Баяс издалека увидел новый пристрой к библиотеке Национальной магической академии. Слегка приземистый (по сравнению с высокими силуэтами других корпусов), с темной крышей, летящими карнизами и строгими темно-серыми стенами из песчаника, он немного выделялся на фоне светлых стен основного здания академии, но сразу давал понять: именно здесь студенты будут постигать тайны древней магической науки.
Баяс с сожалением вспомнил Галдан-багшу – старого библиотекаря, который всегда помогал ему найти редкую книгу, если нужно было подготовиться к семинару. Галдан-багша знал всю библиотеку от и до, каждый стеллаж в хранилище, каждую полочку в старой библиотеке, каждую книгу. Но в прошлом году он ушел на пенсию – как раз когда началось строительство нового корпуса.
В сети писали, что новое здание оснащено новейшим климат-контролем, который должен сохранить труды величайших ахадаров – бурятских ученых, достигших титула архимага и посвятивших часть своей жизни изучению древней магии. В репортажах сетевых изданий было много пафосных слов, но для Баяса важно было только одно: там есть большой и комфортный читальный зал. Теперь можно будет спокойно заниматься, без толкучки, как в старой библиотеке академии, куда уже не вмещались студенты, которых с каждым годом становилось все больше и больше.
В академию он пришел со своей названной сестрой Номин. Сейчас они жили вместе, наставник снял им квартиру неподалеку, чтобы до академии можно было дойти пешком. На парковке они встретили Тимура, затем к ним присоединился Айдар.
Тимур снял наушники, поздоровался со всеми и дежурно спросил:
– Как лето прошло?
Баяс просто пожал плечами, как бы говоря, что ничего нового с тех пор, как они в последний раз (ага, вчера еще) созванивались, не произошло, Номин вопрос проигнорировала, а Айдар, словно ухватившись за его приветствие как за возможность поныть, начал жаловаться на байкальскую мошкару, сломанный манабайк и скучных клановых девчонок.
– Нам же сегодня новые учебники будут выдавать. Интересно, в старом корпусе библиотеки или в новом? Слушайте, а можно уже сегодня посидеть в читальном зале? – спросил Баяс у друзей, вызвав их дружный смех.
– Кто о чем, а Баяс о книжках, – хохоча, ответил Айдар. – Предлагаю после занятий удовлетворить любопытство нашего «ботаника» и посетить новое здание библиотеки.
Друзья согласились и отправились на уроки, болтая ни о чем и обо всем понемногу.
Новые учебники им выдали в старом корпусе, а девочки-библиотекарши на вопросы Баяса ответили: «Да, заниматься в новом читальном зале уже можно», указав на коридор, которого раньше здесь не было. Друзья дружно прошли по коридору, соединяющему старый и учебный корпуса, и оказались в большом и светлом помещении.
Тимур охнул, Айдар только присвистнул, а Баяс сказал:
– Это настоящий книжный храм!
Изнутри этот корпус оказался больше, чем виделся снаружи. Громадное окно на все два яруса хорошо освещало большой атриум – пустое пространство, откуда было видно три этажа библиотеки. На первом этаже, где стояли ребята, разместился читальный зал, который как бы обнимал атриум, над читальным залом вдоль стен тянулся второй ярус с книжными полками, туда можно было подняться по светлым металлическим, будто воздушным лестницам. И такие же лестницы вели на нижний этаж библиотеки, но из атриума там можно было разглядеть только холл с диванчиком и растениями и несколько дверей с табличками.
Студентов было мало, большинство просто заходило в библиотеку, озиралось, восхищенно цокало и уходило восвояси, ведь, пока не начались занятия, можно было погулять по столице и постараться ухватить еще хоть кусочек уходящего лета.
Другие студенты (наверняка такие же, как Баяс, «ботаники», по мнению Айдара) бродили по новой библиотеке, оценивая удобство и комфорт, по очереди садились на разные диванчики, пили водичку из питьевого фонтанчика, искали розетки и даже нюхали большие растения в кадках.
Идиллия созерцания нового храма магической науки была прервана чередой происшествий. Откуда-то сверху раздался крик «Ай! Больно!», тут же слева послышался шум падения какого-то тела, а справа, прямо на глазах у Баяса, взбесился питьевой фонтанчик и окатил водой стоящих рядом девчонок. Сразу после этого по лестнице кубарем скатился их однокурсник Михей.
Увидев их, он пальцем показал на книжные стеллажи наверху и, заикаясь, сказал:
– Там это… книга кусается!
Баяс этого не увидел, он смотрел вверх и зачарованно наблюдал, как несколько книжек, сорвавшись с книжных полок, выстраиваются в какой-то хоровод, а другие просто перелетают с места на место. Тут уже началось столпотворение: кто-то пытался уйти из библиотеки, а кто-то, наоборот, бежал посмотреть, и их сначала оттеснили к стенам, а потом в зал вошла администрация и попросила всех покинуть помещение.
Библиотека была закрыта два дня, а потом на форуме академии появилось сообщение, что в новом корпусе библиотеки просто пошалил какой-то дух, но его изгнали, и на этом инцидент исчерпан, а двери библиотеки снова открыты.
– Ребята, давайте сходим! – Баяс обрадованно показал сообщение друзьям.
– Я пока не могу, повезу ремонтировать манабайк.
– Я тоже не могу, обещала девочкам сходить вместе на шопинг, к тому же на «шарах» открылось новое кафе. Может быть, все вместе туда сходим?
– Да ну, какая библиотека! Баяс, пойдем лучше на шоу, – Тимур помахал билетами. – Бурят-энтертеймент сформировал новую группу, сегодня они выступят на новом шоу, набирают фанатов.
– Оу, Тимур, а сколько у тебя билетов? Баяс, пойдем вместе! И вообще бабье лето же, да и выходные впереди! – поддакнула Номин.
– Эй-эй, манабайк подождет, я с вами. А потом и в кафе новое заскочим, – тут же переобулся Айдар.
Баяс вздохнул, с сожалением посмотрел на библиотеку и кивнул:
– Пойдем уж на ваше шоу, в новое кафе и на шопинги.
***
Следующая учебная неделя в академии началась с обсуждений произошедшего в библиотеке в пятницу и в выходные. Студенты рассказывали, что там снова страшный бардак: сами собой выключаются ноутбуки и планшеты, даже те, что на монокристаллах, вода и напитки из бутылок и термокружек моментально испаряются, будто там ничего и не было, книги летают сами по себе и даже, говорят, нападают на студентов. По крайней мере, так говорил их однокурсник Бадмаев, он показывал шишку на лбу и утверждал, что толстенный словарь англо-бурятского языка сам взлетел с нижней полки и, повернувшись корешком, влетел ему в лоб.
Администрация академии снова закрыла библиотеку, а преподавательский состав периодически бегал в библиотеку и пытался разобраться во всем этом бардаке. А потом на форуме появилось очередное сообщение от администрации: в библиотеке поселился дух, старый или молодой, выяснить не удалось, но в скором времени ситуация разрешится. Преподаватели стабилизируют энергетические узлы внешнего защитного контура всей академии, встроят в него новые артефакты, и дух покинет библиотеку сам.
Баяс раньше никогда не сталкивался с духами. Конечно, он знал, что у каждой местности есть свой дух-хранитель, знал, что некоторые предки с достаточно сильной волей не уходят на перерождение, а остаются в этом мире в виде духов и могут наблюдать за своими потомками, могут вселяться в животных и даже общаться с родом через шаманов-онгонов.
Говорят, у самых сильных кланов есть специальные святилища, где можно поговорить с предками, но Баяс сомневался, что прям-таки можно прийти и сказать: «Здрасьте. Подскажите, покупать ли мне акции завода полупроводников клана Зодбоевых?» А они такие: «Не, не покупай, Зодбоевы в прошлом нам свою дочь в жены не отдали». Вот такое вряд ли. Но, может быть, все же можно как-то общаться с духами. По крайней мере, в поместье своего наставника, дяди Арсалана, он ни о каком святилище не слышал. Айдар и Тимур тоже помалкивали, ну это понятно, секреты рода не могут быть предметом обсуждения с чужими, «неклановцами».
После занятий друзья собрались на парковке академии. Айдар сегодня прикатил на манабайке, видимо, на выходные все же съездил в сервисный центр. Тимура забирал водитель, а Номин и Баяс, как обычно, пешком. Разговор зашел о библиотеке.
– Думаете, преподы смогут духа усмирить? – спросил Баяс.
– Даже не знаю, никогда не слышал, чтобы дух появлялся в новом здании, – сказал Тимур, глядя на визор коммуникатора-браслета. – Вот на форуме пишут, что это, наверное, дух какого-то библиотекаря. Но зданию академии всего несколько десятков лет. Вряд ли за это время тут был замучен какой-нибудь библиотекарь...
– В смысле замучен? Академия не участвует в клановых войнах, а империя не воевала уже больше чем полвека, не считая приграничных конфликтов, – удивилась Номин.
– Замучен нерадивыми студентами, я имею в виду. «Можно принести учебник по артефакторике через год?», «Кто сказал, что нельзя пользоваться коммуникатором в читальном зале?», «Выдайте мне книги вот по этому списку», – сказал Тимур и, вытянув над собой руку, показал размер предполагаемого списка литературы.
– Это да, такое вполне вероятно, особенно если там были такие, как Баяс и Номин, – засмеялся Айдар.
– Не, ребят, в самом деле, вот уже скоро семинар по алхимии, там столько всего надо выучить, хотелось бы позаниматься в новом зале.
– Не напоминай, – с жалобным видом протянул Айдар. – Давай лучше в новый клуб сходим вместо библиотеки…
– Нет, давайте сейчас пойдем в библиотеку и посмотрим, что там творится.
– Но там же закрыто…
– Я знаю, как туда попасть. Вон, видите это высокое окно, на уровне первого этажа, отсюда не видно, деревья загораживают, есть форточка. Наверное, ее сделали, чтобы проветривать помещение. Я смогу открыть ее, дома такое пробовал… Номин, не смотри на меня, не у тебя дома, а раньше… Влезем в форточку и посмотрим. Только вечером, когда народу поменьше будет.
Айдар с Тимуром переглянулись, Номин пожала плечами, спорить никто не стал, и друзья согласились. Договорились встретиться позже и разошлись.
***
Удивительно, но замысел Баяса сработал. Вечером в академии почти никого не было, окно без труда получилось открыть, и четверка друзей проникла в библиотеку с взбунтовавшимся духом.
Сначала там было тихо, но затем у всех одновременно погасли фонарики коммуникаторов, где-то в зале зашуршали книжные страницы, стало жутко. Номин поежилась и схватила Баяса за руку.
А Тимур прошептал:
– Что-то страшно стало, у меня ажно мурашки по спине пробежали.
Ему ответил Айдар:
– Да ну, это Номин тебе в спину дышит.
Баяс улыбнулся, страх прошел. Он щелкнул пальцами, над ними загорелся магический огонек. Убедившись, что этот огонек не гаснет, Баяс добавил энергии, стало светлее.
Вокруг них летали книги, в питьевом фонтанчике зажурчала вода, где-то в зале скрипели диваны. Неподалеку от них высокая шефлера зашелестела листьями, протянув свои ветви. Номин вскрикнула, спряталась за спину брата.
– Да не бойся, это же просто дух шалит, – сказал Баяс.
Он двинулся вперед, за ним потянулись ребята. Номин шла след в след, крепко вцепившись в его рубашку. Они обошли библиотеку, но больше ничего не заметили. Книги все так же летали, вода журчала, растения шелестели листвой. Вдруг на библиотекарской стойке загорелся визор, по нему пробежали надписи. Все как из оцифрованных старинных потхи – строчки бежали красивой вертикальной вязью. Сейчас так не пишут, уже три века как перешли на кириллицу.
Баяс подошел ближе, пытался разобрать строчки, но ничего так и не понял, хотя старобурятскую вязь знают все студенты – половина древних потхи с магическими техниками написаны именно вязью. Хочешь стать сильнее – придется учить. Но здесь слова все перемешаны, как будто визор просто воспроизводит все, что есть в памяти компьютера.
Обойдя весь атриум еще раз, друзья остановились у входа. Книги продолжали свой полет, некоторые из них укладывались на полки, а вместо них в хоровод взлетали новые.
– Смотри, Номин. Замечаешь, они как будто летают по кругу?
– Точно. И при этом по солнцу.
За дверью библиотеки послышались голоса. Друзья переглянулись и дружно метнулись за ближайшее укрытие – библиотекарскую стойку.
Присели, а Номин тихо шепнула:
– А если им именно сюда?
Но тут двери открылись, и стало понятно, что в библиотеку зашли ректор с одним из преподавателей факультета магии разума.
– Надеюсь, Бадма Цыденович, у нас получится усмирить духа. С таким я сталкиваюсь впервые. В Петербурге, где я учился, духов называют домовыми, и с ними почти всегда удается договориться. Странно, что этот дух не идет на контакт…
– Ну, может, потому, что наши местные духи не совсем домовые, они тоже живут в астрале, но общаются совсем не так, как домовые. Не переживайте, Никанор Степанович, сделаем все в лучшем виде. Скоро из Москвы придут артефакты, они стабилизируют контур. Установим их вот здесь и здесь, надо измерить расстояние, поэтому пришлось вас побеспокоить, а то ведь завхоз без вашего разрешения никого не пускает.
– Ну, надеюсь, все получится. А то некоторые кланы подумывают о переводе детей в Императорскую академию – это же сколько денег утечет. А мы же на них рассчитываем, каждая копеечка уже заложена в бюджет этого учебного года. И, наверное, надо все же открыть библиотеку. Если тут ходить с осторожностью, то вполне можно учиться. Ведь за пределами библиотеки книги не летают…
К огромному облегчению затаившихся друзей, ректор и профессор даже не взглянули в сторону библиотечной стойки. Они неторопливо обошли зал, иногда уклоняясь от летающих вокруг них книг, сделали какие-то замеры и наконец ушли.
– Что значит стабилизировать контур? – шепотом спросил у Номин Баяс.
– У академии есть защитное поле, то есть если вдруг кто-то бы напал на академию, то включится защита – антимагическое силовое поле, такие есть у каждого кланового поместья. И, видимо, когда построили новый корпус, не успели включить это здание в защитный контур, а теперь добавят его, – прочитав в глазах Баяса еще один вопрос, Номин вздохнула и пояснила, как маленькому: – Духи не могут проникнуть через магическое силовое поле. Наверное, после включения этого здания в общий контур дух библиотеки уйдет.
– Завтра библиотеку откроют, – обрадовался Баяс.
Подождав еще немного (мало ли, вернутся еще), друзья вылезли из-за стойки, тихо пробрались к окну и стали выбираться. Покидая библиотеку последним, Баяс оглянулся. На него летел толстый том по истории бурятских кланов, но Баяс успел выставить защитное поле, том ударился об него и умчался обратно, к книжным стеллажам верхнего яруса. Траектория у этого тома, как и у других книг, была той же – строго по часовой стрелке.
***
Весь следующий день Баяс ходил задумчивый и оттого немного рассеянный. Невпопад отвечал на уроке по истории, ляпнув, что последние стычки с Цинской империей произошли в XIX веке. За обедом в столовой друзья дружно уставились на Баяса, требуя ответа.
– Кажется, кто-то нашел себе новую головоломку, – сказал Айдар, глядя на задумчивого Баяса.
– Знаете, я вот думаю. А что, если у библиотеки появился не просто дух, а эзэн? Ну то есть у каждой местности есть же свой хозяин, проводится родовое обоо. Может быть, ему надо молиться?
Тимур фыркнул первым, за ним не удержался Айдар, и даже Номин, не выдержав, прыснула в кулак.
Айдар, сдерживая рвущийся из груди хохот, который даже не хохот, а буквально «ржач», спросил:
– То есть студенты в библиотеке перед тем, как взять книжку, будут простирания делать?
Баяс, нахмурившись, посмотрел на друзей.
– Да какие простирания? Ты в родовом святилище тоже простирания делаешь? – Баяс смотрел на Айдара, а тот смутился, но промолчал. – Я имею в виду, надо проявить уважение. Мне кажется, духу не нравится новый корпус библиотеки. Может быть, при строительстве там что-то нарушили…
– А ведь и правда, эта версия звучит логично, – теперь задумалась Номин.
– И что ты предлагаешь? – спросил Тимур.
– Думаю, Галдан-багша знал, что надо делать. Он же работал здесь до пенсии. Может быть, он что-то оставил? Инструкции какие-нибудь или еще что.
– Давай поищем, – подхватила Номин. – Только надо придумать, как нам в его старый кабинет попасть…
Тимур и Айдар отказались идти в библиотеку: «Чего там толпой ходить?», и Баяс с Номин отправились туда одни.
Внутренние службы библиотеки остались в старом корпусе, места стало даже больше, потому что все книги переехали в новый корпус, вместо них разместили рабочие кабинеты для сотрудников. Баяс придумал историю, что в прошлом году оставил у Галдан-багши свою личную книгу, и спросил, можно ли ее поискать. Он ожидал, что ему скажут: кабинет Галдан-багши давно уже кем-то занят, или что его выставят за дверь под предлогом того, что все давно перестроено, ненужное выброшено, а книга, если она была, давно пополнила библиотечные фонды. Но ему повезло: кабинет все еще был никем не занят, а улыбчивая молодая библиотекарша просто кивнула, да, мол, проходи, поищи.
В небольшом кабинете было тихо, на столах громоздились стопки книг, в углу пылился старый моноблок еще доголографической эпохи. Баяс оглянулся: он даже не знал, с чего начать искать. Зато Номин уверенно подошла к столу и стала перебирать бумаги, внимательно просматривая каждый листок.
Вдруг по кабинету пронесся легкий ветерок, всколыхнув стопки бумаг на столах. На стене напротив стола качнулась старая пробковая доска, с нее слетела пара плохо закрепленных листов. Баяс поднял бумаги. На одном листе была изображена схема, в квадрате указаны стороны света и под ними надписи: «Юг (огонь, сила): боевая магия. Запад (вода, жизнь): целительная магия. Север (воздух, мудрость): магия разума. Восток (земля, мастерство): артефакторика, алхимия. Центр / другие места: общие учебные материалы, история, теория магии».
– Смотри, кажется, тут схема расположения книг. И я точно помню, что в новом корпусе книги расположены не так. Наверное, надо разместить книги по этой схеме, – Баяс протянул лист Номин.
– Точно! Откуда ты взял этот листок? С этой доски? Смотри-ка, а тут фотография Галдан-багши. Тебе не кажется, что эта фотография и этот листок не просто так тут оставлены? А за ним как будто что-то вроде гунгарбаа...
– На фотографии он не в этом кабинете. Стоит у той стены, где сейчас коридор. Кажется, мы с тобой нашли решение.
***
О своем открытии Баяс и Номин рассказали друзьям на следующий день. А потом в столовой, в нетерпении буквально проглотив свой обед, Баяс объявил, что ему нужно зайти в библиотеку. Друзья не стали устраивать допрос и, проявив завидную студенческую сознательность, в отличие от некоторых любителей книжной пыли, отправились на оставшиеся по расписанию занятия. Номин порывалась составить компанию, а Баяс мягко, но настойчиво отправил ее на уроки, ведь ему же и попадет от дяди Арсалана, если Номин начнет пропускать занятия.
Книги в библиотеке все так же летали по кругу, сталкиваясь, меняясь местами, то взлетая с полок, то опускаясь на них. Баяс поймал пролетавшую мимо книгу, прочел название: «Базовые техники стихии огня».
– Это боевая магия, значит, на юг.
Он уверенно направился к стеллажам на южной стороне библиотеки, поставил книгу на полку. Книга не стремилась улететь и спокойно стояла на месте. Поймал еще одну книгу – «Теория магии, первый курс». В центре библиотеки не было ни одного стеллажа, что неудивительно: весь центр – это единый атриум на все три яруса здания. Он поискал пустой стеллаж, подошел к ближайшему и, упершись плечом, стал двигать к перилам, опоясывающим весь второй ярус. Придвинув на выбранное место, поставил книгу на полку. Она тоже встала и никуда не улетала.
Он продолжал расставлять книги по сторонам света. Боевая магия – на юг, целительская – на запад, магия разума – стеллажи на северной стороне, артефакторика и алхимия – на восточной, все остальное – на стеллажи у перил. Работа шла медленно, но он не останавливался. Ему казалось, книг меньше не становится. Но те, которые он уже поставил, все еще стояли на местах и никуда не улетали.
Друзья пришли ближе к вечеру. Увидели Баяса, который уже третий час таскал книги с полки на полку.
– Ты что, домой не собираешься? – удивился Тимур.
– Видишь, они не летают, – показал на ровненькие ряды книг Баяс.
Номин подошла к полкам, посмотрела.
– Ты прав. Вот этот сектор – боевая магия, он теперь на юге. И книги стоят, не срываются в полет.
– Галдан-багша знал про эзэна. И я уверен, это он поставил гунгарбаа. А потом при строительстве стену снесли, алтарь выбросили.
– Что будем делать? – спросила Номин.
– Надо сделать новый алтарь. Хотя бы символически. Алтарь ставится на северной стороне напротив входа, который у нас на юге. И на фото видно, что гунгарбаа был сделан как раз на северной стороне старой библиотеки. И если смотреть именно это здание, то здесь вход тоже на юге, а значит, вот эта стойка как раз напротив входа, относительно него это север. Вот здесь и надо сделать что-то вроде алтаря.
Тимур усмехнулся:
– Ты что, серьезно?
– А ты что предлагаешь? – пожал плечами Баяс. – Ну не получится, и ладно. Главное, мы попытались.
– Ладно, – протянул Тимур. – Айдар, пойдем в столовую, попросим чай с молоком.
Баяс пошел договариваться с молоденькими библиотекаршами, которые от руки вписывали учебники (студентам приходилось искать по три часа среди летающих книг) в бумажные формуляры – компьютеры в библиотеке работали только как голоэкран с красивой старобурятской вязью.
– Вы же помните, Галдан-багша сделал алтарь на той стене, где сейчас коридор?
Девушки заинтересованно кивнули.
– Я думаю, что, если мы организуем здесь алтарь, дух успокоится.
– Хм, а мы об этом не подумали. И вправду, Галдан-багша говорил что-то об этом, а мы не обратили внимание.
Девушки быстро освободили одну из полок задней стенки их стойки, протерли влажной салфеткой. Тут как раз подошел Тимур с чашкой чая, за ним шел Айдар, комично неся на вытянутых руках шоколадный батончик из вендингового автомата.
Баяс строго посмотрел на веселящихся друзей, забрал чашку и батончик, поставил на полку. На него все смотрели с ожиданием.
А он прошептал:
– Прости, что забыли, – и поклонился, глядя в зал.
Ничего не произошло. Разве что немногочисленные студенты теперь смотрели на него как на идиота. А книги все так же летали, питьевой фонтанчик журчал, на визорах мелькала вязь. Тимур пожал плечами и с некоторым сожалением сказал: «Ну и все. Не работает. Пойдем домой». Тимур уже развернулся к выходу, а Баяс все также стоял на месте. Он подумал, что надо закончить с полками, и поймал пролетавшую мимо книгу.
И тут у него на руке ожил коммуникатор. Над рукой появился прозрачный визор, замелькали уведомления. Визоры появились еще у некоторых студентов, а затем перестал журчать фонтанчик, книги плавно опускались на полки. Визоры на стойке моргнули, хаотичное движение старобурятской вязи сменилось обычным рабочим интерфейсом.
Все замерли. А потом кто-то крикнул: «Ура!», послышался смех, к Баясу стали подходить и спрашивать, что он сделал.
Айдар хлопнул друга по спине:
– Ну ты даешь! Сработало!
Утром следующего дня Баяса вызвали к ректору. Тот попросил подробнее рассказать, что произошло и как получилось утихомирить духа.
– Никанор Степанович, я ничего не сделал, просто нашел записи Галдан-багши. Наверное, он специально их оставил, наверное, знал, что так будет.
– Но почему он нам не рассказал?
– Может быть, боялся, что никто не поверит. Ведь в академии с самого начала никаких духов не было – защитный контур.
Ректор посмотрел на Баяса скептически:
– Ты хочешь сказать, что дух успокоился от... чая и шоколадки?
– Наверное, дело не в чае. То есть в чае, но не совсем, – путано стал пояснять Баяс. – Наверное, просто был рад, что про него вспомнили.
– Знаешь, мальчик, в Петербурге, где я учился, с домовыми так не договаривались. Но, видимо, наши духи другие, – усмехнулся ректор. – И это интересно, надо будет провести исследование. Спасибо, что помог. А то у нас уже один студент перевелся. Надеюсь, на этом все и закончится.
Ректор помолчал, а потом добавил:
– В библиотеке введем новые правила. Студенты помогают каталогизировать книги по сторонам света. Алтарь пусть остается. Из бюджета выделим строку расходов на конфеты и чай. Я слышал, что ты искал подработку в академии. Теперь можешь после занятий подрабатывать в библиотеке, покажешь всем там, как надо.
Вечером друзья собрались в кафе, библиотека им всем уже порядком надоела – еще бы, перетаскиванием книг на правильные полки занимались все.
– Короче, ты теперь официальный переводчик домовых, – сказал Тимур, хлопая Баяса по плечу. – Можно дать объявление: начинающий шаман, говорю с духами.
– Студенты из Имперской академии теперь обзавидуются – у нашей теперь есть свой дух-хранитель, – кивнул Айдар. – Еще надо слух пустить, что на турнирах он нам помогать будет.
Номин улыбнулась:
– Было бы здорово, если бы дух на экзаменах помогал.
– Тебе ли об этом мечтать, ты и так в рейтинге успеваемости первая. Вот мне бы помог – я бы точно стал третьим, – мечтательно сказал Айдар.
Баяс улыбнулся:
– А почему не первым?
На что друг рассмеялся, мол, ему и этого хватит.
Вот уже вторую неделю Баяс задерживался в библиотеке – скоро лабораторка по алхимии, которая ему дается с трудом. Лампы в библиотеке уже погасили, свет шел только от визора и настольного светильника. Визор планшета горел ровно, без мерцания. И вдруг рядом с ним аккуратно, без шума, придвинулась по столу книга – та самая, которую он искал.
Баяс взял ее, открыл и с улыбкой поклонился в темноту. Мир оказался чуть больше, чем он думал. Есть не только магия и дар, есть еще и вполне себе живые (на секунду задумался: корректно ли говорит о духах, что они живые?) духи – эзэны, а значит, есть род и память рода. Главное – не забывать.
Об авторе
Татьяна Олзоева – постоянный участник и призер литературного конкурса «Новая проза». Считает, что данный творческий проект для многих земляков становится неким трамплином, стартом. Живет в Улан-Удэ. С детства пишет небольшие рассказы. Работает в газете «МК» в Бурятии», журналист. Ее короткие зарисовки можно встретить в соцсетях, один из рассказов вошел в сборник издательства «Астрель-СПб».
В 2026 году Татьяна стала победителем конкурса малой прозы «О чем знаю только я» Национальной библиотеки РБ, ее повесть «Гурт Чимита» одержала победу в конкурсе Республиканской типографии и готовится к изданию.
В настоящее время работает над циклом романов в жанре магического реализма с национальным колоритом.
