Они утверждают, что стали жертвами бизнесмена, который хочет отнять у них принадлежащую им по праву землю. В свою очередь, другая сторона конфликта уверена, что эти несколько семей – обычные «халявщики», решившие нажиться за чужой счет. Кто прав, а кто виноват в этой очень запутанной истории, попробовал выяснить журналист «Информ Полиса».

На птичьих правах

- Мы себя сейчас чувствуем как крепостные, честное слово! – в сердцах всплескивает руками Ирина Баторова. – Такое чувство, что землю продали – и нас вместе с ней, тоже как имущество. И сидим мы, смотрим вдаль, ждем, когда господа приедут да нас рассудят…

Ирина Баторова утверждает, что она бывшая работница улан-удэнской птицефабрики и что проживает в доме на территории, когда-то принадлежавшей птицефабрике, с советских времен.

- На профсоюзном собрании нам пообещали помочь узаконить землю. Для этого какое-то время требовалось отработать бесплатно, что мы и сделали, - говорит она.

Узаконения, если оно и было обещано, так и не произошло. В 2013 году Ирина узнала, что в своем доме она проживает на птичьих правах. В подобной ситуации оказалось еще около двадцати человек. Среди них и пожилые люди, и дети. И всем им совершенно некуда идти.

- Птицефабрика продала свои земли подсобного хозяйства некоему Владимиру Мошкину. Наши небольшие участки оказались проданы вместе с огромной площадью подсобного хозяйства, - рассказывает Ирина.

По словам женщины, о том, что они теперь живут на чужой земле, она и ее друзья по несчастью узнали от непонятных людей, которые приехали на джипах.

- Сначала говорили, что мы можем остаться в качестве работников. На проданной территории сейчас строятся коттеджи. Получается, они предлагали нам работать на новых хозяев? В качестве кого? Мы что, совсем бесправные люди? – недоумевает Ирина.

Мировое соглашение

Прошлым летом у жителей начались суды. При этом дело Ирины Баторовой выделили в отдельное судопроизводство. В первой инстанции женщина суд проиграла – ее обязали снести самоволку и освободить участок земли.

Она подала апелляционную жалобу в Верховный суд, и, как утверждает, выиграла суд. Параллельно с этим проходили суды между остальными жителями и Мошкиным. Жители уверяют, что на них постоянно давили, именно поэтому они согласились на мировое соглашение.

- Именно что морально давили, - объясняет еще один из жителей Виктор Намсараев. – Нам буквально пришлось согласиться на эти условия – вывезти наши дома в срок до 31 марта 2014 года.

На грани бедности

У них нет почтового адреса и никогда не было. С недавнего времени нет и электричества. Ближайшая автобусная остановка – в нескольких километрах. Достаточно тяжелые для существования условия, но другого жилья у этих людей нет.

- Мы все фермеры, держим подсобное хозяйство, - рассказывает Ирина.

Фермерством занимается и 27-летняя Люба.

- Проходите, сейчас маму позову, - приглашает в дом улыбчивая светловолосая девушка.

Когда в комнату входит пожилая бурятка, поймав наш недоуменный взгляд, Люба объясняет:

- Мама мне не родная…

- Ну как не родная, уже родная, - авторитетно поправляет вошедшая женщина.

Анна Эрхитуева 20 лет назад работала в одном из детских домов. За время работы очень привязалась к круглой сироте. И, уходя на другое место работы, просто не смогла оставить ребенка в детском доме.

-Ну мне и директор говорит: забирай ты свою девочку, не мучайся, - смеясь, вспоминает Анна Эрхитуева. - Я и забрала…

Сейчас Анна выходит из дома редко – здоровье не то. Пожилая женщина с трудом передвигается и по дому. Ухаживает за ней Люба. Переезжать и пенсионерке, и ее воспитаннице некуда.

И таких историй в этом маленьком поселке много. Почти всем некуда идти. Каждый второй находится на грани бедности. Пополнить ряды городских бомжей эти люди могут уже совсем скоро.

«В этот период жило много случайных людей»

За комментарием «Информ Полис» обратился к Туяне Баглаевой, представителю истца Владимира Мошкина.

- Собственник земли - Владимир Мошкин, а данные граждане проживают на этих земельных участках незаконно, - прокомментировала она. – Они утверждают, что являются бывшими работниками птицефабрики, тем не менее, руководство самой птицефабрики говорит об обратном.

Есть и документы, подтверждающие слова юриста. В официальном ответе на запрос директор улан-удэнской птицефабрики поясняет, что все эти люди в штате никогда не числились, следовательно, заработную плату не получали и служебным жильем не обеспечивались. «Все работники улан-удэнской птицефабрики трудоустраивались официально… по словам очевидцев, в период развала фабрики в служебном жилье подсобного хозяйства жило много случайных людей» - такой ответ звучит в письме.

- Это посторонние люди, которые заехали в пустые дома и стали там жить. Они согласились с тем, что находятся там незаконно. Мы постарались пойти им навстречу и заключили мировое соглашение, согласно которому они могут бесплатно забрать дома и съехать с этой земли. При том, что постройки эти они не строили, затраты по их возведению не несли, - говорит Туяна Баглаева.

Туяна уверена: Ирина Баторова считает, что выиграла Верховный суд из-за своей юридической неграмотности.

- Формулировка суда звучит так: «Баторова Ирина не является лицом, осуществившим строительство жилого дома на земельном участке истца, ее владение постройкой не обусловлено сделкой с лицом, возведшим данную постройку, в связи с чем Баторова не может быть признана надлежащим ответчиком по требованиям истца о сносе данной постройки», - цитирует Туяна. – Следовательно, суд приходит к выводу, что Баторова проживает там незаконно и, поскольку у нее нет прав на участок и дом, он не может обязать ее снести дом своими силами.

Сторона Мошкина считает, что активная борьба жителей и обращения в СМИ обусловлены только жаждой нажиться за чужой счет.

- Им недостаточно, можно так сказать, подаренных им домов, как всегда, люди хотят чего-то большего, - считает сторона истца.