Байкал
16611
4

И с бумажкой ты букашка: Как закон обернулся против жителей на Байкале

У владельцев участков в Баргузинском районе начали отбирать землю, прикрываясь буквой закона?

Коллаж infpol.ru

Жить и вести хозяйство вблизи Байкала. Если ещё несколько лет назад это было реальностью, сложившейся десятилетиями, то сегодня может стать противозаконным. Земельные участки бывшего колхоза, доставшиеся жителям Баргузинского района Бурятии в ходе приватизации, оказались вне закона. Теперь они рискуют попасть в долговую кабалу и обращаются за помощью к главе республики Алексею Цыденову. Почему так вышло, что люди стали заложниками правового капкана, мы попытались разобраться в нашем материале.

Запретили готовить известь, ловить нерпу и держать лошадей

64-летний Семён Григорьевич Дергачёв родом из села Гусиха Баргузинского района Бурятии. Вся его жизнь прошла на побережье Байкала: здесь он избирался заместителем председателя колхоза, парторгом в рыбокомбинате, а затем председателем рыболовецкого колхоза «Байкалец», которому отдал почти тридцать лет своей жизни.

СПРАВКА. История колхоза «Байкалец» начинается с 30-х годов XX столетия. В 1993 году Баргузинский райисполком передал в собственность колхозу, тогда уже преобразованному в производственный кооператив, около 5 000 га земли по плану приватизации. Ещё через год колхоз получил свидетельство о праве собственности на землю. В 2006 году, когда потребовалось это право зарегистрировать, Семён Дергачев подтвердил подлинность документа в Арбитражном суде республики.

Жизнь шла своим чередом. Колхозники, которых насчитывалось порядка 300 человек, ловили рыбу и заготавливали известь. Этот материал был очень востребован на советских стройках. В трёх отделениях - «Максимиха», «Нестериха» и «Усть-Баргузин» - работали четыре рыболовецкие бригады колхоза. В «Нестерихе» - звероферма с племенным хозяйством в пять тысяч голов. Здесь же разводили норку, песца и лису. Члены семей работников держали скот и вели подсобное хозяйство.

- Также заготавливали нерпу, до 1 200 голов, - вспоминает трудовые времена Семён Григорьевич. – Но к девяностым годам заниматься нерпой нам запретили. Пришлось это хозяйство закрыть, и люди остались без работы. Вскоре закрылся известковый карьер. Потом и лошадей запретили держать. В последние годы колхозу не давали квоту на вылов рыбы, так как мы не стали участвовать в аукционе по Байкалу. Мы организовали собрание колхозников и решили закрыться. Чувствовали, что положение очень серьёзное, и решили заняться землёй. Собрали все документы, в том числе разрешение администрации района, и поехали в Арбитражный суд. Поскольку оформляли в собственность землю, которая находится около Национального парка.

«Теперь эти участки у людей хотят отнять»

Решение принималось не быстро, и только спустя месяц обсуждений, в декабре 2006 года, бывший коллектив колхоза получил документ о праве собственности на землю. Через три года в связи с финансовыми трудностями на общем собрании колхоза решили размежевать землю и каждому колхознику раздать паи.

- Взяли 90 гектаров Максимихи, Коврижку и Кулиное, как «земли сельскохозяйственного назначения», - показывает на карте Дергачёв. – Потом «нарезали» их по 10 соток, сделали улицы, дороги, канализацию и воду, электрифицировали и перевели земли сельхозназначения в поселения. Каждого колхозника свозили на его участок.

Часть колхозных земель решили продать юридическим и физическим лицам. Так, более 30 участков у колхозников приобрёл покупатель из Иркутска. Каждому заплатил по 100 тысяч рублей. По словам бывшего председателя колхоза, для пожилых людей эта сумма была настоящей радостью. Правда, длилась радость недолго. 

«Кулиные болота - такого понятия вообще нет!»

Спустя некоторое время Восточно-Байкальская природоохранная прокуратура зашла с проверкой на этот участок. На землях бывшего колхоза нашли болотистые местности. Прокуратура их определила как земли «водного фонда», не подлежащие передаче в частную собственность.

Сначала в 2019 году прокуратура подала иск к нынешнему собственнику земель - предпринимателю из Иркутска - в Баргузинский райсуд. И проиграла его. Жители Баргузина успокоились, считая, что теперь их бывшие участки никто не тронет.

Однако летом 2020 года Семёну Дергачёву, его бывшим работникам и их наследникам пришли судебные повестки. Оказывается, природоохранная прокуратура подала апелляцию в Верховный суд Бурятии и продолжала настаивать, что на «колхозных» землях расположены водные объекты, принадлежащие Российской Федерации.

- Эти болота зависят от уровня воды в Байкале, - указывает на карту Дергачёв. – Когда воды в озере мало, болот вообще нет, суша. Это не постоянные водные объекты, можно сказать. Получается, если на покосах у меня вода и если поедет прокуратура по Лижнёвке, то все покосы мои заберёт? Скажет, косить нельзя, огород садить нельзя, коров держать нельзя, кататься нельзя... Прокуратура назвала земли сельхозназначения Кулиное – «Кулиным болотом». А такого понятия вообще нет! Местность просто называется Кулиное. А что такое «Кулиное болото», даже местные не знают. В Максимихе есть Фёдорово поле – от имени бригадира Фёдорова, который на этой земле работал. Солонцы в Максимихе - от солонцовой земли. В Гусихе было много гусей. Понимаете?

«Почему люди должны искать, как семьи кормить?»

Суд к мнению простых жителей не прислушался. В августе 2020 года Верховный суд Бурятии признал незаконным образование участка в Кулином. И вообще отменил приватизацию колхозных земель. Свидетельство о праве собственности, выданное колхозу, признали недействительным.

- Как можно взять чью-то бывшую собственность и сказать: «Иди отсюда!»? Мои колхозники теперь мне вопросы задают. Теперь мы все должны вернуть полученные по договору купли-продажи деньги обратно покупателям. Этих денег у нас нет, и взять их неоткуда. Ведь мы все пенсионеры. При этом выходит, что у нас могут отобрать в счёт погашения долга и другое имущество. Почему люди должны искать, как семьи кормить? Жильё никто не покупает. Да и кому оно надо тут? Никто не предупредил, что работы на этих землях не будет, что это запретная зона. Люди остались жить здесь без средств к существованию, – возмущается бывший председатель колхоза. 

Как так вышло, что все документы, выданные бывшему колхозу районной администрацией, земельным комитетом и национальным парком, теперь не имеют никакой силы? Почему люди, продавшие свои участки, теперь должны вернуть деньги, а покупатели - лишиться земли? С этим вопросом Семён Дергачёв обратился к главе Бурятии Алексею Цыденову. Он попросил руководителя республики помочь разобраться в сложившейся ситуации. Копии обращения Дергачёв направил в прокуратуру республики, уполномоченному по защите прав предпринимателей, главе Баргузинского района и в СМИ.

«Земли с лёгкой руки могут признать болотами»

Николай Васюткин, земельный юрист: 

- Данное судебное дело можно назвать прецедентным, при этом правовые подходы при решении спора могут в дальнейшем примениться в отношении многих жителей и предпринимателей, осуществляющих хозяйственную деятельность на прибрежной территории Байкала. Ведь по существу идёт процесс деприватизации земельных участков, которые были оформлены в собственность нашими коренными жителями из «колхозного» имущества. Конечно, сейчас природоохранная прокуратура преподносит подобные дела как «правые», но мы совсем не думаем, что в конечном итоге страдают местные жители. Ведь у некоторых нет возможности и необходимости использовать эти земли – вести сенокошение и выгуливать скот на пастбищах. Предположим, вы оформили и продали потом другому. В один прекрасный день эту собственность оспорят, и в итоге ему придётся вернуть деньги, которые уже потрачены. В итоге частная собственность остается не под защитой государства, хотя конституционные нормы говорят о равенстве прав в защите прав на землю.

Нужно понимать, что первоначальный выдел участков для колхоза произошёл в далеких 30-х годах. И на сегодня в вину ставится факт включения болот в состав земель. Хотя думается, что навряд ли в то время выдавали колхозу болота для сенокошения, что можно было рассмотреть как вредительство. Удивляет, что при рассмотрении дела никто не дал конкретных площадей водных объектов – болот на спорном земельном участке. Хотя это важно, ведь земельный спор должен быть подкреплен заключением кадастрового инженера в части координат водных объектов. И, скорее всего, речь идёт не столько о болотах, сколько о зоне подтопления. И подобных ситуаций в республике очень много, когда в советское время выделяли землю под сенокошение, которая была подтопляемая. А сейчас с лёгкой руки их могут признать болотами. Такими темпами мы можем пригород Улан-Удэ в районе Хойтобэе признать территорией болота, которая подтапливается либо грунтовыми водами, либо маленькими речками. Удивляет факт нивелирования решения Арбитражного суда Бурятии, который признал за колхозом факт права собственности на землю. Данное решение практически было проигнорировано. Таким образом, в решении суда очень много спорных вопросов, нежели ответов на конкретные факты.

«Акватории водных объектов не могут принадлежать кому-либо, кроме государства»

Наталия Рягузова, старший помощник Байкальского межрегионального природоохранного прокурора по взаимодействию со СМИ:

- Природоохранная прокуратура оспорила право частной собственности на земельный участок в 860 га в границах Забайкальского нацпарка. Основанием спора стали результаты прокурорской проверки, показавшие порочные действия по формированию, постановке на кадастровый учёт и предоставлению в частную собственность уникальной природной территории, свидетельствующие о ничтожности сделок по продаже земель. Одно из грубейших нарушений закона по этому делу - передача в частную собственность акватории водных объектов, которые могут находиться только в собственности государства. В состав защищаемых прокуратурой земель вошли в том числе водно-болотные угодья, акватории реки Исток, озера Малый Арангатуй, Чивыркуйского залива Байкала, его береговая полоса, а также памятник природы - термальный источник Кулиных болот.

Прокуратурой прослежена история выбытия из государственной собственности этих ценных территорий. Так, в период приватизации рыболовецкого колхоза «Байкалец» предприниматель приобрел 33 земельных участка у собственников паев и 12 - у самого колхоза, с последующим объединением купленных участков в единый. Однако площадь приватизированных земель значительно превысила принадлежащую колхозу территорию, а акватории водных объектов никогда не принадлежали и не могли принадлежать кому-либо, кроме государства, в силу закона. Допущены нарушения при приватизации и возникновении права частной собственности, сделки по продаже земель ничтожны. Несмотря на очевидное нахождение спорной территории в границах водного фонда, фактическое покрытие части участка водой, заключения специалистов и уполномоченных органов, Баргузинский районный суд посчитал недоказанными доводы прокурора. Законности и справедливости прокуратуре удалось добиться в Верховном суде Бурятии. Апелляционное представление прокурора удовлетворено, по делу принято новое решение о признании права частной собственности на землю отсутствующим и снятии спорного участка с кадастрового учета. Сейчас уже бывший собственник оспаривает апелляционное определение в кассационной инстанции.

Автор: Валерия Бальжиева

Подписывайтесь

Получайте свежие новости в мессенджерах и соцсетях