Общество
2557

«Мне всегда хотелось, чтобы меня не узнавали»

Софье Гончиковой, одному из первых дикторов бурятского телевидения, в канун Нового года исполнилось семьдесят лет. Тридцать три года ее жизни прошли на глазах у тысяч улан-удэнцев

Софье Гончиковой, одному из первых дикторов бурятского телевидения, в канун Нового года исполнилось семьдесят лет. Тридцать три года ее жизни прошли на глазах у тысяч улан-удэнцев



Каждый день на голубом экране появлялась симпатичная темноволосая женщина. Она рассказывала о трудовых успехах земляков, выполнении и перевыполнении планов пятилетки, беседовала с передовиками производства, вела новости, программы о сельской жизни, концерты и множество других передач. Десять с лишним лет Софья Жимбиевна дублировала российские фильмы — переводила их на бурятский язык. Ее голосом говорили Гурченко, Лужина, Алентова.
Уже десять лет Гончикова на пенсии. У нее двое сыновей, внук и внучка. Она живет вместе с семьей младшего сына Владимира и души не чает во внуке Жене, который в этом году пошел в первый класс. На вопрос, знает ли, кем была его бабушка, мальчик отвечает: «Журналисткой». Гончикова все такая же подтянутая и стройная. Во время разговора, даже сидя в кресле, держит спину — многолетняя дикторская привычка. Только вместо солидной прически, к которой привыкли зрители, у нее теперь короткая стильная стрижка.
Жизнь бывшего диктора теперь наполнена домашними хлопотами. О них Софья Гончикова подробно не рассказывает. Замечает только, что дел много разных.
— И как раньше все успевала, когда работала, не понимаю… — улыбается она.
О своей работе на телевидении она рассказывает с удовольствием, но без тоски и ностальгии.
— На первом месте всегда был дом, — говорит женщина.
Чувствуется, что пенсионная жизнь ей нисколько не в тягость. Софья Жимбиевна производит впечатление на редкость органичного человека, который живет в ладу с самим собой и своими близкими. Она старается не пропускать новости, смотрит местные передачи, внимательно слушает, как ведущие читают.
— Сейчас я смотрю, на Центральном телевидении очень мало обращают внимание на логику, неправильно разбивают текст, — говорит она. — У нас еще ничего ребята. Когда я работала, почему-то журналисты не вели программы. Все передачи вели дикторы. Нас учили читать текст логически верно, уметь его разбивать на части, чтобы донести до зрителя смысл. Бывает, что информация всего на две минуты, но в ней есть своя драматургия: начало, конец. Надо было так прочитать, чтобы выделить основное.

Было жарко
В юности Софья Жимбиевна мечтала быть учителем, как папа. Отец работал преподавателем русского языка и литературы. Девушка рано осиротела. Когда училась в десятом классе, один за другим ушли из жизни родители. Дорогу в жизни она пробивала себе сама. Школу окончила с серебряной медалью. В 1961 году, отучившись в Иркутском университете, стала историком. Вместе с мужем — Михаилом Митыповым — приехала в Улан-Удэ. Долго искала работу по специальности, но безрезультатно. Однажды знакомая предложила ей пойти на телевидение диктором.
— В декабре 1961 года я сделала попытку устроиться на телевидение, там как раз был набор. Но меня не взяли, и я пошла работать на радио диктором на бурятском языке, — рассказывает Гончикова. — А через год перевели на телевидение. Я так не хотела туда, мне очень нравилось на радио.
На всю жизнь запомнила Софья Жимбиевна свои первые впечатления от работы на телевидении: было очень жарко, софиты грели нещадно, воздух в студии нагревался так, что человеку неподготовленному приходилось несладко.
— Такая была жара — невозможно, мы сидели, у нас у всех прямо пот выступал, — вспоминает Софья Жимбиевна. — И пока я работала, оборудование сменилось четыре раза, трубки стали чувствительные на камерах. И свет постепенно убавлялся.
Первым учителем молодой телеведущей был Владимир Лубсанов, журналист, диктор и режиссер. Он и научил ее азам дикторского мастерства. Опытом делились и коллеги с центрального радио, которые приезжали в Улан-Удэ.
Работы было много. Приходилось иногда в день вести по четыре передачи: сельскохозяйственную, промышленную, музыкальную и еще какую-нибудь. Причем все шли в прямом эфире. Видеозаписи тогда еще не было. Самое сложное в работе — разговорить выступающих.
— Это сейчас и зрители выросли, а тогда люди очень были зажатые, потому что телевидение это было новое, — рассказывает женщина. — Бывало, взрослые люди сидят, а у них коленки дрожат. Чтобы человек расслабился, до начала передачи — пока ставили свет — садилась и заводила разговор о чем-нибудь. А однажды гостья ни слова не сказала, только головой кивала, все за нее сама говорила.


Помнить все
Из-за отсутствия телетекстов, с которыми работают нынешние ведущие, дикторам шестидесятых-семидесятых приходилось многое запоминать наизусть, обладать недюжинной памятью. Иногда материал привозили прямо перед эфиром. Применяли некоторые уловки: если фамилий, которые надо было запомнить, оказывалось много, их писали на картоне. Поэтому, если работали в паре с кем-то, было намного легче. Новости и большие передачи типа «Голубого огонька» обычно вели вдвоем. Пока коллега говорил, было время вспомнить свои слова.
Иногда случались курьезы. Однажды, ведя новогодний «Голубой огонек», Софья Гончикова намертво забыла фамилию очередного выступающего.
— Потом на летучке музыкальный обозреватель, подводя итоги, говорит: «Наша Соня подошла к столу, и мы поняли, что она забыла. И это было самое интересное место! Мы все прильнули к телевизору: как она выкрутится?». Фамилию я так и не вспомнила, но помнила, что он должен был прочитать стихи. Так и сказала: «Вы хотели прочитать стихи? Читайте!», — вспоминает диктор.
О своих напарниках, с кем работала в эфире, Софья Жимбиевна вспоминает очень тепло. Говоря о Валерии Хацанове, Анатолии Иванове, Анатолии Довнаровиче, как истиный диктор в первую очередь подчеркивает, каким прекрасным низким тембром голоса обладали ее коллеги и как хорошо с ними работалось. Ее первым напарником был Валерий Хацанов, она трудилась с ним в эфире десять лет.
— Это была наша Соня, Сонечка, простая, милая, доступная, как тетя Валя (Леонтьева) на Центральном телевидении, — говорит Валерий Лазаревич. — С ней всегда было спокойно работать. Она была лицом республики. У нее прекраснейший муж и дети выросли на наших глазах.
Те, кому довелось работать с Софьей Жимбиевной на телевидении, отмечают, что с ней всегда легко работалось.
— Она очень добрый человек, простой, и передачи ее всегда проходили интересно и легко, — отмечает Николай Сладков, главный теле­оператор студии БГТРК. — Когда я пришел на телевидение еще совсем неопытным, Софья Жимбиевна была уже опытным диктором, старше меня. Была отзывчивой и доброжелательной, быстро находила язык с теми, кто приходил на передачи.

Бремя славы
В первые годы дикторы работали до часу-двух ночи: передачи шли только местные. Российский эфир, программа «Орбита» появились много позже. Когда был дубляж, приходилось сидеть и ночами. Но это было нечасто. В основном график работы был гибкий, семью такой режим вполне устраивал.
— Очень удобно, до обеда дома, все домашние дела сделает, — рассказывает муж Михаил Митыпов. — Сына брала к себе на телевидение, я вечером его оттуда забирал. Он видел, как мама работает.
Родные были не в обиде даже на то, что в течение многих лет видели маму в Новый год только в телевизоре, где она вела прямой эфир «Голубого огонька».
В заэкранной жизни Гончиковой всегда приходилось держать марку: часто узнавали на улице.
— Мне всегда хотелось, чтобы не узнавали, не всегда ведь бываешь хорошо одет. Однажды мы с мужем поехали в деревню. За плечами два больших рюкзака. Идем мимо рынка, там стоит очередь, и вдруг какой-то мальчик как закричит: «Смотрите, диктор рюкзак несет!». Мне так стыдно было, — смеется Софья Жимбиевна.
Но были в славе и положительные моменты. Однажды возвращавшуюся ночью с работы молодую женщину стал нагонять неизвестный мужчина.
— Идет и говорит так агрессивно: «Девушка!». У меня ноги отнялись, ну все, думаю, шевельнуться не могу. А он подошел, посмотрел внимательно: «Простите, Соня!» — поклонился и ушел, — эмоционально рассказывает телеведущая.
Ее до сих пор узнают на улице, особенно те, кто постарше. Подходят, разговаривают.
Но почему-то путают: «Ой, вы, наверное, в больнице работаете?». Лицо знакомое, но не могут вспомнить, где видели.
— Но это естественно. Я просто говорю: нет, вы ошиблись, — поясняет Софья Жимбиевна и добавляет: — А вообще, возраст не главное. В жизни важно быть оптимистом.

Автор:

Подписывайтесь

Получайте свежие новости в мессенджерах и соцсетях