Напомним, российские власти вплотную взялись за спасение «жемчужины Сибири» минувшей осенью. Тогда стало известно о создании программы «Байкал: великое озеро великой страны». Этот проект обсуждался на заседании президиума Совета по стратегическому развитию. Он был инициирован представительством «Деловой России» в Иркутской области и доработан аппаратом Белого дома и аналитическим центром при правительстве России, писал «Коммерсант». Сообщалось, что цель наработок – объединить все действующие программы по озеру с целью «эколого-ориентированного экономического развития» трёх байкальских регионов – Бурятии, Иркутской области и Забайкалья.

Инициаторы проекта выступили и с конкретными предложениями. Во-первых, создать в прибрежной зоне и акватории Байкала современную инфраструктуру по сбору и переработке отходов. Во-вторых, провести реконструкцию очистных сооружений близ крупнейших источников загрязнений. А ещё – наладить систему сбора нефтяных разливов и сточных вод для судов, запретить использование моющих средств с фосфатами в прибрежных населённых пунктах и даже создать на Байкале международный центр прикладных экологических исследований и разработок. Инициатива предполагала и ряд инфраструктурных проектов, включая реконструкцию портов и мостов.

По поручению президента страны Бурятия должна была разработать паспорт новой программы на своей территории. Республика направила свои предложения в Минприроды России. В списке значилось почти 200 пунктов на 318 миллиардов рублей. Но в апреле выяснилось, что из амбициозного проекта «вычеркнули» всю экономику, инфраструктуру и туризм, сделав акцент на экологии. Название программы федералы тоже упросили, поменяв его на «Уникальный Байкал».

«Реакции нет»

По этому поводу на пресс-конференции 11 мая высказался губернатор соседнего Приангарья Сергей Левченко. Он попросил российского премьера Дмитрия Медведева поддержать полную версию госпроекта по Байкалу.

- Я написал письмо премьер-министру и министру природных ресурсов, чтобы поддержать составленную программу. Над ней очень долго работали многие министерства, ведомства, эксперты. Пока официальной реакции у меня нет, – сообщил Левченко журналистам.

Позицию Иркутской области поддержали в Бурятии, где беспокоятся, в частности, о социальном благополучии местного населения в условиях экологических ограничений на Байкальской природной территории, сообщает ТАСС. Как отмечала ранее в беседе с изданием председатель комитета по туризму республиканского Минэкономики Баярма Цыдыпова, в паспорт проекта закладывались предложения по строительству туристских кластеров и развитию новых территорий – Баргузинcкого и Курумканского районов, Северобайкальска, лечебного курорта Хакусы и мыса Котельниковский на северо-западном побережье озера. По её словам, в условиях ограничений непонятно, «что делать местному населению, как развивать территории и строить туристскую инфраструктуру».

Опрошенные изданием эксперты сошлись во мнении, что при финансировании исключительно природоохранных мероприятий на берегу озера бюджетные средства будут «освоены». А вот Байкал – одна из визитных карточек России – так и останется в неприглядном виде. Кроме того, рост потока туристов без развития соответствующей инфраструктуры уже сейчас приводит к сильнейшей антропогенной нагрузке на заповедные территории Прибайкалья.

Иркутский эколог, руководитель фонда «Возрождение земли Сибирской» Елена Творогова, в свою очередь, заявила: в ближайшие годы без строительства специальных троп и переориентации турпотоков c особо охраняемых природных территорий на Байкале под угрозой исчезновения может оказаться целый ряд эндемиков.

«Много денег просто разворовали»

 Известный эколог, председатель Бурятского регионального объединения по Байкалу Сергей Шапхаев в разговоре с ИА «Regnum» заявил, что в проекте «Уникальный Байкал» не хватает бизнес-составляющей.  

- Изначально, когда он назывался «Байкал: великое озеро великой страны», там было три части: экологический блок, создание системы управления и благоприятной инвестиционной среды, а также поддержка «зелёного бизнеса», в частности, экологического туризма. Но поддержка предусматривалась и для других видов деятельности,  – пояснил учёный. – Речь шла о том, что можно назвать «зелёной экономикой».

В качестве примера он привёл оздоровительный и этнокультурный туризм, развитие нетрадиционных видов энергии и бизнес, связанный с очисткой сточных вод. 

- Очень жаль, что блоки, где как раз мы предлагали систему контроля показателей и индикаторов эффективности тех или иных инвестиционных проектов, «выкинули». Оставили только экологический. В результате получился затратный проект, в котором нет системы отбора и контроля за инвестициями, – пояснил Сергей Шапхаев. – Есть опасения, что всё произойдёт по принципу «хотели как лучше, а получилось как всегда».

Эксперт отметил, что недостатки были и у предыдущих проектов, которые реализовывались через федеральную целевую программу, в частности, по охране озера Байкал. Ещё одна ФЦП была связана с выполнением водного кодекса, напоминает ИА «Regnum».

- Я считаю, что очень много денег просто разворовали, поэтому получился столь низкий результат. Например, очистные сооружения, которые построили в районе села Максимиха. Оказалось, что они рассчитаны на 80 тысяч человек, а в Максимихе живёт максимум 5 тысяч, – рассказал эколог. – Никакого механизма отбора этих проектов, того, что называется системой стратегического планирования, на тот момент в республике не было выстроено. Мы как раз внесли предложения на этот счёт, даже разработали специальный блок, согласно которому можно было бы проводить постпроектный экологический контроль и мониторинг. Всё это убрали по одной простой причине. Мне кажется, что речь идёт о какой-то межведомственной борьбе за финансовые потоки. За экологию у нас выступает Минприроды, а за развитие – Минэкономики. Аналитический центр при департаменте экономического развития в правительстве как раз связан с Минэкономики, и они готовили именно эти два блока – создание благоприятной среды для «зелёного бизнеса» и механизмов, которые бы «отсеивали» опасные для Байкала проекты.

Несбалансированный проект

По мнению Сергея Шапхаева, поддержка «зелёного бизнеса» сегодня крайне необходима – чтобы люди могли спокойно жить и работать на берегах великого озера.

- Совершенно ясно, что если население будет находиться и дальше в таком же нищенском состоянии, то оно будет заниматься нелегальными видами бизнеса – браконьерствовать, поджигать лес, чтобы потом рубить горелый, и так далее. Когда убрали блок развития, проект стал несбалансированным. По моему мнению, должны быть источники финансирования, которые зависят не только от федерального бюджета. Одной из основных идей этого проекта как раз и была идея задействовать местный бизнес и создать систему отбора инвестиционных проектов, дружественных Байкалу – в рамках программы «Шёлковый путь», – отметил он.

Сергей Шапхаев напомнил: полномочный представитель президента в Сибири Сергей Меняйло во время своего недавнего визита в Бурятию также признал, что проект «Уникальный Байкал» – несбалансированный. 

- Одними экологическими мероприятиями мы экономику и социальную сферу не разовьём. Ваша программа коренным образом отличается от той, что предлагают два региона. Я бы попросил рассмотреть их предложения, – обратился полпред к замминистра природы России Сергею Ястребову. – Надо найти баланс – чтобы и природу сохранить, и регионы были развиты, и рабочие места были, и уровень зарплаты – не только среднероссийский, но и выше. 

Бизнес-составляющая «провисла»

Перспективы проекта «Уникальный Байкал» для  ИА «Regnum» прокомментировал и депутат Государственной думы от Бурятии Николай Будуев. Он подчеркнул:  на этот счёт есть два мнения.

- Первое выражает Минприроды России, а второе  идёт от двух регионов – Бурятии и Иркутской области, которые обратились за помощью к Сергею Меняйло. Разногласие заключается в том, что первоначально проект назывался «Байкал: великое озеро великой страны» и там было две основных составляющих. Экологическую Минприроды оставило, а бизнес-составляющая очень серьёзно пострадала и практически была сведена к нулю, хотя первоначально она в проекте доминировала, — рассказал Николай Будуев.

Однако, по мнению депутата, из-за этого оценивать проект как «плохой» нельзя.

- На самом деле это нормальный проект, в котором предусмотрена очень большая работа, но бизнес-составляющая действительно «провисла». Её нужно лучше обосновать, – подытожил Будуев.