Наш путь лежал на юг - через Тибетское нагорье в город Юшуу, что находится в пятистах километрах от истока Хуанхэ за пятью перевалами высотой до 5200 метров. В 2010-м году в провинции Цинхай, где живут в основном тибетцы, произошло 7-балльное землетрясение, погибло около двух тысяч человек, восемьдесят тысяч остались без жилья

 Мы застали город в виде огромной стройки. Всюду виднелись стрелы кранов, население  день и ночь работает на восстановлении своих домов. С такими темпами Юшуу уже через пару лет будет принимать туристов как один из транзитных пунктов на пути в Лхасу. Посетив пару монастырей в окрестностях Юшуу, мы свернули на северо-восток к хребту Амни Мачен.

Это горная система, состоящая из 13 вершин. Наивысшая из них также называется Амни Мачен. Мы подъехали к подножию священной горы, главной святыне Амдо, статус которой сравним с горой Кайлас для тибетцев Кхама и Амдо. Амни Мачен среди тибетцев сакрален не менее Кайласа, но совершенно неизвестен западному миру, на его склонах не встретишь ни одного туриста, только тибетских паломников, тогда как склоны Кайласа в разгар сезона напоминают пешеходную улицу.

1.jpg

Я много раз видел, как туристы отправляются делать кору вокруг Кайласа, начитавшись фантастических книг, что-то там ищут, хотят открыть третий или четвертый глаз, и все это в группах по 20-30 человек. Они не готовы ни физически, ни психически к соприкосновению с его энергией, поэтому в группах начинаются конфликты, болезни, нервные срывы, вплоть до панического бегства с подножия Кайласа.

Встречаясь с людьми, которые побывали на Кайласе, я спрашиваю у них, посетили ли они монастырь Чиу на озере Манасаровар, где в пещере ушел в паринирвану Гуру Римпоче, на горячих источниках Тритхапури и оказывается, что они проехали, мимо, не останавливаясь на действительно значимых местах. Всему виной непрофессионализм гидов. На весь Тибет работает лишь несколько русскоязычных гидов, да и те немного знают о святынях, потому что приехали работать откуда-нибудь с Хайлара.

2.jpg

В отдаленных горных деревнях северо-восточного Тибета остались шаманы, сохранившие свои верования и обряды. В районе Амни Мачен живут шаманы, владеющие разными ритуалами, входящие в связь с различными духами. Это древняя традиция, унаследованная от последователей религии Бон — религии, господствовавшей в Тибете до прихода буддизма.

3.jpg

Ежегодный фестиваль шаманов в Ребконге — самое главное событие для местных жителей. И мужчины, и женщины, и дети принимают в нем участие. Все жители деревни собираются вместе, надев свои лучшие наряды. Люди поют, танцуют, возжигают благовония. В каждой деревне есть свой шаман, вокруг которого разгорается все действие.

 Шаман начинает свой ритуальный танец с барабаном, обращаясь к местному духу — хранителю данной местности. Шаман через какое-то время входит в особое состояние сознания, и в его тело входит местный дух, с которым у шамана присутствует особая связь. С этой минуты шаманом управляет дух. Фестиваль шаманов проходит с целью ублажения местных духов, от которых, по мнению тибетцев, зависит благополучие местных жителей.

4.jpg

После прихода буддизма в Тибет, ритуалы религии Бон постепенно сошли на нет. Но все же в тибетской глубинке еще сохранено культурное наследие религии Бон. В каждой деревне живут свои шаманы, владеющие разными ритуалами, входящие в связь с различными духами. Мы посетили две деревни, где живут шаманы, владеющие древнейшими ритуалами добуддийской религии Бон.

Заплутав в горах, в поисках дороги мы остановились у заброшенного монастыря. Вокруг него раскинулась небольшая деревня: домов тридцать. По виду совсем заброшенная. Подъезжая к ней, мы увидели, что по четырем сторонам деревни стоят 8 оберегов, похожие на пугала. Мы с другом пошли в деревню, а водитель с переводчиком наотрез отказались выходить из машины.

5.jpg

Над деревней возвышалось огромное обоо (пирамидальное сакральное сооружение), оно возвышалось над всей местностью, пугающее и заманивающее к себе. Это было сколоченное из кусков дерева, метров на 20 в высоту и 5 в окружности, сооружение, сверху донизу обвешенное тысячами уже истлевающих хадаков (шелковых ритуальных шарфов).

Было такое ощущение, что мы вступили на территорию чего-то очень архаичного, или даже инфернального. От него исходила невероятная по силе энергия, мы обошли его как примерные буддисты посолонь, и тут началось что-то невероятное. Время и пространство стали единым целым, все на глазах стало изменяться и за несколько часов мы побывали в четырех временах года.

6.jpg

Весенний ветер, летнее солнце, осенний дождь и снежная буря сменялись на наших глазах. Когда мы стояли ошеломленные, как будто оказались в момент сотворения мира, к нам из снежного ниоткуда подъехал всадник. Он рассказал нам о 13 вершинах хребта Амни Мачен и указал дорогу. Затем деревня стала оживать, из своих пещероподобных домов стали появляться местные жители, все вокруг пришло в движение. Все рассказывать не буду, но до сих пор мурашки бегут по спине, когда вспоминаю тот день.

7.jpg

Не от страха, нет! Потом, когда я анализировал себя и ситуацию, я подумал, что возможно, этот природный катаклизм произошел из-за того, что мы по буддийскому обычаю обошли обоо посолонь, тогда как боннские святилища обходят против солнца. Впоследствии с другом Никитой обсуждали этот день, и пришли к выводу, что иногда за годы не испытаешь того, что мы увидели за день путешествия в боннской деревне.

В 250 км от Репконга находиться уникальный пещерный комплекс Голубой Гаруды, где мы и остановились на пару дней, посвятив время осмотру пещер и монастыря, но это отдельная история. А в самом Репконге -  знаменитая школа танка Сангешонг Яготсанг и монастырь Ронпо Гончен.

8.jpg

Много лет я мечтал, зачитываясь книгами Гомбожапа Цыбикова и Базара Барадийна, попасть в Лавран, чтобы увидеть этот великолепный монастырский комплекс. В дорогу взял с собой «Жизнь в Тангутском монастыре Лавран», написанный выдающимся бурятским учёным Базаром Барадийном, который был убит коммунистами в 1937 г.

Дневник был подготовлен к публикации Ц.П. Ванчиковой, она же написала предисловия и комментарии к этой книге. Во время путешествия мой друг Никита обратил внимание на даты в дневнике, и они совпадали с нашими датами поездки! Вчитываясь в дневник, мы стали находить моменты и схожие ситуации. Было такое впечатление, что события 105 летней давности происходят с нами !!!

Перед нами открылась очаровательная картина громадного буддийского монастыря, который на этом месте захватил всю узкую долину речки. Многочисленные высокие храмы белого, красного и жёлтого цветов с множеством этажей и окон, с симметричной и прямолинейной архитектурой, с плоскими крышами напоминали по виду какой-то старинный итальянский город, но тут же нам навстречу стали во множестве попадаться люди непривычного для меня вида, быстро шагающие воинственные тангуты в огромных бараньих тулупах с открытыми загорелыми туловищами и большими боевыми мечами за поясом, а рядом с ними – смиренные монахи в красных одеяниях..." (Барадийн Б. Путешествие в Лавран).

В 1648-м году вблизи нынешнего Лаврана пишет Б. Б. Барадийн, в местности «Гангья тан» в одной кочующей бедной тангутской семье родился мальчик, которому впоследствии суждено было не только основать нынешний Лавран, но и сделаться величайшим учёным-мыслителем во всей новейшей истории тибетского буддизма под именем Гунчэн Жамьян-шадба.

Первоначальную грамоту мальчик изучил у одного тангута-мирянина и затем, уже юношей, отправился с котомкой в Лхасу. В этом отношении он был одним из тибетских Ломоносовых, которые всегда стремились к своей Москве — Лхасе. В Лхасе молодой человек поступил в цаннидскую, т. е. философскую школу «Гоман-дацан». в монастыре Брайбун.

Здесь он вскоре обнаружил выдающиеся способности и обратил на себя внимание Его Святейшества Далай-ламы «V-гo Великого». Наконец, в 1710-м году Жамьян-шадба ознаменовал свою религиозную деятельность основанием будущего Лаврана. Навстречу его желанию упомянутый элётский князь не только уступил местечко, занимаемое ныне Лавраном, и переместил свою ставку в сторону, но и деятельно помог великому учёному заложить монастырь.

Сначала Жамьян-шадбе был построен маленький дом «Лавран», что значит дом ламы, и монастырь впоследствии стал называться «Лавран-дашичил». Жамьян-шадба умер в 1722-м году. В это время и монгольские ламы, затем и буряты (со второй половины минувшего столетия) во множестве стали посещать Лавран, так что в настоящее время духовное влияние Лаврана на всю Монголию и на бурят не уступает самой Лхасе.

 Монастырь Лавран лежит на высоте футов 3040 м. над уровнем моря, у самой границы земледельческой культуры, и представляет из себя религиозный просветительный и экономический центр Амдоского нагорья в монастыре сейчас проживает 1500 монахов еще в прошлом веке до культурной революции жило более 300 тысяч.

10.jpg

 На аудиенцию к Жамьян шадбе попасть не удалось, так как он переродился в семье китайского чиновника и живет в Синине занимаясь бизнесом. Сейчас существует такая тенденция, что многие Тибетские Римпоче «перерождаются »в китайских семьях.

9.jpg

Продолжение следует...

Фото автора.