В 2000-м году в Одесском национальном университете им. Мечникова начинает функционировать новая специальность – «Журналистика». Время от времени в процессе учёбы студентам раздают бесплатно какие-то учебные пособия по журналистике – яркие, красивые книги, на хорошей бумаге, с качественной полиграфией. Книжки выглядят достаточно авторитетными изданиями, они доступно и убедительно составлены, удобно структурированы. В целом, можно сказать, что они вызывают желание учиться по ним и следовать тому, что в них написано.

Автор публикации в блоге info-ukr-tv.livejournal.com подробно останавливается на одной из них. Она называется «Техніка репортажу». Издание финансируется Министерствами иностранных дел республики Франция и Королевства Нидерландов.

Пристального внимания заслуживают репортажи, приведённые в качестве примеров.

Первый материал, достойный анализа – «Латвия под дождем» (Дар'я Аверченко, «Дзеркало тижня», №37 (565), 24 – 30 вересня 2005 року). Он даже сохранился в архиве на сайте газеты.

Весь текст репортажа написан в романтично-восторженном духе: автор представляет нам Латвию, как некий рай на земле. Тут и красивая архитектура, которую бережно реставрируют, и тенистые парки, и затейливые мостики, и природа, и культура, и театры, и ухоженные памятники, и приветливое население, и вкусная кухня в местных ресторанах, и незабываемые загородные ландшафты – всё это описано в высшей степени эйфорично. Одним словом, не страна, а сказка – и, конечно, всё благодаря Евросоюзу.

Переворачиваем страницу. И сразу, на контрасте – заголовок: «Люди-кроти Бурятіїї».

«В Улан-Уде – чудернацькі притулки для бездомник зросли лід землею. Бомжі – їх 65, тих, хто живе в халабудках під землею, що окопали у передліску на звалищі неподалік від Улан-Уде. Саме це їх і принадило. Сміття. Через по­рожні пляшки. Вони їх збирають, миють, здають. Так і перебиваються. Чотири роки тому їх тут було тільки 28. «Улітку, коли потеплішає, інші теж оселяться тут». Табір людських нір. Поселення бомжів під землею. І розмови та чутки, які розносяться по цих землянках, ті ж самі – закриття заводу, скорочення кадрів». (В Улан-Удэ - странные приюты для бездомник выросли под землей. Бомжи - их 65, тех, кто живет в халабудках под землей, окопали в передліску на свалке неподалеку от Улан-Удэ. Именно это их и привлекло. Мусор. Через пустые бутылки. Они их собирают, моют, сдают. Так и перебиваются. Четыре года назад их здесь было только 28. «Летом, когда потеплеет, другие тоже поселятся здесь». Лагерь человеческих нор. Поселение бомжей под землей. И разговоры и слухи, которые разносятся по этих землянках, те же самые - закрытие завода, сокращение кадров. Здесь и далее - перевод Яндекс.Ру)

В отличие от репортажа из Латвии, репортаж из России – нарочито тяжёлый, мрачный, нагоняющий тоску. Автор то и дело делает акцент на бедности всего региона, на закрытии предприятий, на бюрократизме, на безысходности, на невозможности вернуться со свалки в нормальную жизнь. При этом будто бы вскользь отмечает, что «за сприяння голандців, родина з новонародженим змогла знайти нове людське приміщення та перебратися [зі звалища] в нього». (при содействии голландцев, семья с новорожденным смогла найти новое человеческое помещения и перебраться [со свалки] в него).

Если в «латвийской сказке» всё преувеличенно красиво, почти волшебно, то в «российском ужастике» автор, напротив, то и дело смакует мерзкие, отвратительные подробности жизни бродяг на свалке: «Звалище для них – золотоносна жила. Окрім пляшок, 65 бомжів знаходять тут поламані холодильники, пральні автомати, які вони якось «налагоджують», а також «заморожені або гнилі» овочі та фрукти, які вони перебира­ють, ще й взуття. «Багатії багато чого викидають на звалище», – всміхається Таня. Але з часом справи погіршали. «Раніше ми шукали риб'ячі хвости для котів. Сьогодні ми з них робимо тєфтєльки». (Свалка для них - золотоносная жила. Кроме бутылок, 65 бомжей находят здесь поломанные холодильники, стиральные автоматы, которые они как-то «налаживают», а также «замороженные или гнилые» овощи и фрукты, которые они перебирают, еще и обувь. «Богачи много чего выбрасывают на свалку», - улыбается Таня. Но со временем дела ухудшились. «Раньше мы искали рыбьи хвосты для котов. Сегодня мы из них делаем тефтельки).

Красной нитью по всему репортажу проходит мысль о том, что в Улан-Удэ плохо абсолютно всем жителям, причём с течением времени им становится только хуже. И бомжам (это люди рабочих профессий, которые из-за закрытия производства оказались на свалке), и богатым (из отрывка о рыбьих хвостах мы как бы невзначай узнаём о том, что богачи стали выбрасывать на свалку меньше хороших продуктов). Ну, и, наконец, не менее красноречивый финал: «Водій однієї зі сміттєзбиральних машин, який вивезе вас до міста з цієїнелюдської місцевості, анітрохи не зневажає їх. Він заробляє в місяць десь 100 рублів чистими, а на папері близько 600. «Без зарплатні моєї дружини я не знаю, що б ми робили. (...) Всі ми однакові. Тільки вони живуть у норі, а я – в квартирі». (Водитель одной из мусороуборочных машин, который вывезет вас в город с цієїнелюдської местности, нисколько не презирает их. Он зарабатывает в месяц где-то 100 рублей чистыми, а на бумаге около 600. «Без зарплаты моей жены я не знаю, что бы мы делали. (...) Все мы одинаковые. Только они живут в норе, а я - в квартире).

Отметим, что время написания репортажа о бомжах из Улан-Удэ неизвестно, однако он написан не позже 2006 года – когда, собственно, был издан весь сборник.

Вот так создатели учебника пытаются воздействовать на сознание читателя. На первый взгляд, примеры подобраны будто бы случайно. Авторы вроде бы не призывают открыто к каким-то чувствам и действиям. Однако восхищение Европой и «ненависть и отвращение» к России и россиянам – это лейтмотив большинства репортажей-примеров. В некоторых это звучит явно, в других – прослеживается на уровне нюансов, намёков, недомолвок. Но так или иначе, данный акцент присутствует везде, резюмирует автор поста на аккаунте info-ukr-tv.livejournal.com.

Фото info-ukr-tv.livejournal.com