В канун 85-летия республики Бурятия сайт "Информ Полиса" продолжает серию публикаций о выдающихся деятелях, основателях государственности бурят-монголов. Сегодня мы публикуем работу профессора Цыренжаба Чойропова, заведующего кафедрой социологии и политологии ВСГТУ.

 - Я обратил внимание на то, что в молодые годы Элбек-Доржи Ринчино, ученик великого сибирского областника Г.Н. Потанина, проявлял интерес к сибиризму и сибирячеству, - пишет Цыренжаб Чойропов, - У него имеются интересные мысли о региональной идентичности, о непростых взаимоотношениях Центра и периферии. Некоторые из них весьма актуальны и сегодня!

Элбек-Доржи Ринчино о Сибири и сибирячестве

Одной из разновидностей социальной структуры общества является, как известно, социально-территориальная структура. Многообразие социальной деятельности людей осуществляется в пределах определенных социально-территориальных общностей. Социально-территориальные общности определяются как совокупность людей, обладающих единством отношения к определенной хозяйственно освоенной территории.

Каждая социально-территориальная общность имеет все элементы общей структуры социума - производительные силы, экономические отношения, классы и слои, социальные институты, управление, культуру, быт, экологию. Благодаря этому данные общности могут функционировать как относительно самостоятельные социальные образования. Такой своеобразной социально-территориальной общностью является и наша Сибирь.

О Сибири (сибирской региональной общности) и о сибирячестве в свое время писал видный бурят-монгольский ученый и общественно-политический деятель Элбек-Доржи Ринчино. На размещение людей в Сибири, отмечал он, существенное влияние оказали многообразные объективные факторы: климатические условия, географическая среда, природные богатства. Благодаря им человек закрепился на этой "девственно-прекрасной почве Сибири», организовывает свою деятельность по удовлетворению жизненно важных потребностей, вступая в необходимые отношения с другими людьми, т.е. формирует определенную «жизненную среду".

В работе Э.-Д. Ринчино "Областническое движение в Сибири и социал-демократия" достаточно выражены и вопросы субъективности региональных общностей. "Существует некоторое общее представление о "северянстве" - на севере России, об "украинстве" - в Малороссии, на Кавказе все сильнее и сильнее выдвигаются общекавказские тенденции. Сибиряки представляют единое социальное целое, потому что имеют общую историческую судьбу, существенные признаки сходного образа жизни, а также чувство принадлежности к единой региональной общности".

 "Во всем этом, конечно, нет ничего страшного, - отмечал Э.-Д. Ринчино, - Развитие областного право - и самосознания не знаменует распада и гибели России; наоборот, оно свидетельствует лишь о больших успехах страны и о том, что культура перестала быть достоянием и монополией Петербурга, Москвы и других крупных центров…".

 

На формирование взглядов Э.-Д. Ринчино в томский период его жизни большое влияние оказал Г.Н. Потанин, известный ученый и лидер сибирской областнической интеллигенции. Г.Н. Потанин появление сибирской ментальности относил к 40-м годам XIX века. "Тенденция вышла из чувства обособленности, которое бессознательно чувствовало сибирское крестьянство", местная интеллигенция лишь выразила ее (1). "У территории Сибири..., - писал Г.Н. Потанин, - все - таки свой физический организм, и люди, живущие в зависимости от этого особого организма, должны чувствовать солидарность между собой и в то же время чувствовать, что эта солидарность связывает их между собою прочнее, чем с жителями других областей империи" (2).

Между Европейской Россией и Сибирью, помимо естественно- исторических и культурных особенностей, по мнению Э.-Д. Ринчино, существуют весьма знаменательные и резкие социально-экономические различия. Прежде всего, в Сибири не получили развития капиталистические отношения. Выжит торгово-посреднический капитал, один из самых паразитических видов капитала. В Сибири нет землевладельческого класса и частного землевладения. Правда, "делаются опыты насаждения ядовитых побегов частного крупного землевладения. Впрочем, есть некоторые основания полагать, что Сибирь, как и в прошлом, когда она была пленницей, закованной в каторжные цепи, так и ныне выплюнет в лицо своим насильникам насильно прививаемые ей гнилостные грибки частного землевладения, несущие ее сынам иго социального раздора и социально-экономического рабства". Сибирь - это край крестьянской общности, где господствовали народные общественные начала. Подчеркивается "огромный рост крестьянской кооперации, обязанный своим расцветом исключительно собственной самодеятельности сибирского крестьянства".

Чертами самобытности Сибири также считались: бесклассовость, социальная однородность, демократизм; наличие особого типа сибиряка; игнорирование этнических разграничений.

Сибирская идентичность, тем не менее, еще в полной мере не изучена. Между прочим, Э.-Д. Ринчино еще в 1914 году указал на малоизученность Сибири. "Пока что имеются запасы сырого материала, кое-какие обобщения и только". И сегодня наш земляк, известный петербургский проф. А.О. Бороноев вынужден повторить: "О Сибири и о сибирячестве говорят и пишут много, но серьезных исследований пока нет" (3).

 

Следующий вопрос в работах Э.-Д. Ринчино - о взаимоотношениях Европейской России и Сибири. "Все и вся решает и определяет правительство, опирающееся на буржуазно-крепостнические классы и невежество и косность милейших россиян, - писал Э.-Д. Ринчино. - В его руках находится вся полнота и мощь государственной власти, чтобы держать Сибирь в черном теле и тем самым создавать те объективные условия, которые позволяют считать ее колонией, а не полноправной частью России" (Звучит-то как актуально и сегодня!).

«".. Была Сибирь бесправной и эксплуатируемой колонией, таковой она остается и по днесь", - эти слова Э.-Д. Ринчино сохраняли свою силу и в последующие долгие годы. Сибирь, по сути, была превращена в вотчину центральных министерств и ведомств, которые рассматривали ее как территорию с развитыми производительными силами и богатую природными ресурсами, совершенно выпуская при этом из виду, что это еще и среда обитания живых людей. В течение многих лет происходило бесконтрольное изъятие природных, материальных и финансовых ресурсов сибирских регионов. Формально считаясь хозяевами на своих территориях, регионы Сибири не имели реальной возможности предотвратить деформации в экономике и социальной сфере.

В ходе проведения экономической реформы становится очевидным, что основополагающие ее принципы - демократизация собственности и власти, развитие рынка, децентрализация управления, социальная переориентация экономики возможны лишь при условии распространения самоорганизации и самоуправления на уровень территорий. Поэтому важнейшей особенностью предстоящего периода становится все большее перемещение экономической и социальной деятельности на региональный уровень с учетом всех общественных затрат и выгод. Все, что может быть решено и произведено на уровне регионов, должно быть в компетенции самоуправляемых региональных единиц. Опора на собственные возможности рождает дух предпринимательства, инициативу, творческий импульс (если хотите) для роста национального самосознания.

Сейчас во всем мире формируются подходы к экономическому росту, предполагающие опору на локальные уровни хозяйствования, переход от тотальной специализации крупномасштабного производства к наращиванию социокультурных потенциалов самостоятельных территориальных общностей. Такая тенденция не противоречит идее сохранения единства России, но предполагает многообразие вариантов регионального развития (внутри России), соответствующих местным потребностям (поистине уместен здесь лозунг "Единая, но делимая Россия!"). "И здесь во избежание кривотолков и извращений необходимы некоторые пояснения, - сделал оговорку Э.-Д. Ринчино. - Все сибирские областники - левые и умеренные, убеждены (и это вне всякого сомнения), что Сибирь не может жить без Европейской России, также и Россия без Сибири".

 

Примечания:

1. Потанин Г.Н. Областническая тенденция в Сибири. – Томск, 1907. – С. 8.

2. Потанин Г.Н. Нужды Сибири // Сибирь, ее современное состояние и ее нужды. – СПб., 1906. – С. 262.

3. Бороноев А.О. Социология не терпит догм // Социология и социальная антропология: Межвуз. сб. – СПб., 1997. – С. 18.

Цитируемые материалы из трудов Э.-Д. Ринчино взяты из: Элбек-Доржи Ринчино. Документы, статьи, письма. – Улан-Удэ, 1994.

На фото: Э.-Д. Ринчино

Биография Э.-Д. Ринчино (метериал из Википедии)

Элбе́к-Доржи́ Ринчи́нович Ринчино́ (16 мая 18884 июня 1938) — видный бурятский общественно-политический деятель, один из лидеров революционного и национально-освободительного движения бурятского народа, находился у истоков создания национальной государственности бурят.  16 мая 1888 — родился в кочевом урочище Хилгана Баргузинского аймака Забайкальской области. В 1899 г. окончил Улюнскую приходскую школу. 1899-1904 — учеба в городской школе Баргузина. Здесь Ринчино в 1903 г. вошел в нелегальный ученический кружок, организованный ссыльными Архангельским и Майером. В 1905 г. Элбек-Доржи ушел от отчима и поступил на общественный счет в Верхнеудинское общественное реальное училище. 1906 г. — вошел в партию (организацию социал-демократов с большивистским руководством), где вел под руководством Б. З. Шумяцкого активную нелегальную работу. 1906 — ввиду закрытия 5-го класса Верхнеудинского реального училища, Ринчино переехал в г. Троицкосавск Забайкальской области, где поступил в местное реальное училище. 1907 — поездка в Томск на средства, собранные местной и Верхнеудинской ученической организацией. Здесь Ринчино поступил на общеобразовательные курсы при технологическом институте. В Томске активно участвует в деятельности нелегальных студенческих организаций. Осенью 1907 был задержан за участие в нелегальной сходке в технологическом институте, заключен в тюрьму, но вскоре освобожден.

1908 — подготовка к аттестату зрелости экстерном при Томской гимназии и сдача экзаменов. Осенью 1908 — переезд в Санкт-Петербург, поступление в Петербургский университет на юридический факультет. 1909-1913 гг. — участие в нелегальных студенческих кружках, ведение нелегальной организационно-пропагандистской работы. 1914 — болезнь и уход из университета.

1915-1916 гг. — участие в экспедиции в Монголию. Написаны работы «Шаманство в Монголии» и «Экономические районы Монголии». Конец 1916 — начало 1917 — работа в кооперации заведующим статистическим отделом в г. Чита Забайкальской области. 1917-1918 гг. — работа Председателем Центрального Национального Комитета бурят-монгол Восточной Сибири. Активное участие в Установлении Советов в Забайкальской области. Секретарь Военно-революционного комитета, член полевого штаба на Даурском фронте, командующий и организатор бурят-монгольской Красной гвардии (Улан-Цагда). Поездка в Монголию для установления дипломатических отношений. Конец 1918 — начало 1919 после падения Советов в Сибири нелегальное проживание в районе у бурят-монгол. 1919 — попытка перетащить правых социалистов и националистов Бурят-Монголии на нейтральную позицию, т.е. на позицию воздержания от участия в гражданской войне на стороне белогвардейцев в ожидании прихода Красной Армии. 1920 — Ринчино — один из руководителей т.н. Кульского переворота против белых и помошник начальника штаба красных партизан в селении Кульском.

Вторая половина 1920 — начало 1921 — работа по заданию партии по монгольскому вопросу. Вторая половина 1921 — конец 1925 — работа в Монголии — участие в гражданской войне, организация партии, правительства, армиии. Работа в качестве члена ЦК МНРП, члена Президиума народного Правительства и председетеля Реввоенсовета. 1926-1930 — учеба в институте Красной профессуры. С 1930 — кандидат в члены ВКП(б). 1927-1934 — научно-педагогическая работа в Коммунистическом университете трудящихся Востока им. т. Сталина в г. Москва. С ноября 1934 — профессор КУТВ.

В 1937 арестован в Москве. 4 июня 1938 г. Военной Коллегией Верховного Суда СССР приговорен к высшей мере наказания — расстрелу. Приговор приведен в исполнение в тот же день. В 1957 — Э-Д. Ринчино реабилитирован.