Общество
1397

Не хотим жить в этом смраде!

Жители поселка Чикой Кяхтинского района, где большая часть безработные, добиваются закрытия единственного действующего предприятия

Поселок Чикой, расположенный в сорока километрах от Кяхты, некогда гремел на всю Сибирь. Здесь находился единственный на всю восточную часть России завод по переработке кожи



Во время перестройки он закрылся. Жители — мастера кожевенного дела — остались без работы. Сегодня село считается депрессивным. Кто-то уехал, а те, кто остался, перебиваются, как могут. Работать негде. Решить эту проблему могло бы открывшееся частное предприятие по первичной переработке кожи «ИП Самбуев». Однако жителям оно приносит больше вреда, чем пользы. На заводе трудятся восемь китайцев, четырнадцать местных. Сельчане долго не держатся — условия тяжелые, платят мало. Больше всего чикойцев донимает запах. Когда отходы производства сбрасывают в яму, в двух километрах от поселка, по Чикою распространяется удушливый запах сероводорода.
— А что вы хотите? От кондитерской фабрики пахнет конфетами, от пекарни — хлебом, от кожевенного производства — кожей, — говорит Юрий Алексеев, оперативный управляющий «ИП Самбуев».
Жители боятся, что ядовитые вещества, которые сливаются в лесу, просочатся сквозь песчаную почву и попадут в реку Чикой. А она понесет отраву в Байкал.
Многочисленными проверками контролирующих органов установлено, что предприятие во время работы нарушало законы «Об охране окружающей среды» и «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения». Весной решение суда Кяхтинского района деятельность ЧП временно приостановило. Руководство должно было устранить нарушения, разработать и получить недостающие документы. В конце 2006 года цех по переработке кожи, несмотря на то что большинство нарушений остались неисправленными, возобновил свою работу.
Оперативный управляющий Юрий Алексеев считает, что жителей против него настраивает администрация поселка, с которой предприниматель никак не может найти общий язык.
— Мы для них чужаки, пришлые, нас надо отсюда убрать. Нет, ну давайте закроемся. Разрушится здание, стекла, окна разберут, унесут все железо — продадут. А с чего люди в поселке жить-то будут? Кто уедет, кто помрет, и не будет села. Только один указатель на дороге останется, — говорит он.

Зеленеют монеты и цепочки
Когда в 2004 году цех начал работать, у сельчан появилась надежда на лучшую жизнь. Разочарование наступило быстро. С завода стал распространяться резкий сероводородный запах. Собаки растаскивали по улицам и дворам отходы производства — хвосты, рога, копыта, уши коров.
— У меня с 60-го года астма, я уже гормонозависимая, но раньше как-то терпимо было, а сейчас совсем невозможно стало. Иногда до магазина даже дойти не могу, иду и задыхаюсь, особенно когда ветер с их стороны, — жалуется Лариса Латыпова, бывший педагог.
Те, кто устроился на работу в цех, долго не задерживаются. За все время трудовые договоры ни с одним из жителей не заключались. Максимальная зарплата, которую пообещали Зинаиде Сайгиной, заведующей по переработке сырья, — 2,5 тысячи рублей.
— Я проработал там год, больше не выдержал, — рассказывает технолог Андрей Казанцев. — Очень тяжелые условия в цехе, запах. После трех часов работы в цехе монеты в кармане зеленеют — такая концентрация химических веществ в воздухе.
Средства индивидуальной защиты для работы с химикатами не выдавались. Пять человек обратились в местную амбулаторию с жалобами: на руках появились гнойники, резь в глазах, отеки век, слезоточивость — признаки острого химического отравления. Из-за большой текучки вакцинация против возбудителя «сибирской язвы» проводилась бессистемно. В конце концов, работники амбулатории сами запутались, кому ставили прививки, а кому еще нет.
В двадцати метрах от цеха оказался дом ветерана войны Казимира Фергеса. По закону жилые строения должны находиться от производства не менее чем в 500 метрах. По оценкам экологов и врачей, вредные испарения могут отравить организм, поразить иммунную систему, верхние дыхательные пути, кожу, печень и почки.
Муниципальному образованию «Чикойское», бюджет которого и без того на 80 процентов дотационный, от предприятия не достается ничего, утверждает Мария Андреева, глава администрации поселка. Имущество завода, земля, на которой он стоит, им не принадлежат.


Суды и штрафы
Чикойцы не раз обращались в разные инстанции с жалобами. Во время проверок выяснилось, что «ИП Самбуев» работает с многочисленными санитарно-эпидемиологическими нарушениями. У предпринимателя нет проекта санитарно-защитной зоны и норматива предельно допустимых выбросов. Отходы производства не очищаются и не обеззараживаются. Их вывозят в лес и сливают в яму. Не проводится контроль за качеством воды, почвы и воздуха. Существует реальная угроза жизни и здоровью людей, природе наносится вред — таков был вердикт контролеров.
— Мы пытаемся что-то делать, но денег на все сразу не хватает. Только за один проект надо 150 тысяч выложить. Где их взять? Мне их просто так никто не дает. В кредиты я не собираюсь лезть. Будет работа, будут средства, начнем делать, — объясняет Юрий Алексеев. — Почему-то никто не говорит о том, что мы единственное кожевенное предприятие в республике. Никто не заинтересован в этом. Все только говорят про малый бизнес. А где он? Никто руку не протянет и не подскажет, как из этой ситуации выбраться.
Проверяющие из Министерства природных ресурсов оштрафовали Юрия Алексеева на две тысячи рублей. В мае 2006 года Роспотребнадзор по РБ направил материалы дела в суд Кяхтинского района. 12 июня 2006 года решением суда деятельность «ИП Самбуев» была приостановлена на 30 дней.
К делу подключилась и прокуратура. Через два дня 14 июня суд по ее иску вынес решение уже о бессрочном приостановлении деятельности. Он обязал «ИП Самбуев» разработать проект нормативов предельно допустимых выбросов в атмосферу и получить лицензию на водопользование. Два последних требования предприниматель выполнил и в конце 2006 года начал работать. Он утверждает, что заключил, наконец, трудовые договоры с работниками, сейчас они проходят медкомиссию. Собирается заняться очистными. Производство бросать не хочет.
— Мы столько сюда усилий вложили, столько нервов. Развернуться все и бросить? — сетует Алексеев и ждет очередных проверок.
Специалисты Роспотребнадзора в этой ситуации категоричны:
— Первое решение суда не выполнено, опять будем готовить материалы в суд, — говорит Павел Филиппов, начальник отдела санитарного надзора Управления Роспотребнадзора по РБ. — Будем судиться, пока предприятие не закроется или пока не сделает все, что необходимо.

Чикой — Улан-Удэ.

Автор:

Подписывайтесь

Получайте свежие новости в мессенджерах и соцсетях