Общество
2589

Священный ритуал, продлевающий жизнь

Впервые представители Бурятии «поднесли трон» Далай-ламе. На церемонии присутствовали буддисты со всего земного шара



(Продолжение. Начало в №№ 2,3)

У чистых вершин
Дорога от Дели до Дхармасалы тянется тысячу километров и двенадцать часов. Наш автобус трогается в семь вечера от тибетской колонии. Маршрут удобен: мы не теряем день на проезд. К ночи становится все холоднее — чувствуем, что поднимаемся в гору. Дорога петляет — и чем дальше, тем сильнее. Нас плавно качает из стороны в сторону.
— Сплошной «тещин язык», — произносит кто-то.
Он продолжается несколько часов. Соседей по салону — тибетских девушек — сильно укачивает, но наши желудки оказываются привычнее к испытаниям.
Автобус едет быстро, лавируя на серпантине, четыре водителя сменяют друг друга. Временами фары выхватывают из темноты очертания белых скал, можно лишь представить, какая мимо нас проплывает красота.
Мы на месте. Высаживаемся в зябкость раннего утра, что-то знакомое скользнуло в ощущениях: свежесть, воздух, горы — примерно так чувствуешь себя на Аршане в Тунке. Но мы все-таки у подножия Гималаев, в городе Дхармасале. На лесистых горах, не нарушая гармонии, удобно устроились человеческие жилища. Над всем, еще выше, сверкают чистые снежные вершины.
Наша группа останавливается в гостинице «Сахива», рядом с резиденцией Далай-ламы. Резиденция выглядит скромно — обычный дом. Это мини-городок на холме. Храмы, монастырь, жилища студентов, скрытая от глаз обитель Далай-ламы, ступы — все обнесено забором. Можно обойти гору вдоль этого забора минут за сорок.
Но здесь никто не торопится. Тысячи людей не спеша совершают гороо, крутят молитвенные барабанчики.
— Таши дэлэ-эк, — мягко и приветливо обращаются к тебе, это «здравствуйте» на тибетском языке.
У прохожих хорошие, открытые лица. Много пожилых. У них взгляды уверенных в себе и знающих, что им нужно, людей. Они проходят с четками и молятся обо всех живых существах на свете. Ты идешь рядом с самыми сокровенными просьбами, вдыхаешь чистейший горный воздух, любуешься пейзажем. Иногда рядом вспархивают небольшие павлины, шумно, но плавно прыгают белые обезьяны, они с любопытством наблюдают за людьми, отодвигая мешающие им ветки. От всей этой красоты, от близости Далай-ламы, от того, что тебя окружают духовные люди и ты наедине со своими мыслями, чувствуешь спокойствие и близость к истине…
Первым делом мы стараемся выполнить обязательства перед родственниками и друзьями, поручившими прикрепить в святых местах «хии морин», т.е. «воздушных коней удачи». Мы их вывешиваем, натыкаясь на колючки, косясь в сторону бесстрашных крупных обезьян.
У нас большие планы — попасть к оракулу-предсказателю и к личному лекарю Далай-ламы, посетить его летнюю резиденцию, монастыри, где учатся бурятские хувараки. Но главными событиями должны стать встреча с Далай-ламой и участие в церемониях, проходящих в эти дни.
Наш приезд совпал с трехдневным протестом тибет­ских беженцев против приезда в Индию китайского лидера Ху Цзиньтао, которые днем смиренно сидели под плакатами типа «Руки прочь от Тибета!», с разрисованными под тибетский флаг лицами, а по вечерам со свечами, молитвами и призывами проходили по узким улицам Дхармасалы. Акция протеста была организована и в аэропорту Дели в день прилета китайского руководителя.

Богдо-Гэгэн
Первым делом мы направляемся с визитом к Богдо-гэгэну, духовному лидеру монголоязычных и российских буддистов. Он живет в многоэтажном доме «Богдо-гэгэн хаус», занимает квартиру на третьем этаже, в остальных размещаются служащие, хувараки и приезжающие. Нас встречает помощник Богдо-гэгэна — наш земляк Жигжид-лама. Там мы встретили киноактрису Наталью Андрейченко, она посмотрела на нас с интересом, сказала: «Какие красивые люди» — и удивилась нашей русской речи.
— Она уже три года приезжает пообщаться, — прокомментировал Жигжид-лама.
Проходим в небольшой кабинет. Богдо-гэгэн сидит за невысоким столиком. Мы усаживаемся вокруг в позе лотоса. Он справляется о том, как мы доехали, удобно ли разместились в гостинице, говорит, что очень рад приезду бурятской делегации. Жигжид-лама переводит весь обмен любезностями. Руководитель группы лама Баир Цыбиков преподносит подарки и просит посодействовать встрече с Далай-ламой. Мы получаем поддержку и благословение, нас приглашают отобедать на другой день. Богдо-гэгэн сообщил, что на деньги российских буддистов, пожертвованные в прошлый его приезд в нашу страну, он установил статую и мы можем ее увидеть.
Мы познакомились также и с сыном Богдо-гэгэна, когда каждый день питались в его кафе у нашей гостиницы.



Исторический момент
В эти дни Далай-лама давал Учение, на которое был приглашен и хамбо-лама Дамба Аюшеев. Но он не смог выехать в Индию и поручил представлять его настоятелю Деважин-дугана Баиру Цыбикову. Так, волей случая мы превратились в официальную делегацию от Бурятии. Как выяснилось, в церемонии «Дэн Щуг» представители Бурятии участвовали впервые. Ее смысл и историческую ценность для нас объяснил Жигжид-лама:
— «Дэн Щуг» можно перевести как «Подношение трона». Обычно церемония проходит перед или после Учения, которое дает Далай-лама. Дело в том, что, когда Учитель дарует посвящение на огромные массы, он как бы связывает с ней свою жизнь, свой ум. Но среди этих людей есть те, кто не сдержит данные обеты. Это отрицательно сказывается на здоровье Учителя, сокращает его жизнь. Поэтому, чтобы компенсировать это, ставят «Дэн Щуг» с просьбой о том, чтобы Учитель как можно дольше оставался на троне и продолжал давать Учение. Ритуал как бы продлевает его жизнь. К сожалению, до сих пор нам, бурятам, еще не удавалось поднести «Дэн Щуг» Далай-ламе. Это происходит впервые.
В день ритуала ранним утром у резиденции образовались две очереди: одна — из монахов и монахинь, вторая — из мирян. На бейджиках можно было прочитать: Австралия, Германия, Швейцария, Корея и т.д. Сюда подтянулся почти весь земной шар. За ночь у входов установили металлоискатели, народ проходил через них не без ущерба — приходилось на время расставаться с фото- и кинокамерами.
Наша делегация попала в храм, где поместилось человек 250, тысячи остались на улице. Мы устроились на полу на циновках, напротив трона Далай-ламы. В передних рядах сидели ламы. Огромные окна и двери были распахнуты, собравшиеся, в том числе и дети-хувараки, будто не замечали ледяных сквозняков. Все застыли в ожидании Учителя.
Но вот раздались звуки трубы, показалась процессия. Все искали глазами Далай-ламу и не сразу находили его в скромной монашеской темно-коричневой одежде среди яркой свиты. Через открытые створки окон мы наблюдали за происходящим, Далай-лама обошел храм — сделал гороо — и поднялся на трон. Начался молебен.
Спустя 20—30 минут всем, кто сидел в помещении и за его пределами, подали горячий чай с молоком, затем в чашечках сладкий рис с изюмом, позже сладости и фрукты. Это было угощение от Далай-ламы. Люди убирали священные конфеты в карманы, чтобы увезти детям и поделиться с родными.
Начался ритуал. Первыми вышли представители бурятской делегации, поднесли от имени народа Бурятии дар — позолоченную статую Будды Шакьямуни. Позже мы все по очереди возложили хадаки и молитвенные книги, посвященные долголетию и здоровью. Большое впечатление произвели монголы. В ярких национальных одеждах они выстроились в ряд с богатыми подношениями на руках. Красивым подарком стала старинная монгольская песня. Зазвучали мелодия морин-хура и голос певца — густой, как запах степной травы в полуденную летнюю жару, переливчатый, как ветерок. Под эту песню у каждого настоящего степняка должна была скатиться слеза.

В погоне за «адисом»
По словам Баир-ламы, из всех буддистов мира именно монголы и буряты стремятся получить «адис» Далай-ламы — благословение прикосновением к макушке головы. Поэтому, когда Далай-лама собирается в Монголию или Россию, то шутит, мол, «поедем толкаться».
Не обошлось и у нас без забавного. Получить «адис» от него хотели все и шли на разные ухищрения. Одно из них — сесть там, где будет проходить Далай-лама. Еще можно договориться с охраной. А в ответ­ственный момент нужно поднять над головой синий хадак, по нему определяют паломников из Бурятии, и крикнуть: «Буряты!». Это срабатывает.
Далай-лама с вопросом «Буряты?», улыбаясь, подошел к нам и пожал всем руки. Только одному нашему товарищу было недостаточно этого, он, склонив голову, похлопал по ней ладонью, знаками попросил адис. Далай-лама, засмеявшись, вернулся к нему и костяшками пальцев постучал по лысой склоненной голове паломника.

На заметку паломникам
Мы были одеты, как туристы — практично, удобно, — в джинсы. К случаю больше подходила официальная форма одежды, женщинам — юбки. Поэтому и бросились по магазинам, но там только индийские или тибетские национальные вещи. Поэтому у некоторых из нас был достаточно нелепый вид: кроссовки, длинная тибетская юбка, куртка или шерстяное покрывало сверху, хотя на это никто не обращает внимания. Европейки на джинсы повязывали широкие шелковые шарфы, которые там в изобилии.
Лишь двое имели бурятскую традиционную одежду. Они стали лицом и украшением нашей делегации. Яркие голубые дэгэлы, шапочки с кисточками привлекали внимание и выглядели необычно.
Еще не обойтись без толстых шерстяных носков. Часто приходится ступать босиком. Теплые носки не только спасут вас, но и помогут не отвлекаться от того, за чем вы приехали.
Приезжают сюда помолиться, и нужно учиться делать это правильно — просить не только для себя. Жигжид-лама говорит: «Если вы будете думать о том, чтобы все были счастливы, тогда сами будете счастливы. Мы слишком сильно связаны, мы являемся чуть ли не единым целым в этом мире».

Дхармасала — Улан-Удэ.

Автор:

Подписывайтесь

Получайте свежие новости в мессенджерах и соцсетях