инвестиции
12077

Как в Бурятии поддерживают инвесторов и нужно ли продолжать это делать?

На эти вопросы мы попросили ответить экс-министра экономики республики Татьяну Думнову

Фото: Евгений Коноплёв

В начале июня Евросоюз ввел шестой пакет санкций против России, включая частичное эмбарго на поставки нефти. В такой ситуации возникает ряд вопросов. Как государство привлекает инвесторов? Получится ли реализовать задуманные инвестиционные проекты? И нужны ли такие меры поддержки? Об этом читайте в материале «Информ Полиса». 

Оптимистичный прогноз

С конца февраля Россия подвергается все новым и новым санкциям со стороны западных стран. Российский рынок значительно отрезан от мировой системы, что выражается в нарушении товарных и финансовых цепочек. Экс-министр экономики РБ, а ныне член Общественной палаты (ОП) Бурятии Татьяна Думнова считает, что на их перестройку может уйти несколько месяцев. 

— Ограничения привели к оттоку иностранных инвестиций. По данным ЦБ, чистый отток капитала из России в первом квартале составил 64,2 млрд долларов. Это рекорд с 2014 года. Замедлить бегство капитала из страны Центробанку удалось благодаря ограничениям и валютным правилам. Разрыв связи Национального расчетного депозитария с международными биржами — прямое следствие санкций. Эти меры в свою очередь отражаются как на оценках компаний, так и на уровне риска инвестирования в них. Я склоняюсь к тому, что учет рисков носит временный характер. Тем не менее инвесторы, вкладывая средства в реальный сектор и рассматривая текущую ситуацию как неблагоприятную, не планируют сокращать свое присутствие в стране. Компании видят потенциал российской экономики и склонны к увеличению объема инвестиций в ближайшие годы, — делает позитивный прогноз она. 

Все ради инвестора

По словам Думновой, в таком положении российской экономике остаётся рассчитывать только на собственные силы, а для этого необходимо провести целый ряд реформ, чтобы упростить регистрацию новых предприятий и привлечение инвестиций в ключевые отрасли. 

— Так, в Бурятии при поддержке федерального центра запущен механизм поддержки инвестиций, который ориентирован прежде всего на средний и крупный бизнес. Это единые и публичные правила работы всех участников инвестиционного процесса: инвесторов, госорганов. ресурсоснабжающих организаций. Причем эти правила нельзя будет изменить в одностороннем порядке, — отмечает эксперт. 

Механизм поддержки инвестиций включает:

  1. Инвестиционную декларацию — стандарт представления регионов своих инвестиционных целей и приоритетов на пять и более лет.
  2. Свод инвестиционных правил — пошаговые алгоритмы для решения типовых задач инвестора: получение разрешений, подключение к инфраструктуре, получение льгот и финансовой поддержки, наем персонала и др.
  3. Интерактивную инвестиционную карту региона — вся необходимая информация для инвестора, включая планируемое размещение объектов по решению федеральных, региональных и муниципальных органов.
  4. Консультационный механизм — фонд регионального развития (ФРР) и региональный центр «Мой бизнес» обеспечивают коммуникации инвесторов со структурами власти в республике.
  5. Операционные центры сопровождения инвестиционных проектов в республике в режиме «одного окна»: ФРР — для крупного бизнеса, «Мой бизнес» — для среднего и малого. 

Еще одно нововведение для инвесторов появилось в конце 2021 года. 

— Также в конце прошлого года принят региональный закон об инвестиционном налоговом вычете, в соответствии с которым инвесторы смогут возместить до 90 % своих вложений в проект и создавать новые рабочие места. Вычет можно получать в Бурятии до 2027 года. Это актуально для инвестпроектов, связанных с расширением производства, строительством новых объектов и вводом мощностей в период антироссийских санкций. Строителям на таких же условиях можно снизить налог до 100 % понесенных затрат на коммунальную и транспортную инфраструктуру и до 80 % — на строительство социальных объектов в рамках комплексного развития территории, — рассказывает экс-министр. 

Также Думнова вспоминает, что во многих регионах России стартовала коммерческая ипотека, за счет которой реализуются инвестиционные проекты. 

— Инвесторы в сфере строительства и промышленные предприятия могут получить кредиты для создания или реконструкции промышленной инфраструктуры, а инвесторы — на возведение коммерческой нежилой недвижимости. Кредитная ставка после компенсации составит 9 % годовых. Для действующих инвесторов и бизнеса на уровне правительства РФ и регионов принят большой пакет мер, направленных на сокращение издержек, — делится наша собеседница. 

Член ОП заявляет, что помимо перечисленных мер нужно постоянно проводить мероприятия по повышению общего инвестиционного климата России и республики. 

— Необходимо внедрять меры по снижению административных барьеров ведения бизнеса и повышению эффективности работы судебно-правовой системы. Действие санкций вынуждает власти России и регионов развивать высокотехнологичные отрасли промышленности, обрабатывающие производства и тем самым сокращать технологическое отставание от развитых стран для обеспечения национальных интересов и устойчивого социально-экономического развития. Реализация программы импортозамещения позволит экономической системе страны занять достойное место в мировой экономике и укрепить мирохозяйственные связи, — считает Татьяна Думнова. 

ТОР — это не ОЭЗ

Не стоит забывать о других мерах поддержки инвесторов, таких как особые экономические зоны (ОЭЗ) и территории опережающего социально-экономического развития (ТОСЭР, или ТОР). Экс-министр экономики РБ поясняет, что точечная работа по их развитию позволит протестировать ряд эффективных механизмов повышения инвестиционной привлекательности отдельных районов республики. 

— ТОР не нужно путать с ОЭЗ, где также действует особый режим для предпринимателей. Суть этих инструментов близка: в них действуют различные льготы для бизнеса, однако набор их отличается. В ТОР гораздо ниже порог вхождения для потенциальных резидентов (50 млн инвестиций на 10 лет), а в ОЭЗ — от 120 млн рублей. ТОР создаётся на территории города (района) в целом, а ОЭЗ — обособленная промышленная (портовая, туристская) территория в буквальном смысле слова. ОЭЗ предназначены больше для поддержки технологичных предприятий, производства на экспорт и привлечения иностранного капитала, тогда как ТОР направлены на внутреннее социально-экономическое развитие локальных территорий регионов. ТОР создается на 70 лет, срок ее существования может быть продлен, что не предусмотрено в отношении ОЭЗ (они создаются на 49 лет) и зон территориального развития (12 лет), — разъясняет Думнова. 

ТОР «Бурятия» появилась в 2019 году в Кяхтинском и Кабанском районах после вхождения республики в Дальневосточный федеральный округ. Она одна из самых молодых в ДФО. 

— Сейчас площадки ТОР расположены еще и в Прибайкальском, Окинском, Бичурском, Заиграевском, Мухоршибирском и Хоринском районах и в Улан-Удэ. Общая площадь — 574,5 га. Основная специализация ТОР — это проекты в области сельского хозяйства, здравоохранения, транспорта и логистики, промышленного производства, добычи полезных ископаемых и переработки лесоматериалов, — рассказывает член ОП. — Льготы для инвесторов касаются налога на прибыль, на имущество, на землю, ставок по арендной плате, использования объектов инфраструктуры. Они позволят сократить себестоимость товаров, при этом норма прибыли предприятий будет выше. Другими словами, суть программы ТОР пока сводится к привлечению инвесторов на конкретную территорию условиями льготного налогообложения и предоставлением инфраструктуры, построенной на бюджетные деньги. 

Нужны ли ТОР Бурятии?

В рамках ТОР «Бурятия» заключено 13 соглашений общим объемом инвестиций 12,63 млрд рублей и созданием 1 723 рабочих мест. На сегодня вложено почти 2 млрд рублей, создано около 200 рабочих мест, говорит Татьяна Думнова. 

— Только в этом году первые резиденты ТОР начинают осуществлять свою деятельность, так как для их реализации вначале нужно построить инфраструктуру. В их реализацию внесла свои коррективы и пандемия коронавируса. Так, ООО «Таможенно-логистический терминал «Наушки» является резидентом ТОР с 2019 года. Проект снизил темпы реализации в 2020 году, но с 2021 года активизировался: резидент сменил подрядную организацию на выполнение проектно-сметной документации, в мае 2022-го актуализировал стоимость проекта и сроков его реализации, в этом году начнет планировочные работы на участке. Сегодня проект не отстает от планов реализации, — поделилась она. 

Татьяна Думнова называет следующие минусы ТОР:

  • Системная работа и единое комплексное планирование в стране пока отсутствует.
  • Все еще существует зависимость проектов в ТОР от федерального центра.
  • Не стимулируется развитие уже работающего местного бизнеса на таких территориях.
  • Из-за льгот себестоимость товаров резидентов ТОР сокращается, а прибыль выше. Поэтому некоторые компании (и градообразующие) не смогут конкурировать с аналогами в ТОР.
  • Нельзя, чтобы ТОР использовались для привлечения работников из-за рубежа. Местным органам власти нужно жестко это контролировать, отдавая абсолютный приоритет собственному населению.

Татьяна Думнова добавляет, что успешно реализован проект резидентов ТОР «Бурятия» по строительству центра ядерной медицины в Улан-Удэ за 1 млрд рублей. 

— В этом году компания получила разрешение на ввод объекта в эксплуатацию, и в третьем квартале планируется начать прием первых пациентов. Планируется создать 18 рабочих мест. В 2022 году — привлечь четырех резидентов ТОР «Бурятия» с общим объемом вложений 8,1 млрд рублей и созданием 945 рабочих мест, — резюмирует экс-министр. — ТОР нужны, но для того, чтобы они реализовали свой потенциал, необходимо учесть все риски региона, местную специфику, специфику отраслей и, конечно, адаптировать закон к потребностям не только крупного бизнеса, но и малого, среднего и местных сообществ. В дальнейшем применение преференций ТОР может послужить конкурентным преимуществом для увеличения темпов развития региона.

Автор: Номина Соктуева

Подписывайтесь

Получайте свежие новости в мессенджерах и соцсетях