Добровольная поисково-спасательная группа «Соболь» начала работу в начале мая этого года. Одна из ее основательниц - Марина Кокорина. Молодая женщина работает без выходных, а после насыщенного дня торопится на поиски пропавших людей. Специально для infpol.ru Марина рассказала о том, зачем она вступила в ряды волонтеров и почему это занятие стало для нее жизненно необходимым.  

- Марина, расскажите, когда и как была организована добровольно-спасательная группа «Соболь»?

- Я и раньше помогала в поисках пропавших, но только в качестве случайного волонтера. В этом не простом деле всегда не хватает людей. В начале мая решила вступить в группу и участвовать в поисках целенаправленно. Так сложилось, что в это же время я познакомилась с Александром - инициативным и лёгким на подъем молодым человеком, с которым мы решили объединиться. Именно ему принадлежит идея создания региональной группы. Координировал нас волонтер из Читы. Нам с Сашей было обидно, что у нас в городе нет такого объединения, в котором специально обученные люди помогали искать пропавших людей. Вот так и родилась идея.

- Вы занимаетесь поиском людей в свободное от работы время?

- Да. Но если дело срочное, наши работодатели с удовольствием идут на встречу. А вот на телефоне мы круглосуточно, поскольку не знаешь когда именно понадобится наша помощь.

- Поиск людей всегда сопряжен с эмоциями?

- По поводу эмоций, здесь, конечно, нужна выдержка. Если занимаешься этим делом целенаправленно, то знаешь при каких обстоятельствах пропал человек, планируешь и обдумываешь каждое действие. Иногда отправляясь на поиски, особенно вдоль водоемов, идёшь и смотришь по сторонам. Порой бывает мрачновато оттого, что где-то совсем рядом можно увидеть того, кого ищем. В самом начале было тяжело, и я думала, зачем мне это нужно. Но теперь чувство страха прошло. И признаться честно, я не поддаюсь эмоциям. Друзья говорят, что я «железная леди» в этом плане.

Расскажите об алгоритме поиска.

- Поступает информация, мы её обрабатываем, проверяем на точность. Либо наши информационные координаторы сами ищут, и проверяют её. Потом передают нам (поисковикам). У нас активная группа состоит из 11 человек, у каждого свои обязанности. Мы сотрудничаем с другими волонтерскими группами, активно обмениваемся опытом. Когда люди, при чем абсолютно разные, слышат про нас, они охотно идут навстречу, соглашаются помочь.

А вы проходили специальную подготовку?

- Обучение нам проводили специалисты центра допризывной подготовки «Толзай», также поисковый отряд из Читы имени Кости Долгова. В «Толзай» нас тренируют офицеры спецназа и «Добровольческий корпус Байкала». 

- Сколько человек вы нашли за несколько месяцев работы?

- За это время нашими силами были найдены два человека, есть и те, которых ищут до сих пор.

- Вы не только разыскиваете пропавших людей, но и родственников?

- Да. К нам по разному поводу звонят. Просят даже помочь узнать, как восстановить документы. Социально незащищенные люди постоянно обращаются за помощью. Всем, конечно, хочется помочь, но пока не получается. Но мы стараемся, учимся.

Однажды нам поступил анонимный звонок. Просили найти родственников молодого человека, который находился в больнице на лечении. Поиски осложнились тем, что он был не в сознании, а в состоянии комы. Никто не знал откуда он. Его личность не могли установить около месяца. По парню было видно, что он ухоженный и не бомж. Мы все свои силы бросили на поиски родственников или хоть какой-то зацепки. И уже на третий день я нашла предполагаемого друга этого парня. Мы познакомилась с Романом и вместе поехали в больницу. Когда ехали, я тысячу раз подумала о том, чтобы это оказался не его друг, поскольку было печально видеть, как переживает Роман. С другой стороны я думала, а кто будет ухаживать за Георгием. В общем личность подтвердилась. После мы познакомились с родственниками. Помогли им с документами.

Также был случай, когда нашли несовершеннолетнюю девушку с ребенком. Поскольку девушке нет 18 лет, работали совместно с полицией. Мы нашли и отправили информацию в ведомство, они приехали и забрали её домой.

- За короткое время существования вашей команды у вас появилось немало единомышленников, как они находят вас и кто они?

- Как я уже говорила, в нашей группе состоят 11 человек, они все почти одного возраста от 30 до 40 лет, есть и помладше. В нашу компанию входят абсолютно разные люди. Но нас объединяет одна идея, и мы как одна большая семья. Несмотря на то, что я работаю каждый день без выходных до восьми вечера, после работы я всегда иду на встречу, собрание или на поиски, и не испытываю усталость. Я заметила, что волонтеры, не важно чем они занимаются, в любое время помогут тебе, никогда не пройдут мимо чужой беды. 

Какие у вас возникают чувства, когда вы все же находите пропавшего человека?

- Чувство облегчения. До последнего верю, что найдём человека живым. Думаю, что я нашла своё предназначение. Помогать людям, не видя в этом корысти или какого-то подтекста – это то, чем я хочу и буду заниматься. Если честно, многие не понимают меня. А я не обижаюсь, значит, они меня ещё не поняли.