экономика
9542
1

«Люди на всякий случай боятся»

Ждет ли россиян деноминация и что стоит за разговорами об изменении номинала рубля?

Фото: Евгений Коноплёв

Экономист Александр Разуваев 10 июля предложил деноминировать рубль в 100 раз. Он мотивировал это тем, что в начале июля объем наличных денег в стране превысил 11,6 трлн рублей, установив новый рекорд. 

Три дня спустя председатель Центрального банка (ЦБ) России Эльвира Набиуллина заявила, что в России все в порядке с рядом банкнот и их номиналами, причин для изменения стоимости денежных знаков нет, это не планируется и не рассматривается. Об этом сообщает «Рамблер». 

Однако волну паники успели подхватить многие федеральные СМИ, и люди не на шутку забеспокоились. Действительно ли россиян ждет деноминация рубля или ее заменят девальвацией и конфискацией – в материале «Информ Полиса». 

«Деноминация – это изменение номинала валюты»

По словам независимого финансового консультанта Александра Доржиева, оснований доверять словам экономиста Разуваева нет. Он называет это заявление голословным, призванным поднять хайп. 

- В России с 1998 года дежурная страшилка связана с тремя «Д» - деноминация, девальвация и дефолт. Люди запомнили слова, смысл со временем размылся, но они на всякий случай боятся, - объясняет частный инвестор. - Конкретно деноминация - это чисто технический вопрос изменения номинала валюты. В 1998 году убрали три нуля из-за гиперинфляции в сотни и тысячи процентов в год. Только после таких обстоятельств имеет место деноминация, потому что деньги неудобно считать в миллионах и миллиардах. Тогда население вообще не почувствовало разницы. В России за последние 20 с лишним лет никакой гиперинфляции не наблюдалось и, соответственно, никакого экономического смысла в деноминации нет. 

Этого же мнения придерживается доктор экономических наук Виктор Беломестнов. По его словам, деноминация сопровождается дополнительными затратами на печать новых купюр и мелкой монеты, производство которой сейчас экономически невыгодно. 

- Также деноминацию можно проводить в случае, когда государству необходимо конфисковать лишние деньги. Такое случилось в 1991 году в ходе Павловской реформы. Сейчас такой цели нет, опасаться этого не стоит, - говорит эксперт. - Конфискацию проводят, когда денег много в обороте помимо банковской системы, много криминальных денег, серых схем. Тем более сейчас из-за коронавируса население большую часть денег своих истратило, доходы уменьшились из-за простоя, безработица увеличилась. Деньги сами по себе вымываются у населения на текущие нужды.

 - Еще весной люди у меня спрашивали, будет ли дефолт, имеется в виду суверенный, - вспоминает Александр Доржиев. - Нет. Дефолт - это отказ страны платить по внешним долгам, когда их много или проценты слишком высокие. У России очень мало долгов, с 1998 года страна расплатилась почти по всем. И как тогда может быть дефолт? Никак. 

Налоги - это не конфискация

Наши собеседники отмечают, что введённые недавно налоги на деятельность самозанятых, вклады и проценты от акций - это не конфискация. По их мнению, в этом нет ничего плохого, так как это совсем другие процессы, направленные на приведение деятельности к честным правилам игры. 

- Это направлено на выравнивание налогообложения по всем доходам: с зарплаты, с дохода самозанятых, с облигаций, в том числе государственных, и с вкладов свыше миллиона рублей, - подчеркивает Александр Доржиев. - Это в определенной степени повышение налогов. Я, как и все экономисты, в этом никакой трагедии не вижу. С точки зрения правительства и логики это должно было случиться. Многие страны так делают, когда богатые платят больше, чем бедные, например, в Европе. Повышение налогов вызывает определённое напряжение у населения. Они боятся, что проценты будут постоянно повышать, некоторые говорят вообще об изъятии, как в 30 - 40-е годы. 

Рубль не напрямую зависит от нефти

Независимый финансовый консультант отмечает, что при падении стоимости нефти возможна не деноминация, а девальвация - снижение курса национальной валюты по отношению к другим валютам. 

- Это второй страх из трех «Д». Здесь подразумевают, что в разы уменьшается стоимость валюты, как в 1998 году, но это никак не повлияет на жизнь людей, - уверяет эксперт. - Иногда девальвацией неправильно называют ситуацию, когда рубль падает по отношению к доллару – был 60 в начале года, а стал 80. Но это рыночное снижение, просто у нас рубль зависит от стоимости нефти. Падает нефть - падает рубль. Я раньше считал, что это совсем прямая зависимость. Но у нас экономика усложняется, ЦБ действует грамотно и однозначной зависимости уже нет. 

В пример консультант привел отрицательную цену нефти в апреле, когда аналитики предполагали, что доллар будет 100 рублей. Но этого не произошло из-за действий Центробанка, который сгладил локальное искажение рынка. 

- Рубль не рухнул, потому что у нас прекратился импорт. Магазины закрылись, люди скупили что есть, а потом деньги кончились. Летом прекратились поездки за рубеж, спроса на валюту нет, и он не растет как обычно. Это сильно искажает платежный баланс, - добавляет Доржиев. - При этом доход от продажи нефти получают в долларах, а тратить нужно в рублях. Если стоимость валюты упадет, то рублей, полученных от нефти, будет больше. Есть возможность, снизив курс национальной валюты, получать больше рублей за то же количество нефти. 

Однако у государства при низкой стоимости нефти и ее небольших продажах все равно образуется серьезный недостаток в бюджете. Чем финансировать - вопрос открытый. Доржиев предполагает, что в правительстве могут пойти на снижение курса национальной валюты. Но этого нельзя сказать с уверенностью. Все зависит от того, как поведет себя коронавирус, будет ли вторая волна.

Автор: Номина Соктуева

Подписывайтесь

Получайте свежие новости в мессенджерах и соцсетях