Общество
1920

Он искал отца более полувека



Желание улан-удэнца Валерия Колесова найти корни оказалось сильнее всех препятствий

Улан-удэнец Валерий Сергеевич Колесов, разлученный с отцом Великой Отечественной, нашел его два года назад. Он узнал, какого он роду-племени, увидел родных сестер. Одна из них прилетела из Кубани к нему в гости в прошлую среду

Уходя на фронт, пограничник Сергей Колесов, целуя беременную жену, сказал: . Несмотря на ранения, он остался жив. Но к жене и родившемуся сыну Колесов так и не вернулся. За всю жизнь Евдокия не смогла его простить. Даже умирая, шептала:

Ее сын, маленький Валера, которого мать из-за начавшегося голода привезла в 51-м году с Кубани к родственникам в Улан-Удэ, вырос, ничего не зная о своем отце. Однажды женщина, подав запрос, выяснила, что не вернувшийся с войны муж жив: Перед смертью она уничтожила все квитанции о переводе алиментов, где были указаны хоть какие-то данные мужа. На робкие попытки расспросов Евдокия Колесова мрачнела лицом, а то и устраивала сыну разнос. Все, что врезалось мальчику в память, - странное на русский слух название города Суоярви, откуда приходили алименты, да номер войсковой части.

Так прошло 52 года. Валерий Колесов женился, у него самого появились дети, а потом и внуки. Он сменил не одну специальность, был разведчиком, служил в спецвойсках. Сам ростом под два метра, с мощными руками и густым низким голосом, он водит джип, играет в баскетбол и выращивает на даче сочные багрово-красные розы. Но все это время не давали ему покоя две мальчишеские мечты - ночью, в грозу, нарвать с дерева мокрой вишни, как когда-то на Кубани. И узнать, кем был человек, благодаря которому он родился на свет. Обеим этим мечтам было суждено сбыться одновременно.

Искать отца Валерий Сергеевич пробовал когда-то в молодости, писал в Министерство обороны, но ничего не вышло. Вновь заняться поисками он решился только два с половиной года назад, уже после смерти матери, женскую боль и обиду которой понимал если не как сын, то как человек. Но теперь желание найти свои корни, узнать, , стало почти невыносимым.

- Мне жена говорит, ну что ты мучаешься! Я же вижу, что ты мучаешься, - рассказывает Валерий Сергеевич. - Мамы нет, ты уже не сможешь ее травмировать, давай ищи!

И в ноябре 2003 года он начал искать. Первый этап - запрос в архив пограничных войск в городе Пушкине в Подмосковье - дался сравнительно легко. Хватило одного телефонного звонка, чтоб узнать: личное дело Колесова Сергея Петровича там действительно хранится. Едва веря в такую удачу, Валерий Сергеевич в один день собрался и полетел в Москву. Но там его ждало первое разочарование: на бумагах отца стоял гриф . Интеллигентная пожилая женщина-архивариус сочувственно разводила руками, но помочь ничем не могла: Тогда Колесов пошел к командиру части и настоял, чтоб тот проверил его через ФСБ.

- Через двое суток, - вспоминает мужчина, - он звонит, мол, приезжайте. Выходит и говорит: откуда у тебя такая группа допуска?! Я старше тебя по званию, а у меня самого такой нет: А я ему отвечаю: .

Личное дело оказалось скромной папочкой-скоросшивателем. Сразу под картонной обложкой - стандартная фотография девять на двенадцать. Так в 62 года Колесов впервые увидел лицо отца, как две капли воды похожее на его собственное. Женщина-архивариус, глядя, как пожилой мужчина смахивает слезу, заплакала:

Дрожащими пальцами Валерий Сергеевич перелистывал страницу за страницей. Читал, что отец, как и он сам, служил в разведке, что прошел не только Отечественную, но и финскую войну, четырежды награжден орденами: В автобиографии значилось: . Но личное дело кончалось на том, что после демобилизации Колесов Сергей Петрович выехал на Украину. На этом след обрывался.



Пишите печатными буквами

Что делать дальше, было неизвестно. Как найти человека, уже, вероятно, умершего, не один десяток лет спустя да еще и в другом государстве? Съездил Колесов даже в Карелию, в тот самый город Суоярви, нашел воинскую часть, номер которой, он помнил, значился на квитанциях алиментов: Но и там ничего нового не узнал.

Обратился Валерий Сергеевич и в улан-удэнский комитет ветеранов, и в ФСБ, и в военкомат: Все кивали, все обещали помочь, но с мертвой точки дело не двигалось. По телевизору в программе трогательно обнимались нашедшие друг друга родственники. Колесов подумал: а ну как?.. И снова полетел в Москву, в пункт розыска на Казанском вокзале. В аккуратной будочке сидела приветливая девушка лет 20. Колесов, едва подбирая слова, начал взволнованно рассказывать ей свою историю. Та, казалось ему, внимательно слушала минут двадцать: Как вдруг потянулась, достала, порывшись в сумочке, губную помаду и принялась подкрашивать пухлый ротик.

- А что вы мне-то это все рассказываете, - лениво обронила она. - Садитесь да пишите: - И добавила: - печатными буквами.

Валерий Сергеевич онемел. Ему показалось, будто девушка его ударила. Он не смог даже ей ответить. Просто плюнул и пошел прочь.

Казалось, надежды больше нет. И тут пришла спасительная идея: ведь отец наверняка получал пенсию, и, если это так, его адрес непременно должен где-то сохраниться. И опять помог случай. Колесов наугад обзванивал московские пенсионные фонды, когда трубку взял какой-то пожилой мужчина с хрипловатым голосом.

- Я так благодарен ему, - говорит Валерий Сергеевич, - он меня выслушал, подумал: И отвечает: . Через двадцать минут Валерий Сергеевич уже знал, с кем и как связаться в управлении безопасности Украины. Через несколько дней ему сообщили, в каком году и в каком городе умер его отец, на каком кладбище и в какой могиле он похоронен, и дали адреса сестер и двоюродного брата.

Три капитана

Поиски, на которые он не мог решиться почти сорок лет, закончились через месяц полной победой. Первым душевным порывом было - немедленно бежать за билетом на самолет до Киева. Но удерживал страх: какими-то окажутся родственники? Знают ли они о нем? И - самое страшное - не сочтут ли охотником за наследством? Но желание найти свои корни оказалось сильнее всех сомнений. Колесов полетел в Киев. Искал сестру целый день: в архиве перепутали номер дома. Он обошел по порядку едва не всю улицу, когда уже вечером увидел на подъезде в списке жильцов:

Двери открыла почти такая же, как и он сам, высокая женщина с ясными голубыми глазами и совершенно седой головой.

- Я на него смотрю, - вспоминает Валентина Сергеевна, - и у меня одна мысль: на кого же, на кого же он похож так сильно? А он снял головной убор, и я вижу: боже, отец! Он говорит: А я закричала: и кинулась ему на шею:

Оказалось, дети Колесова-старшего от второго брака - сестры Валентина и Татьяна - тоже мечтали найти брата. Но и их удерживали те же страхи. Вышло так, что он нашел их первым. Впрочем, радость от встречи не стала из-за этого меньше. Застал Валерий Сергеевич еще живой и жену отца Зинаиду Исаковну. Сперва старушка приняла его очень настороженно. Все спрашивала: Он ответил: Только теперь ему стало известно, как случилось, что отец не вернулся с фронта к семье.

В сорок втором году Сергей Колесов был ранен и попал в госпиталь, где и работала молоденькая медсестра Зина. Лицо разведчика показалось девушке знакомым. И не зря: выяснилось, что она воевала в одной части с его братом Александром. Случайная встреча стала судьбоносной. Сергей и Зинаида прошли вместе всю войну и больше уже не расстались.

Теперь она просила прощения у первенца своего мужа: пойми, мол, кругом война, смерть, ужасы, а я - девчонка 19-ти лет, ни родных, ни друзей, некуда голову преклонить: Но Валерий Сергеевич не держит на нее обиды. Война во всем виновата, считает он. Зато какая у него теперь большая семья! Весь казачий род Колесовых, вся его слава и история раскрылись, как на ладони. В Корсуни и Киеве Валерий Сергеевич всегда желанный гость сестер. А в Одессе живет двоюродный брат, сын того самого Александра, такой же огромный и сильный, и зовут его тоже Колесовым Валерием. Когда братья знакомились, еще по телефону Валерий Сергеевич сказал: А тот ответил: .

За прошедшие с тех пор два с половиной года Колесов побывал на Украине уже четыре раза. В минувшую среду впервые прилетела в гости в Улан-Удэ сестра Валентина. В обычай вошли у Колесовых большие семейные сборы. , - смеялся один из новообретенных племянников.

А когда вся семья съехалась прошлым летом в Корсуни, ветки вишен, не виданных в Бурятии, ломились под тяжестью ягод. Валерий Сергеевич вспомнил и рассказал сестрам про свою детскую мечту. Те с улыбкой пожали плечами: на дворе стояла редкая сушь. И вдруг ночью хлынул проливной дождь.

Обрывая с гибких веток мокрые глянцевые ягоды, кислые и душистые, как в детстве, Валерий Сергеевич понял, что это и есть счастье.

Автор:

Подписывайтесь

Получайте свежие новости в мессенджерах и соцсетях