Хотя сейчас одного интереса мало, нужно применить к себе некоторое насилие и проявить усердие, если мы хотим называться бурятами и сохранить свою богатую культуру, искусство.

Одним из достоинств нашего языка, кроме его мелодичности и мягкости звучания, что услаждает наш слух, является то, что на бурятском очень легко сочинять стихи, говорить стихами, недаром эпос о Гэсэр-хане столетиями передавался устно и звучал у бурят в стихах, тогда как у других народов он передавался устно в прозе. В шаманских молитвах и призываниях, которые тоже звучат как стихи и близки к разговорной речи, мысли выражены очень ясно и  конкретно.

Вообще стихотворная речь - это самое лучшее, высокое проявление любого языка. Как-то в школьные годы в журнале «Вокруг света» я прочитал рассказ об одном племени, живущем высоко в горах в Индии. Люди этого племени могли жить очень долго, не теряя здоровье до 120 - 140 лет, женщины у них могли рожать в 90 лет. С другой стороны, если это правда, журналист писал, что на языке этого племени нет возможности писать стихи, хотя логично думать, что если есть, почему бы не говорить стихами. Видимо, в нашем земном мире ничего не дается даром. Возможно, что и наш народ в своем стремлении к знаниям понес некую жертву в виде утраты частью людей способности выражать свои мысли на родном языке. Как говорил, с некоторым восхищением, известный ученый Эрнст Мулдашев в одном интервью: «Я знаю, буряты могут продать последнюю корову, чтобы дать детям образование».

Помнится, в школьные годы учителя призывали учеников писать стихи, и чуть ли не каждый второй стал писать их, лучшие из которых печатали в газете «Саяны». Мы еще не совсем потеряли свой родной язык, не беднеет и никогда не обеднеет талантами наш народ. По-прежнему рождаются поэты, писатели, композиторы, художники, люди с золотыми руками, мастера всех ремесел. Писатели и поэты, пишущие на родном языке, пишут еще лучше, по-новому рифмуя, только надо им помочь, чтобы они были услышаны и востребованы.

А для этого нам, прежде всего бурятскому народу, нужно читать, говорить, слушать своих поэтов, писателей. Их произведения нисколько не хуже иноязычных. Доходит до того, что многие умничают знанием других языков, произведений других писателей, поэтов, а своего родного ничего не знают. Другие скажут, что время такое, мода. «Мода», я бы сказал, стадное чувство. Конечно, надо читать труды других великих писателей, хотя бы для сравнения, потому что многое познается в сравнении. Но приоритетом для нас, бурят, должен быть наш родной язык, наша культура, наше искусство, наши писатели, поэты, музыканты.

Чтобы не терять язык, нужно просто общаться, говорить на родном языке, а не на чужом не только на кухне, а везде, тогда нам не страшны никакие модные веяния, ни глобализация в пику тем скептикам, которые уныло повторяют за другими, что наш язык обречен. Хочу поделиться своим маленьким опытом осваивания бурятского литературного языка, т.к. в школе не изучал. Я начал читать еженедельник «Духэриг», там очень много интересных материалов, касающихся всех сторон нашей жизни. Вначале было трудно даже читать, т.к. не было навыков чтения, тем более почему-то наши филологи выбрали такую грамматику, где слова искусственно удлинены, после каждого согласного прописывается гласный звук, что некоторые глухие звуки пишутся через «ы», когда в нашем языке больше звуков «э». Хотя монголы и особенно калмыки вообще убрали гласные в написании слов, что без привычки и знания трудно приспособиться к чтению.

В этом отношении хитроумные англичане очень бережно отнеслись к своему языку, обозначив все звуки своего языка в транскрипции для правильного произношения и чтения. Кроме того, что было трудно читать, было много незнакомых слов. Читая со словарем, я промучился несколько месяцев и бросил эти занятия. Возобновил чтение только через полгода. И со временем, усвоив много слов, стал больше понимать, тем более что некоторые журналисты пишут прозой так, что они звучат как стихи, стал понимать, насколько наш язык красив и мудр в выражениях мыслей, в звучании.

Относительно разных диалектов нашего языка некоторые говорят, что им трудно понимать, особенно сонгольский или сартульский. Это не так. Любой бурят, хорошо говорящий, поймет другого, если он терпеливо слушает и применяет другие слова с одинаковым значением. Монголы гораздо лучше понимают нас, чем мы их, в этом я не один раз убеждался.

Еще одно достоинство нашего общемонгольского языка - в его возможностях выражать философские мысли, знания. Великая философия буддизма, собранная в сотнях томов «Ганжура», «Данхура», в мире существует только на трех языках – санскрите, тибетском, монгольском. Китайцы, говорят, пыжились два раза перевести на свой язык, да не смогли, может, не хватило иероглифов или еще чего-то.

То, что великая философия буддизма «Ганжур» «Данжур» есть на монгольском языке, говорит о могучей возможности нашего общемонгольского языка и о великой мудрости правящих в то время монгольских ханов, при которых был сделан перевод. Уверен, что наши предки до революции использовали в своей речи много слов, употребляемых в философии. Современные буряты эти навыки утеряли во многом благодаря запрету буддизма. В так называемом шаманизме, а лучше бы называть «боо мургэл», наверняка есть много понятий и специальных слов-терминов. Нужно снова вводить всю эту терминологию в оборот речи почаще, чтобы они стали нам привычными.

Вообще бурятский язык, видимо, такой, что в нем много слов-терминов, употребляющихся для выражения какого-то понятия более глубоко и обширно. Потерять такой также великий язык, который до нас бережно донесли через сотни столетий наши предки, за какие-то семьдесят, а то и меньше лет, благодаря в неменьшей степени льстивому решению партбюро, великий грех, и этот грех будет лежать на нашем поколении, если действительно потеряем.

Но я думаю, что не потеряем. Как сказал один известный ученый-филолог, кажется, Нехлюдов: «Монгольский язык никогда не исчезнет, потому что монголы все переводят на свой язык». Радует, конечно, что некоторые люди другой национальности без всякой среды общения осваивают бурятский язык и очень успешно. В конце 90-х в Маньчжурии мне встретился один молодой чеченец, который помогал нам быстрее пересечь китайскую границу. Он, помимо китайского, отлично говорил на хоринском наречии бурятского, также хорошо знал монгольский!

Разве мало других примеров? Понятно, что родному языку, его звучанию нужно учить с самого рождения, если еще не в утробе. То, что впиталось с молоком матери, никогда не забудется, оно все равно всплывет в нужный момент. Главное, чтобы вся наша активность не закончилась говорильней, нужны реальные дела, обеспеченные деньгами. Очень многое зависит от ума и мудрости тех, кто стоит у власти и кому мы доверили жолоо власти. Правительству, чиновному люду нужно установить приоритеты, на что важнее всего тратить государственные деньги. Что может быть важнее своего языка, письменности, нашей истории, искусства, культуры, традиций, песен и танцев?! Потому что этим жив народ, нация, а не только едой и сытым желудком.

Нужно побольше трансляций на бурятском языке. Куда-то исчезла передача «Усхэл», которую вел наш алтан гургалдай Чингис Раднаев. Замечательная передача, где общались на родном языке. Я помню передачи с участием Шанюшкиной. Было заметно, как она старается говорить красиво, мелодично, как в одном английском кино, где два джентльмена учили молодую цветочницу правильно говорить по-английски. Великие проекты «Байкала» под руководством Д. Бадлуева, проекты Улановой «Голос кочевников», «Уртын Дуу» очень редко показывают, и то сокращенно. Не все ведь могут ходить в театры, на концерты, посещать спортивные соревнования. Прошлым летом было великое событие – проект «Хамаг Монгол». Почему-то телевидение молчит. Нужно помогать молодым талантам, пиарить их, не требуя с них денег, как это делается в Москве. Один из них – очень талантливый композитор, сам исполняющий свои песни, Булад Бадмаев. Какие у него чарующие мелодии, очень точно совпадающие с содержанием стихов и таким образом еще более усиливающие смысл стихов закаменских поэтов, да и весь его авторский диск, можно сказать, новое явление в сочинении бурятских мелодий.

Причина тления нашего языка лежит в нас, потому что сами не употребляем его в общении, в отличие от тех же тюрков, которые (почему-то!) всегда и везде меж собой говорят на своем языке. Пора разжечь тлеющий огонь нашего языка в вечно пылающее Великое пламя.

Хорэлдэхэу, зугаалхая, ярилсахая, шалилсахая, hана hаа – буряадара дугарьял, шалилсаял!

Ангай Соднон-Жанса – Сэргээ

Фото russianstock.ru