Ровно 109 лет назад в транспортной службе исправительной системы завели мотор первого тюремного фургона. До этого только на лошадях или вообще пешим ходом. Как и на чём перевозят по этапу, показали журналистам на дне «открытых автозаков». На вопрос, комфортно ли ездить заключённым и не страшно ли с ними, сотрудники ГУФСИН предложили самим прокатиться. Об этом в сюжете vesti.irk.ru.

Журналист рассказывает, что ощущение, если честно, жуткое. Тем более, говорят, плохая примета — сниматься в камере.

— Страшно, жарко, душно. Но жить можно! 
— Им тут, говорят, музыку не включают. Без шансона едут! 
— Да надо было петь! — говорит фотограф Кирилл Шипицин.

 Едут порой по 12 часов. Изредка останавливаются на обед и отдых. И снова по этапу. Две камеры по 15 человек. И так называемый стакан для тех, кого нужно оградить от остальных. Тесно, как в спичечном коробке. В остальном машина даже комфортна. Обогрев,кондиционер, биотуалет — для класса «люкс» не хватает разве что кожаных кресел. Зато есть сразу несколько конвоиров, следящих за порядком.

 — Категорически запрещено нарушать режим содержания. То есть, курить, ругаться матом, наносить татуировки. 
— А были такие случаи, что кто-то наносил татуировки во время поездки? 
— Это крайне редко, но бывали, — говорит начальник караула управления по конвоированию Сергей Котецкий.

 Есть транспорт для больных — с носилками. В таком авто дежурит врач. Следом всегда едет ещё машина — она для вещей и сухпайков, которыми кормят осуждённых.

Во время поездки за заключёнными также наблюдает камера. Сигнал которой передаётся на монитор. Чтобы ничего не стряслось по дороге.

Стальные стены, конвой с оружием, видеонаблюдение. Неприступная крепость на колёсах. Но на чеку быть приходится всегда.

— Ухищрений для совершения побегов предостаточно. Но мы должны знать, распознавать и делать так, чтобы у осуждённых не было шансов, — говорит начальник управления по конвоированию Владимир Омаров.

Но как пройдёт этап, зависит не только от толщины решёток в автозаке. Вряд ли заключённым показывают мишени после того, как их обстреляли конвоиры.