Главное Популярное Все Моя лента

Гы-гы-гы, бурятский анекдот!


11505

 «Аэссо, ши бурят, би бурят — от экватора до Элеватора нету круче пацана Батора»

 «Аэссо, ши бурят, би бурят — от экватора до Элеватора нету круче пацана Батора»

Ученые БНЦ исследовали и расставили по полкам бурятские анекдоты. Исследование под строгим научным названием «Этносфера во фрагментах: художественное творчество низкого стиля» опубликовано в монографии «Современная бурятская этносфера — дискурсы, парадигмы, социокультурные практики». Ее автор — Дарима Амоголонова, старший научный сотрудник отдела философии, культурологии и религоведения ИМБИТ СО РАН, кандидат философских наук, доцент.

Материал для своего исследования автор нашла в виртуальном пространстве, в книге «Дождь цветов» и у собственных информаторов.

— В отличие от анекдотов о евреях, чукчах и кавказцах, бурятские анекдоты рассказываются бурятами и для бурят, — говорит Дарима Дашиевна. — При этом акцент делается на национальном образе — простодушии, хитрости, особенностях внешности, стереотипном представлении о национальном характере, особенностях произношения русских слов или в целом плохого владения русским языком и т.д.

 

Об именах и притчах

В качестве примера Амоголонова приводит анекдоты, «показывающие специфику бурятских имен по сравнению с русскими именами»: «Тудуп и Цыдып едут первый раз на поезде. Утром Тудуп будит Цыдыпа и говорит: «Слушай, всю ночь нас кто-то звал — «Тудуп-тудуп, тудуп-тудуп, тудуп — Цыда-а-ап!». Или вот: «Девушка-бурятка утром после Нового года стоит перед зеркалом: «Муха Цеце?! Нет! Цеце Муха?! Нет! О! Цэцэгмуха!».

Корни некоторых анекдотов она находит в буддийских притчах: «Один лама, обучаясь водить машину, ехал вместе с инструктором по полю. На совершенно пустом, казалось бы, месте лама вдруг резко затормозил. Постоял немного, а затем стал снова набирать скорость... «Что случилось?» — спросил сидевший рядом инструктор. «Это я черта, перебегавшего нам дорогу, пропустил!».

 

Якобы характер

Большую группу составляют анекдоты, попавшие под классификацию «черты якобы национального характера»: «Вой­на. Командир дивизии и один из солдат — буряты. Солдата зовут Бадма. Обстановка вокруг ужасная. Взрывы, пулеметные очереди, танки, кровь. Наши начинают отступать. И говорит Бадма комдиву: «Если так и дальше отступать, как раз к Сагаалгану дома будем».

Другой анекдот из той же серии: «Май 45-го года. Идет солдат по Берлину и думает: «Вот я прошел такое большое расстояние от начала до конца, и что, если меня щас завалят. Глупо как-то получается, спрячусь-ка я в подвале и там пережду эту заварушку». Спускается, а там кромешная тьма, зажигает спичку и видит силуэты целой кучи солдат. Он инстинктивно достает гранату и замахивается. Но чья-то рука сзади останавливает его и говорит: «Э-э, Бадма, болишта» (остановись)».

 

Крутизна

Есть еще серия анекдотов о широкой мировой представленности бурят: «Стоял один наш земляк, русский, в аэропорту одного из германских городов. Тут смотрит — идут ему навстречу два азиата, живо разговаривающие на русском с еле уловимым акцентом, легко узнаваемым этим уроженцем Улан-Удэ. «О, земляки», — подумал он. Сердце его радостно забилось, и руки сами собой раскрылись для объятий. «Пацаны, вы откуда?». «С Элеватора!» — ответили пацаны и гордо прошли мимо».

Еще одну группу Амоголонова выделила как анекдоты на тему «выдающихся физических качеств бурят и их «крутизны».

Приезжает бурятский крутой борец в Москву. Продал лес или металл, в общем, наварился круто, и захотелось ему веселья и раздолья. Завалился в самый крутой ресторан, решил шикануть.

— Эй! Официанты, есть у вас буузы?!

Те удивленно:

— Э-э-э, знаете, как раз недавно у нас были дни монгольско-бурятской кухни, и ведущий повар остановился в нашей гостинице. Так что, можно сказать, вам повезло. Сколько вам?

— Позницу поз!

— А много не будет? Справитесь?

— Да вы че! Я же из Бурятии!

Ну ладно, заказали ему позницу поз.

 — Что будете пить?

— Водку! Ящик!

— А много не будет?

— Да вы че, я же из Бурятии!

Ну, принесли ему ящик водки, позницу поз. Он все это съел, выпил, захотелось чего-то большего.

— А теперь мне бы женщину. Но самую сильную и мощную, красивую и т.д.

— Есть у нас тут одна такая, только вот очень уж сильная и мощная. Справитесь?

— Не, ну вы че, я же сказал, что я из Бурятии.

Отвели его с женщиной в номер гостиницы и давай ждать, что будет. На третий день выходит наш герой, исхудавший, шатается, за стенки держится.

— Да, действительно сильная женщина, умотала она меня...

— А-а-а, говорили мы тебе, что не справишься.

— Так кто же знал, что она из Бурятии...

 

О головарах

Кроме вышеперечисленных групп, Дарима Дашиевна выделила анекдоты о головарах, т.е. о недавних выходцах из деревни, обосновавшихся в Улан-Удэ, а также о «древности бурятского народа». За бортом осталась эротика, если не считать такого анекдота: «Разбился самолет, и выжили только блондинка и бурят, но попали на разные острова. Проходит месяц, блондинка уже не может без секса и кричит: «Бадма, плыви сюда, у меня кое-что для тебя есть!». Бадма все бросает: «О, неужели позы приготовила!».

В ее классификацию не вошел блок «художественного творчества низкого стиля», отражающий локальные особенности тех или иных групп. В этом плане особенно выделяются закаменские буряты. Активные во всех смыслах: они любят сочинять анекдоты про соседние деревни и они — бурятские горцы — имеют имидж резких парней, скорых на действия и слова. При встрече незнакомые друг с другом парни устраивают взаимную проверку примерно по такой схеме: «Ханахибши?» («Откуда ты?») — «С Улекчина». — «Чей будешь? Кто твои родственники?» — «Начальник РОВД». — «А-а… Иди отсюда!».

Они любят сочинять анекдоты о представителях других деревень. Особенно популярны анекдоты о санагинцах, жителях самой большой на земле бурятской деревни.

«Санагинский участковый лежит у себя дома в камуфляжных брюках, но голый по пояс, с пристегнутым пистолетом в кобуре. Заходит гость из города: «Здравствуй, Баир. А пистолет-то почему не отстегнешь?» — «Да у нас в Санаге по-другому нельзя, и в туалет, и в баню только с пистолетом».

А вот анекдот про далахайцев: «Ну вот. Родился у одного из далахайских мужиков сын. Пришел он в сельсовет давать ему имя, его и спрашивают: «Какое имя вы выбрали для сына?». Далахаец думал-думал: «А-а, Бобка!». Записали сына — Владимир. Родился у него второй сын. Опять его поставили перед выбором. Он думал-думал: «А-а, Болодя!».

Этот анекдот можно смело отнести к серии об «особенностях произношения русских слов или в целом плохого владения русским языком». И здесь произношение имени Володя на бурятский лад Болодя — явный рекордсмен.

 

Идут два негра

Из других локальных анекдотов припоминается слышанный мною в Аге «Прогноз погоды на местном ТВ».

Сонный диктор тянет с отстраненной интонацией: «Хура борон орхоyгыдээшье болохо, ороходошье болхо. Саган баhaл орхоyгыдээшье болохо, ороходошье болхо». («Возможно, дождя если не будет, то не будет, а если пойдет, то пойдет. И снега если не будет, то не будет, а если пойдет, то пойдет»). По классификации Амоголоновой, его можно отнести к анекдотам, показывающим «черты якобы национального характера», присущие, впрочем, не только агинцам. Анекдоты примерно такого содержания можно услышать во всех районах этнической Бурятии. 

В общем, сидят как-то француз, англичанин и бурят. Ну и бурят все время загоняет про своих. Те ему: «Слышь, надоел ты про бурят рассказывать, давай про кого-нибудь другого». «Идут, — говорит тот, — два негра, Баир и Зоригто…».

 

Директор киностудии «Урга»  Александр Соколов (крайний слева) рассказывает анекдот членам креативной группы «3/15» / Фото Д. Алтаева.
Читать далее