Творческий вечер народного артиста Бурятии Басты Цыденова прошел 29 апреля. В связи с этим, за день до знаменательного дня, я вооружившись диктофоном, отправилась в  Бурятский театр драмы. На интервью Баста Гуруевич пришел в бандане и чуть ли не в косухе. Во время нашего интервью постоянно звонил телефон, актер организовывал свой предстоящий вечер. Мы сидим в огромном фойе театра. Я стараюсь как можно больше узнать интересного, а Баста Гуруевич пронзительно смотрит и отвечает медленно с чувством, с толком, фразами человека, который многое повидал, и о профессии актера знает всё.

 

«Любовь к выступлениям у меня с детства»

Баста Цыденов 40 лет на сцене – дата внушительная, вызывающая безмерное уважение. Самый первый вопрос, который я задала, касался  первого импульса, который привел Басту Гуруевича к профессии театрального актера.  

- Свое детство я провел в Кяхте. С детства бабушка учила меня декламировать ульгэры, а затем я их читал своим друзьям. У нас не было телевизоров, не было игрушек, мы бегали с палками, которые были для нас всем: лошадью и пистолетами. Играли тем, что попадется под руку. Или вот еще один случай, однажды в школе, в классе 5-6,  я должен был читать стихи для большого количества народа, выучил стихи, готовился. И вот, перед выступлением я заглянул в актовый зал и обомлел. В зале было невидимо народу, много посторонних лиц. Я трухнул и убежал. В тот момент я почувствовал большое волнение, появился страх. Учительница меня отчитала. Этот момент мне запомнился навсегда, который также неосознанно повлиял на мой выбор. Позже, в 13-14 лет я обожал смотреть кинофильмы. Раз в месяц в Кяхту, кинотеатр «Темп», привозили фильмы, для меня эти показы были большими событиями, волшебством. Мы собирали билеты, а затем подделывали их. И уже в городе пытались пройти на киносеансы, но нас часто ловили, но иногда, мы даже проходили по ним. Мы смотрели фильмы как завороженные, затем ходили с внутренним духом главного героя, подражали ему. Также большим толчком послужило то, что мои родители были учителями литературы и русского языка. Они часто читали нам. Однажды мой старший брат принес мне Джека Лондона «Белый клык», книга произвела огромное впечатление. Затем я ушел в армию, после поступил в институт культуры на театральное отделение. И далее, большую роль  сыграли педагоги, с которыми мне посчастливилось столкнуться. (Звонит телефон, Баста Гуруевич поднимает трубку, звонят из столовой: на какую сумму сделать банкет? Баста Цыденов отвечает на бурятском: Сами подумайте, не очень скромно, и не очень дорого). Первый курс был самый удивительный для нас. Именно с него всё началось, так сказать, появилась настоящая любовь к театру.

«Театр для меня – это всё»

- Что для вас театр?

- Театр – это коллективный вид искусства . Я бы не состоялся как актер, если бы не было моих друзей и педагогов. Общение с каждым человеком, с режиссерами дало мне очень многое. Личная жизнь, чувства, эмоции, мои мысли – всё это идет через театр. Хорошая роль завораживает, увлекает и долго не отпускает. Нельзя разделить театр и мою жизнь. Это всё вместе – единое целое.

- У вас были судьбоносные роли, из которых вы вынесли многое для себя?

- Конечно, это самые первые роли, например, спектакль по Арбузову «Иркутская история» в постановке Владимира Кондратьева. Для меня эта роль стала самой серьезной. Я почувствовал цельность человеческой судьбы, внутреннего мира, любви, ненависти. Мне запомнилась роль Дамдин ламы у Бальжанова, тогда в 1990-ые годы, когда в стране у нас все всколыхнулось, появилась демократия, все начали ходить в дацаны. На этой волне для меня эта роль стала открытием. Затем было много ролей. У Олега Юмова я сыграл в «Макбете», у него спектакль называется «Максар. Степь в крови». За исполнение главной роли был отмечен на фестивале «Сибирский транзит». Затем нас номинировали на «Золотую маску».

«В душе я все равно молод»

- Вам 66, вы ощущаете свой возраст?

- Физиология берет своё, но в душе я все равно молод. Хочется еще что-нибудь сыграть, творить, открыть в этом мире, познакомиться с симпатичной женщиной. Моя душевная молодость может связана с театром, тем чувством, когда читаешь пьесу и возникает непреодолимое желание сыграть роль. 

- Вы женаты, наверное, вы уже дедушка?

- Сейчас я одинок, был четыре раза женат. Встречи с женщинами даром не проходят – это всегда стресс, борьба, получение огромного жизненного опыта. Женщина должна быть притяжением, открытием. У меня двое детей Тимур и Баира. Сын у меня работает адвокатом в Чите, а дочь занимается бизнесом. Буквально два месяца назад родила. И у меня появилась внучка.

«Мне интересно работать с Олегом Юмовым»

- У вас интересный тандем с Олегом Юмовым, чувствуется, что есть гармония между вами.

- Мне интересно с ним работать. Думаю, что ему тоже со мной. О чем бы мы с ними не говорили, какие бы решения он не предлагал – это заинтересовывает меня, увлекает, особенно когда мы обсуждаем какие-нибудь роли, он умеет увлечь тематикой, внутренней судьбой актера. Он работает с нами, раскрывает героя, фантазирует. Каждый раз он открывает для меня что-то новое и это всегда увлекательно.

- Вы приняли участие в спектакле «Старик и море», который имеет два варианта. Первый - смелый и вызывающий, второй - глубокий и осмысленный. Какой ближе вам?

- Две постановки – разные, в обоих я с любопытством и рвением принял участие (Звонит телефон, из трубки раздаётся: за баранами когда поедем, может быть, я за правами съезжу?. Баста: Да, давай, езжай). Первая постановка была своеобразным экспериментом -  восемь акул, которых сыграли наши молодые актеры, в образе рыбы – Виктор Жалсанов. Затем театральный критик Анна Степанова подкинула идею моноспектакля, и мы согласились. С одной стороны было сложно перейти с того, что было вначале, и с того, что мы увидели во втором варианте. Но мне было легко, так как я был в материале. Мой герой из моноспектакля ближе мне. Идея неплохая, когда через построение своеобразной мандалы раскрываешь  законы мироздания, человеческую суть. Я многое прочитал из Хемингуэя, и многое понимаю, мне близок этот автор. И мне близко произведение «Старик и море» - скупых и сильных чувств. Вместе с Олегом мы многое открыли и с мандалой связали, казалось бы американский писатель, а в итоге вот что получилось.

«Современные решения лишают сути театрального действа»

- Как вы относитесь к современным формам, которые полностью  меняют представления о классическом театре?

- Всё-таки я человек из прошлого, на мой взгляд, современные формы, все эти хеппенинги, перформансы лишают главной сути театрального действа. Уходит суть, к которой мы привыкли, человек больше увлекается формой. Но когда мы были молоды, старшие нас также укоряли, учили. Это извечная проблема отцов и детей. Но есть спектакли, представляющие современное искусство, которые мне нравятся, и всё же им не хватает глубокого содержания.

- Какие виды искусств вы предпочитаете?

- Обожаю изобразительное искусство, часто бываю в гостях у моих друзей художников. Мне нравится творческий беспорядок, когда валяются кисти, на полу стоят картины, а в воздухе витает запах краски. Люблю современную музыку, но все-таки слушаю больше классический джаз. Часто слушаю старинную бурятскую музыку.

О свободе и о том, как важно совершать ошибки

- Как вы относитесь к фразе: учиться на своих ошибках?

- Ошибки – это хорошо, пусть действие будет неправильное. Но у тебя остаётся огромный опыт, чем сильнее эмоциональное потрясение, тем больше опыта ты получил. Я преподаю в театральной школе для детей. Искренне сопереживаю, когда дети радуются, когда выходят на сцену и получают от этого радостные чувства.  Важно довериться своим мыслям и чувствам, и не испугаться при этом. На ошибках люди учатся. Вот только бояться их делать не нужно. Ошибки рождаются там, где человек пробует, преодолевает внутренний страх, комплекс. Наверное, самый лучший опыт – это ошибки. У нас люди несколько зажаты, может это связано с проблемами в обществе, может от того, что мало зарабатывают. Но у нас человек всегда зависим. (Звонит телефон, из трубки раздаётся: Мы сейчас отбираем фотографии, какие выбрать? Баста Гуруевич: Я подойду через минут 10-15).

- Чему и как вы учите детей в театральной школе?

- В сентябре набираем группу на три месяца, затем в январе. Принимаем с 9-10 лет. Учим стихи, прозу, сочиняем рассказы, декламируем, стараемся раскрыть в человеке внутреннюю свободу. Стараемся, чтобы ребенок через баловство стал свободным, раскрепощенным, а серьезным он еще успеет стать. Мы много общаемся и играем в собачек, обезьянок, пузырей. Когда человек почувствует свободу, у него многое открывается.  Часто бабушки приводят к нам в группу своих чад. Иногда бывает жалко ребенка. С утра он на занятиях, после занятий школа искусств, затем вокал, после всего приводят к нам. Я стараюсь всегда этим бабушкам сказать, может не надо, зачем мучить ребенка. Ребенок должен быть свободным, балдеть, играть, кувыркаться, дурачиться. Если не давать ребенку отдыхать, он становится равнодушным ко всему.

«В школе самое главное – дать свободу детям»

- Внутренняя свобода – это важно, я всегда своим ученикам говорю, не будьте таким серьезными. Надо легче относиться к жизни. Воспринимать всё с легкостью, отдавать с легкостью. А у нас взрослых море комплексов, которые с возрастом только увеличиваются. Они становятся кондовыми, зажатыми и это всё передаётся детям. Вообще для человека важна внутренняя свобода. Важно, чтобы он доверял своим мыслям. Каждый человек уникален, но не каждый человек доверяет своим мыслям, он даже себе порой не доверяет. Начинает пугаться этого, а тем более кому-то рассказывать. Ребенку надо помогать, чтобы он преодолевал барьер, нужна смелость и отвага, чтобы мог перепрыгнуть через свой страх. С детства, мы говорим часто детям нельзя, и у них возникает внутренний барьер. Наоборот надо говорить, что можно всё.

- Как вы считаете, что такое счастье?

- Когда человек преодолевает и реализует себя, когда сквозь страдания стремится к цели. Когда совершает психологически сильный поступок. Чувство сладости и комфорта быстро улетучиваются, забываются, обесцениваются, а запоминаются только сильные чувства.

- Расскажите о забавном случае из театральной жизни?

- Я вообще не смешной. Иногда я могу чисто интуитивно выдать шутку. У меня есть друзья, которые любят хохмить и дурачиться, но забавного случая, что-то не припомню. Когда я только начинал работать в театре, однажды мы побывали на гастролях в Агинском округе, все уехали, а мне пришлось остаться по семейным делам. Так получилось, что я опаздывал на другой  спектакль, который назывался «Катастрофа». И я решил отправить телеграмму «Отмените Катастрофу. Баста» Над этим театр до сих пор смеется. 

- Бурятский язык уходит в забвение, что вы можете сказать по этому поводу?

- Я наверное пессимист, но печально , что происходит с бурятским языком, но нам надо выживать, реалии таковы. Считаю, что, скорее всего он уйдет в забвение. Но дети наши с удовольствием учат язык. А вообще для того, чтобы ребенок хорошо научился говорить на родном языке надо его отправить в деревню на пару месяцев и вы увидите, что произойдет.  А что касается гдетей, у которых нет возможности поехать в деревню, то я даже не знаю, что сказать, наверное, надо посещать специальные кружки, разговаривать дома. Важную роль в этом вопросе играют правительство, министерство образования.

- Чтобы бы вы посоветовали нашим читателям?

- Читайте побольше, отвлекайте своих детей от гаджетов – чтением вслух. Когда ребенок улавливает на слух текст, то у него работает совсем иная область мозга и он развивается, фантазирует. Если он умеет фантазировать, то это начало любого творчества.