Досуг
1570

Водитель принял командование на себя

Самая дорогая награда для улан-удэнца Иннокентия Гулина солдатская медаль «За отвагу»

Самая дорогая награда для улан-удэнца Иннокентия Гулина солдатская медаль «За отвагу». А получил он ее за события семидесятилетней давности — в боях за реку Халхин-Гол

Мирная профессия Иннокентия крутить баранку автомобиля не только пригодилась ему на войне, но и спасла жизнь его и однополчан.

 

Жуков «закопал» бойцов

Деревенского юношу Кешу Гулина из села Зырянск Прибайкальского района призвали в армию в 1937 году. Служил он в полковой батарее в Улан-Баторе, а когда через два года началась война с японцами, их полк оказался на передовой.

В то время Иннокентию было 23 года. Необстрелянных, еще живших мирной жизнью юнцов сразу бросили в бой.

— Командующий по-предательски поступил. Японцы уничтожали нас безжалостно. Многих тогда убило и ранило. Меня Бог отвел, разбило лишь фары у машины, — вспоминает Иннокентий Павлович. — А потом приехал новый командующий фронтом — Георгий Жуков и приказал всех нас «закопать» в окопах, ожидая, когда подойдут войска и подвезут боеприпасы. А потом началась война. Мы окружили противников, а их было не меньше 25 тысяч.

 

Первая встреча

Тот случай, за который Гулин получил солдатскую награду, врезался в память навсегда. Водители со своими машинами находились в укрытии, когда к Иннокентию подошел командир полка. Он сообщил, что батарею разбило и Гулину предстоит ее забрать.

Шел сильный дождь, вода залила трамблер. Машина заглохла. Иннокентий надел плащ-палатку, вышел из кабины и стал протирать механизм.

— Слышу, топот раздался. Я все бросил и кинулся в траву. Уполз подальше и лежу неподвижно. Думал, ну все, сожгут машину! Но в дождь японцам, видать, неохота с лошадей слезать. Они пробормотали что-то по-своему и удалились. Я вылез мокрый, как черт, протер трамблер и поехал, — рассказывает Иннокентий Павлович.



Солдаты качали своего спасителя

Но на этом злоключения Иннокентия не закончились. Прибыв на место, где расположилась батарея, он помог собрать четыре орудия. Пока собирали, четыре взвода окружили японцы. Еды не было. Трое суток Гулин на машине со снарядами пытался прорваться сквозь линию фронта, но безрезультатно.

— Куда ни поедем, везде японцы. Плотно нас обхватили. А метров за 800 наши пулеметчики. Лейтенант молодой, только приехал со школы. Никаких мер не принимает, без опыта совсем. С ребятами поговорили и решили: или нас убьют, или мы спасемся, — вспоминает Гулин.

Иннокентий дал команду ребятам выбросить из кузова снаряды из ящиков. Пуля попадет — снаряды мгновенно взорвутся. Пустые ящики разложили по бокам, а в середину между ящиками залегли люди.

— Я разогнал «Захара» (так ласково называет старый фронтовик машину ЗИС-5), а там через каждые тридцать метров окопы. Разглядывать некогда. Я прямо с одной горки на другую.

Машина перескочила, а орудие упало в окоп. Пока его выдергивал, японцы начали стрелять. Лейтенант закрылся каской, не шевелится, — смеется Иннокентий Павлович.

Спасли бойцов батареи пулеметчики. Увидев, что движется советская машина, они открыли огонь. Как только заехали в безопасное место, солдаты подняли на руки водителя и начали его качать.

 

Спокойные монголы

В дальнейшем служба проходила более-менее спокойно. Иннокентий работал по ночам. Подвезет с позиции на позицию снаряды, пушки и в тыл. Как-то на другую линию фронта ему довелось везти солдат-монголов. Они сразу легли в кузов и заснули.

— Привез на линию, мне надо быстро разгрузиться, машину убрать, а они спят. Советник (так сопровождающего называли) открыл борт, стал их как дрова скидывать. Человек упадет — проснется, — рассказывает Иннокентий Павлович.

 

Вторая война

После демобилизации Иннокентий выучился на механика в Наркомземе. После окончания курсов его отправили на работу в Закаменский МТС. А 22 июня 1941 года его вновь призвали на фронт.

Служил Иннокентий Гулин в Железнодорожных войсках, командовал взводом трактористов. Побывал в Смоленске, Вязьме, Брянске. После каждой бомбежки находилась работа: подвозил ДОТы, ДЗОТы, лес для ремонта мостов. Война для Иннокентия закончилась в 1948 году.

С японцами он еще раз встретился. В Онохое, куда переехала семья Гулиных, находился лагерь для военнопленных. На этот раз противники находились за колючей проволокой.

— Злости у меня на них никакой не было. Они были такие же люди, как и мы, — говорит Иннокентий Павлович.

Сейчас 94-летний Иннокентий Павлович живет со своей верной супругой Ниной Трофимовной, бывшим педагогом, в Улан-Удэ. На пенсию он ушел с должности мастера производственного обучения сельхозтехникума.

Автор:

Подписывайтесь

Получайте свежие новости в мессенджерах и соцсетях