Главное Популярное Все Моя лента

Уланову - 100 лет, "Гэсэру" - 1000


3215

В дни юбилея общественность республики вспомнила добрым словом главного защитника бурятского героического эпоса

В дни юбилея общественность республики вспомнила добрым словом главного защитника бурятского героического эпоса

Известный ученый и солдат Второй мировой войны Алексей Уланов в сороковых годах прошлого века выжил дважды. Первый раз Уланова полуживым с контузией и тяжелым ранением вывезли в 43-м году из ада Сталинграда. Второй раз судьба пощадила его в литературных и идеологических «боях местного значения» в конце 40-х — начале 50-х годов

В эпоху позднего сталинизма он вместе с другими защитниками эпоса «Гэсэр» — «буржуазными националистами» и «безродными космополитами» — был реабилитирован и восстановлен на работе. В эти дни отметили 100 лет со дня рождения Уланова.

 

Жизнь и смерть за народный эпос

О серьезности той опасности, которой подвергались занимавшиеся изучением улигеров о Гэсэре ученые и литераторы, говорит история журналиста Максима Шулукшина. В 1948 году на совещании в Бурят-Монгольском обкоме ВКП(б) бурятский эпос под нажимом секретаря обкома партии Александра Кудрявцева был объявлен «феодально-ханским», а научные и творческие работники, занимавшиеся его изучением и популяризацией, были поделены на три категории «неблагонадежных». «Буржуазными националистами» стали тогда буряты-исследователи Гэсэриады, «безродными космополитами» — филологи-евреи, «слепым орудием националистов и космополитов» — широкий круг ученых разных национальностей, разделявших мнение о народном характере эпоса. Главной жертвой этой кампании стал Максим Шулукшин, который писал «блудливые статьи, популяризируя космополитическое содержание «Гэсэра». Его посадили на 10 лет в Джидалагерь, где и застрелили «при попытке к бегству».

«Слепое орудие буржуазных националистов», ученый-фольклорист Алексей Уланов в 40-е годы готовил к изданию унгинскую версию «Гэсэра» — улигер «Абай Гэсэр» Пеохона Петрова. Ввести в научный и культурный оборот эту «бурятскую «Илиаду», снабдив ее переводом на русский язык и комментариями, ему удалось только в 1960 году. Этому предшествовали увольнение с работы и изгнание, скитание в поисках жилья и работы в Москве, Сибири, на Дальнем Востоке и в Средней Азии (в 1948 — 1951 годах), публикации его первых научных монографий и издание в 1959 году «сводного текста» бурятского героического эпоса «Гэсэр».

Ненастоящий «Гэсэр»?

Прошедший на прошлой неделе юбилей «патриарха бурятской фольклористики» Алексея Ильича Уланова — прекрасный повод поговорить о двух вещах. С одной стороны, о величии культурного наследия бурят, с другой — об их же, бурят, неспособности этим наследием распорядиться.

Это парадокс, но именно богатству содержания Гэсэриады мы обязаны тем, что до сих пор подавляющее большинство людей не знает подлинного звучания этого эпоса. Всем известный «сводный текст» Гэсэра, поэтические переводы которого на русский язык в разные годы были сделаны литературными «рабами» известных советских поэтов Семена Липкина и Владимира Солоухина, на самом деле не является аутентичным памятником словесности бурят. Это своего рода литературная мистификация, результат литературного «дизайна». Этот текст никогда не записывался исследователями фольклора у его носителей, никогда не существовал в качестве научного факта, а был искусственно создан драматургом Намжилом Балдано к политически обусловленной дате путем компиляции двух подлинных улигеров о Гэсэре. Вокруг эпоса о Гэсэре всегда было много политики, надуманных юбилейных дат.

«Сводный текст» в переводе Семена Липкина был издан в 1959 году специально к 300-летию «добровольного вхождения Бурятии в состав России», в рамках которого проходила декада искусства и литературы Бурятии в Москве. Тогда в мире узнали, что у народов СССР есть не только армянский эпос «Давид Сасунский», грузинский «Витязь в тигровой шкуре», русская поэма «Слово о полку Игореве», но и бурятский «Гэсэр». Сделано это было в рамках санкционированного партией очередного подъема национальной культуры бурят, при новом политическом лидере республики, буряте по национальности и «добром нойоне» Александре Хахалове, который в 1951 году заменил на посту первого секретаря Бурятского обкома КПСС «злого нойона» Александра Кудрявцева.

Алексей Уланов был автором подстрочного перевода сводного текста «Гэсэра», который Намжил Балдано сконструировал из двух аутентичных фольклорных памятников — улигера «Абай Гэсэр» сказителя Пеохона Петрова (т.н. «унгинская версия») и улигера «Абай Гэсэр хубуун» сказителя Маншута Имегенова («эхирит-булагатская версия») — и который Семен Липкин перевел на русский язык. Но эта литературная мистификация так и осталась тем «Гэсэром», который знают все. Более того, она пережила несколько изданий.

 

Сколько лет «Гэсэру»?

Алексей Уланов начал заниматься подготовкой к публикации улигера Пеохона Петрова «Абай Гэсэр» во время войны, когда общественность страны собиралась отмечать юбилей «Гэсэра». Буряты, считавшиеся, по официальной версии, народом, который до 30-х годов прошлого века не имел собственной письменности, неожиданно заявили о том, что их эпос — самый древний из тех, которые имелись у народов СССР.

Напомним, в предвоенные годы прошло несколько шумных «эпических» юбилеев. В 1935 году в Советском Союзе отметили 100-летие первого издания «Калевалы». Затем последовали 750-летие «Витязя в тигровой шкуре» (1936 г.), 750-летие «Слова о полку Игореве» (1938 г.), 1000-летие «Давида Сасунского» (1939 г.) и 500-летие «Джангара» (1940 г.). Перед самой войной, 6 мая 1941 года, вышло постановление Совета Народных Комиссаров СССР о проведении в ноябре 1942 года юбилея бурят-монгольского эпоса «Гэсэр», подписанное Иосифом Сталиным. Предлагалось тогда либо скромно отметить 500-летний, как у калмыков, юбилей (этот вариант предлагал ученый Гарма Санжеев), либо «застебать всех нацменов» и отпраздновать аж 1200 лет народного эпоса бурят-монголов (вариант Николая Поппе). Научная общественность и руководство республики больше склонялись тогда ко второму варианту.

 — Сохранившиеся упоминания в тибетских исторических сочинениях говорят, что Гэсэром назывался один великий герой, предводитель дружин, живший в VIII столетии нашей эры, — писал в записке под названием «Хронология «Гэсэра» ученый Николай Поппе. — Можно, не впадая в ошибку, считать, что в древнейших своих частях Гэсэриада, восходя к VIII столетию, имеет 1200-летнюю давность.

Однако с началом войны и с приходом в республику Александра Кудрявцева, заставившего ученых признать народный эпос «феодально-ханским», тот громкий юбилей так и не был проведен. В 1995 году в Бурятии все же отметили не 1200-летний, а «всего лишь» 1000-летний юбилей бурятского эпоса. Тогда все споры уложились в одну бытовую мудрость: «Сколько лет «Гэсэру», никто не знает, но точно не меньше тысячи».

 

Когда «Гэсэр» «выйдет» к людям из хранилищ?

В 90-х годах за шумными празднованиями, когда вся республика в течение двух лет следила за зрелищным фольклорным действием — передвижением «знамени Гэсэра» из одного района «этнической Бурятии» в другой, — никто и не заметил, что дело издания Гэсэриады с 60-х годов почти не сдвинулось с места. В 1995 году в Институте мировой литературы РАН вышло издание «Абай Гэсэр могучий», то есть новый, более научный перевод того же улигера Маншута Имегенова «Абай Гэсэр хубуун», выполненный доктором филологии Александром Соктоевым.

В то же время до сих пор остаются неизданными более десятка известных науке объемных улигеров о Гэсэре, записанных бурятскими учеными-фольклористами в разные годы прошлого века. В том числе и улигер сказителя Альфора Васильева «Абай Гэсэр Богдо хаан», больше других отражающий представления бурят-шаманистов о жизни небесных богов-тэнгэри и содержащий 48 тысяч стихов. В фондохранилище памятников письменности Бурятского научного центра так и лежат неизданными еще несколько вариантов улигера Пеохона Петрова, объемные улигеры Петхоба и Папы Тушемиловых, Бажея Жетухаева, Парамона Дмитриева, Николая Хангалова, Платона Степанова. Этот материал (более 100 тысяч стихов) периодически используется для написания научных статей и диссертаций, не известных широкому читателю. И неизвестно, когда же все это богатство культурного наследия выйдет на свет из подвалов.

Об этом научная общественность республики говорила в 100-летний юбилей ушедшего из жизни главного защитника и одного из первых издателей бурятского героического эпоса Алексея Ильича Уланова.

 



Ученый-фольклорист Алексей Уланов (справа) со своей супругой Мыдыгмой Намсараевной (вторая слева) и писателем Балданом Санжиным (слева) на Декаде искусства и литературы Бурятии в Москве в 1959 году

/ Фото из архива семьи Улановых.
Читать далее