Оленеводы-энтузиасты - новости Бурятии и Улан-Удэ
Главное Популярное Все
Войти

Оленеводы-энтузиасты


988

Чуть более сорока оленей в единственном сегодня оленеводческом хозяйстве Окинского района

Занимаются их разведением в местности Уро, что неподалеку от села Сорок, четыре семьи Шараевых: Владимир Ринчинович с Марией Манзаракшеевной и сыновья. Нынче летом оленей поручили младшему — Юрию Владимировичу





Его дом совсем рядом с загоном, где живут маленькие оленята, а те, что постарше, гуляют рядом на более просторной, но огороженной территории. Гордые, важные животные медленно подходят к хозяину, чтобы слизать с его ладоней соль, которую они очень любят. Неохотно дают погладить свои раскидистые рога, как будто покрытые серым переливающимся бархатом. Оленей Шараевы держат «по велению сердца, болеют за свой народ», как выразилась Наталья Дыжитовна Самаева, председатель Ассоциации сойотов. Объясняют, что хотят возродить в районе исконный для сойотов вид животноводства — оленеводство. Однако возрождение, которое длится около тринадцати лет, пока малозаметно: поголовье не растет, поддержки практически нет.Первых оленей из Тофаларии, что в Нижнеудинском районе Иркутской области, завезли американцы в 1994 году по проекту Дэвиса. Тогда было 68 голов, их закрепили за семьями, которые работали в местном колхозе. Сойотам удалось численность стада довести до ста, и это был самый лучший результат. С тех пор распались колхозы и оленей передали ЗАО «Эрбэт» в Орлике, которое имело лицензию на охотугодья, где можно было держать животных. Шараевы как раз и числятся на этом предприятии как оленеводы.Однако само ЗАО «Эрбэт» средств из-за их отсутствия в развитие отрасли не вкладывает, а государство пока еще не включило Окинский район в перечень компактного проживания народов севера Сибири и Дальнего Востока, что дало бы сойотам немало льгот. Прежде всего, появилась бы возможность включиться в программу социально-экономического развития РБ, а значит, получить какие-то деньги. Ждут сойоты этого исторического момента уже третий год.А тем временем Шараевы кочуют со своим стадом по гольцам вверх по реке Сорок. Живут где в палатках на временных стоянках, где в зимниках. Олени стали почти домашними, поэтому чаще всегда возвращаются к хозяевам, одним выжить в диких условиях уже сложно. Бывает, нападают на стадо волки, как это было в прошлом году.

Юрий Владимирович оленей бережет, сейчас у него 12 молодых маток. И если раньше животных забивали на мясо, доили, молоко у них синеватого цвета и прозрачное, делали масло, то сейчас только разводят. Практическая польза одна: когда олени сбрасывают рога, их Шараевы иногда продают иркутянам, которые умудряются забираться на оленеводческую стоянку.Можно было бы использовать оленей и вместо лошадей, считают хозяева, ведь они пройдут по любым сопкам и горам, что для Оки особенно ценно. Но пока это дело будущего, когда поголовье заметно вырастет. Как, например, в Северобайкальском районе, где в самом крупном оленеводческом хозяйстве 700 голов.Финансовая поддержка традиционной отрасли хозяйствования есть, пусть и не очень большая, уверяет Анна Павловна Найканчина, президент Ассоциации коренных малочисленных народов Севера РБ. Из федерального бюджета на содержание одного оленя в год выделяется 252 рубля и еще 300 рублей на одну оленематку.— В принципе эти деньги Шараевы могли бы получать, если бы вовремя подавали данные в Минсельхоз РБ, — говорит Найканчина.Сами сойоты все надеются на более масштабную поддержку.— Ведь со временем наша Ока будет жить за счет экотуризма и наши олени будут очень востребованы. Можно будет ездить на экскурсии, охотиться, — мечтает Наталья Дыжитовна Самаева. — А энтузиасты в районе есть.

Читать далее

Другая сторона профессии