представляют потенциальную угрозу населению, так как охраняют свою территорию. Кроме того, животное, сбежавшее из дома, зачастую голодает и может примкнуть к стае бродячих собак. Пользуясь случаем, мы просим граждан не выпускать своих собак за ограду во избежание трагичных случаев. Даже если хозяин находится рядом. В случае с лабрадором хозяина не было рядом, собака была отловлена на улице, на муниципальной земле и в соответствии со всеми требованиями закона. Велась видео- и фотосъёмка, результаты которой мы предъявим в ходе гражданского разбирательства.
Возможно, на улице лабрадор встретил стаю бродячих собак, подрался. Собака уже при отлове имела повреждения, о которых идёт речь, была практически в том же состоянии, что и при передаче хозяину. За исключением слабости от недоедания. Здесь стоит отметить, что многие домашние собаки, пойманные на самовыгуле, из-за стресса отказываются от еды и воды. Лабрадор отказывался пить и есть. Хотя корм у нас свежий, сертифицированный, приобретается в специализированных организациях. У нас содержание собак осуществляется как положено.
В тот день у нас была заявка на стаю собак, в которой находилась сучка в период течки. За ней и бегала вся стая. Наша задача была эту стаю разбить, а также поймать алабая. Естественно, когда отловщики увидели крупную чёрную собаку, которая шла по улице потерянная, они, как положено, поймали её. В вольере службы отлова лабрадор вёл себя адекватно. Содержался вместе с ещё четырьмя особями – как положено по размеру животных и пространства. Ни с кем не дрался. Другие собаки от пищи не отказывались. Потом мы перевели лабрадора в отдельный вольер, но и там чашки с водой и кормом он не трогал. Просто лежал, не вставая. Ветеринар осмотрел собаку, по его совету мы попробовали укрепляющие уколы (витамины). Но это не помогло.
У нас уже был один домашний пёс, который совершил три нападения. После отлова он две с половиной недели лежал. Что бы мы ни делали, он в итоге ушёл из жизни. При этом у него не было никаких заболеваний. Он просто не ел и не пил.
В случае с лабрадором прежде всего вина владельца, который допустил её побег и последующий отлов.
Некоторые считают нашу подрядную организацию живодёрами. Это не так. Мы работаем с зоозащитниками совместно и стараемся делать свою работу правильно. Мы любим животных. Процесс отлова для них очень сложный, прежде всего психологически. Если вы завели собаку, то содержите её как положено. Если у вас в заборе дырки, заделайте их. Если вы видите, что собака копает под забор, сделайте ей будку или навес – ей не хватает тени. Сделайте вольер. Если собака крупная, значит, у неё должен быть надёжный поводок с хорошим карабином. Если держите на цепи, проследите, чтобы цепь была крепкой, не перекручивалась. Ставьте прививки и обязательно регистрируйте свою собаку! Если бы лабрадор, о котором идёт речь, был зарегистрирован, он бы прошёл по базе, и уже на следующий день мы бы нашли его хозяина по номеру чипа.
