В Бурятии главу семьи подозревают в изнасиловании приемной дочери
Главное Популярное Все

В Бурятии главу семьи подозревают в изнасиловании приемной дочери

Фото: pixabay.com

Однако его жена считает, что ее супруг - образцовый отец, а дети могут лгать

В конце декабря 2019 года СМИ сообщили: сотрудник Кижингинской районной администрации подозревается в изнасиловании приёмной дочери. Против мужчины возбуждено уголовное дело по ст. 131 УК РФ («изнасилование несовершеннолетней»). Сейчас он пребывает в СИЗО, слушания по его делу продлятся до февраля. 

Корреспонденту «Информ Полиса» удалось найти семью, в которой воспитывалась девушка. В то, что происходит в её некогда счастливой жизни, мама большого семейства до сих пор не может поверить. 

Образцовая семья

В этой истории много противоречий. Под подозрение попал не просто сельский чиновник, а многодетный отец Антон Иванов, семья которого считается в районе образцовой. 

Кижингинцы Елена и Антон вместе уже 16 лет. В 2007 году пара зарегистрировала отношения, а через год решила взять сразу троих ребятишек из детского дома в Улан-Удэ – своих детей у них на тот момент не было. 

- Мы знали, какие трудности у нас впереди, тем не менее приняли обоюдное решение взять малышей, - с улыбкой вспоминает Елена. – Младшие дети, Ира и Саша, сразу приняли нас, стали называть «мамой» и «папой». Старшей, Ане, было уже семь – она только спустя месяц поняла, что мы её любим, и тоже стала нас так называть. 

Со временем у Елены и Антона родились двое прекрасных детей. 

- Со всеми пятью у нас были хорошие доверительные отношения, мы их лечили, помогали каждому и приучали к труду. С нашей стороны была и моральная, и материальная поддержка, - говорит многодетная мать. 

За все годы семейной жизни Елена не замечала со стороны мужа ничего необычного в поведении и обращении с детьми. Старшая дочь-подросток (написавшая заявление первой. – Прим. автора) не страдала депрессиями и не проявляла агрессии, говорит женщина. 

- Разве что немного была замкнутой, наверное, в связи с переходным возрастом. Может, когда уроки не понимала, - рассуждает Елена. – А так рассказывала мне обо всём, что у неё случалось в школе, с подружками. Жили мы нормально. Муж ладил с детьми, даже баловался вместе с ними. 

Однажды супруги Ивановы отыскали в соцсетях бабушку Ани. Хотели воссоединить родственниц, ведь у девушки нет отца, а мать лишена родительских прав. Аня до сих пор общается с родной бабушкой, а недавно переехала в Улан-Удэ, где теперь живет в общежитии и учится в колледже. 

«По медкнижке была девственницей»

В конце прошлого года Елену сразило известие: старшая дочь заявила на отца в полицию. Женщина немедля набрала номер дочери, чтобы узнать, что произошло. 

- Когда Аня подала заявление на отца, я находилась в Кижинге. По телефону дочь мне ничего не объяснила, сказав только «Простите», - вспоминает Елена. – Потом из её показаний я узнала, что она обвинила Антона в изнасиловании. Сказала, что он насиловал её три года, когда она была ещё несовершеннолетней. В прошлом году, когда Аня была в Улан-Удэ, муж ездил туда по делам и встретился с ней. Как рассказала дочка в своих показаниях, папа приехал за ней, увёз на Набережную и изнасиловал в машине. Потом якобы отвёз к торговому центру «Пионер», где они встретились с моей младшей сестрой, забрали её и подвезли дочку на учёбу. В тот день она мне почему-то не позвонила. Вместо этого встретилась с другом, потом с соседками по общежитию, а затем позвонила на «112» и сообщила об изнасиловании. 

На Антона завели уголовное дело и посадили в СИЗО. До середины февраля продлятся слушания по его делу. С тех пор, как Аня заявила на отца, связь между матерью и дочкой оборвалась. Девушка отстранилась от семьи и перестала отвечать на звонки. 

- Хотя раньше она звонила, когда ей нужны были деньги или возникали трудности с учёбой, - говорит Елена. 

Она задаётся вопросами, почему Аня обратилась в полицию только по достижении 18 лет. Женщина уверена, что дочка наговаривает на отца. 

- Аня сказала, будто отец насиловал её с 15 лет. Но, когда я подняла её медкнижку, увидела, что летом 2018 года, когда ей было 17 лет и мы проходили очередной медосмотр, она была девственницей. Для чего она это сделала? Видимо, у неё был такой пик – совершеннолетие, или знакомые ей сказали, что по исполнении 18 лет приёмные родители не имеют на неё никаких прав. Я ей, кстати, тоже как-то об этом обмолвилась. Может, тем самым мотивировала её отделиться от нашей семьи. Ведь у неё в городе появилась поддержка в виде бабушки, - предполагает Елена. 

«Мама, я соврала»

Средняя дочь Елены и Антона Ира сначала проходила по делу как свидетель, а вскоре тоже написала на отца заявление. Женщина утверждает, что дочка созналась во лжи, на которую её якобы уговорила сестра Аня. 

- Написала, что в отношении неё тоже были применены действия сексуального характера. Но она у нас, если скажешь ей сказать «так», скажет, что было «так», даже если этого не было. Она пришла ко мне: «Мама, я соврала, сестра попросила», - рассказывает женщина. – Тут уже несовершеннолетний ребёнок, а это отягощение. Понимая, что соврала, Ира не осознаёт всю серьёзность последствий. Мы поговорили, она согласилась пройти детектор лжи и психолого-психиатрическую экспертизу. Также наняли для неё адвоката и написали ходатайство о повторном допросе. Скоро её должны вызвать следственные органы. Со старшей дочерью мы тоже всё обсудили, она согласна изменить показания. Только боится сделать шаг назад, боится, что её обвинят во лжи и оштрафуют. 

Как утверждает Елена, она готова простить и принять старшую дочь в семью. Пока идёт следствие, женщина попросила девушку не беспокоить. 

Замглавы Кижингинского района по социальной политике отказалась комментировать громкий случай с коллегой. Воздерживаются от комментариев и другие сотрудники администрации. Один из них лишь охарактеризовал многодетного отца как ответственного работника. 

- Я знаю Антона как добросовестного, ответственного. Никаких нареканий не имел, всегда в срок всё выполнял. По поводу уголовного дела ничего сказать не могу, - говорит коллега Иванова. 

По его словам, на место находящегося под следствием мужчины временно принят другой работник. 

Мы направили официальный запрос в Следственное управление Следственного комитета по Бурятии. Однако там отказались от комментариев, сообщив, что данные предварительного следствия не разглашаются. 

Избила до смерти

В 2014 году жительница Кижинги взяла под опеку двух девочек-сестёр из Закаменского реабилитационного центра – семи и десяти лет. За них безработная 34-летняя женщина получала 10 тысяч рублей пособия. Известно, что семилетняя дочь имела проблемы со здоровьем. Осенью под предлогом лечения младшей девочки она отправилась с ней в Улан-Удэ, оставив старшую в деревне с бабушкой. В городе мать сняла квартиру. Позднее именно там хозяин жилья обнаружил труп семилетней девочки. Как объяснила опекунша в дальнейшем следствию, однажды руки и ноги малышки вдруг покрылись волдырями, но вызывать врача женщина не стала, опасаясь, что органы опеки её отберут. Вместо этого она включила фильм, пока обессиленный ребёнок хрипел на диване. Позднее женщина уснула, а проснувшись, увидела, что дочь мертва. Мать попыталась сбежать, однако встретила на своём пути хозяина квартиры. Экспертиза тела ребёнка опровергла слова женщины: малышка скончалась от травмы головы. Следы избиения нашли и на теле девочки. Возбужденное ранее уголовное дело «Причинение смерти по неосторожности» переквалифицировали на «Убийство, совершённое в отношении малолетнего лица». 

* Имена героев изменены.


Читать далее