Вячеслав Наговицын посетил Усть-Кяхтинский свинокомплекс и заявил, что возьмет ситуацию на этом предприятии под личный контроль. Правда, брать под контроль здесь уже практически нечего — в результате применения различных «схем модернизации» от свинокомплекса ничего, кроме брошенных на произвол судьбы работников, не осталось

На встрече президента РБ с коллективом Усть-Кяхтинского свинокомплекса работники попросили Вячеслава Наговицына вернуть предприятие в муниципальную собственность

-Я уверен, что будет заведено уголовное дело, и, возможно, кто-то сядет, — сказал президент, ознакомившись с печальной ситуацией на свинокомплексе во время визита в Кяхтинский район.

Этой истории уже очень много лет. Усть-Кяхтинский свинокомплекс — единственное предприятие в Бурятии такого рода, сохранившееся с советских времен. Под руководством его бессменного директора — Геннадия Поломошнова — оно сумело пережить «лихие девяностые». При этом не подверглось приватизации с последующим растаскиванием, как большинство других предприятий, а осталось в собственности Кяхтинского района.

Но ничто не вечно на земле, в т.ч. и человеческая жизнь. Геннадий Поломошнов, долгие годы боровшийся за существование свинокомплекса, вышел на пенсию, а вскоре, в 2006 году, скончался. Сразу после этого вокруг комплекса развернулась нездоровая активность.

В 2006 году предприятие было приватизировано. Новым хозяином стало ОАО «Бурятмясопром», уже тогда переживавшее большие финансовые затруднения. К этому времени на комплексе содержалось около девяти тысяч свиней.

Как раз тогда стартовал национальный проект «Сельское хозяйство». Под него руководство Бурятмясопрома выбило кредит в 600 миллионов рублей. В прессе озвучивались грандиозные планы по модернизации свинокомплекса. На первые транши кредита (около 300 миллионов рублей) даже началось строительство новых корпусов и было закуплено оборудование из Германии, которое прибыло в 27-ми запечатанных контейнерах. Работники, в свою очередь, строили честолюбивые планы по увеличению поголовья свиней с девяти до 38-ми тысяч голов.

Но в один далеко не прекрасный момент все завершилось. У Бурятмясопрома начались проблемы, вплоть до остановки производственных линий и введения в отношении этого предприятия процедуры банкротства. А на свинокомплекс нежданно нагрянули сотрудники управления по борьбе с экономическими преступлениями — было вполне обоснованное подозрение, что кредиты по нацпроекту руководство Бурятмясопрома брало вовсе не для развития предприятия. Было арестовано имущество предприятия. Контейнеры с новым оборудованием для обновления комплекса остались стоять мертвым грузом на территории свинокомплекса.

В то время еще оставались какие-то надежды на возобновление работы комплекса. В контейнерах, вопреки распространенному тогда мнению о том, что они пустые, какое-то оборудование все-таки было. Инженер по охране труда и технике безопасности Николай Гродецкий рассказывал, что из-за поломки техники им пришлось один контейнер разгружать вручную. Он был вскрыт — там оказались пластиковые плиты для покрытия пола в свинарниках.

Жизнь свинокомплекса к тому времени сильно изменилась. Выручка предприятия становилась все меньше, да и те деньги, что поступали, расходовались как-то странно. Средств на корма для животных, в частности, выделялось крайне мало. В 2008 году газета «Номер один» писала, что свинокомплекс местные жители стали называть «концлагерем для хрюшек». К концу «правления» компании Бурятмясопром в комплексе оставалось лишь около трех тысяч голов свиней.

В мае прошлого года собственником свинокомплекса стало ОАО «Забайкалье», которое выкупило у банкротящегося Бурятмясопрома на аукционе это предприятие. Это событие стало завершающим аккордом затянувшейся драмы.

Еще в процессе аукциона были разговоры о том, что забайкальцам предприятие не нужно:

- Мы получаем сведения о том, что в Кяхтинском районе, в коридорах республиканской власти о нашем предприятии распускают слухи. Некие должностные лица, которых я пока не буду называть, говорят о том, что будто бы мы собираемся распродать предприятие по частям, вывезти, уничтожить. Это какая-то нелепость! — говорил тогда гендиректор ООО «Забайкалье» Виктор Имеев.

Очень жаль, что Виктор Имеев не назвал имен этих людей. Потому что в итоге оказалось, что именно эти безымянные люди, распускавшие «нелепые» слухи, оказались абсолютно правы. Сразу после прихода компании «Забайкалье» в Усть-Кяхту были вывезены контейнеры с оборудованием, которые стояли на территории комплекса свыше пяти лет. К осени были вывезены последние свиньи и, кроме того, увезены трактор, грузовик и автомобиль «Волга», находившиеся в собственности предприятия.

Работники предприятия называют эти действия не иначе, как рейдерским захватом. Президент на встрече с коллективом свинокомплекса сказал, что возьмет ситуацию под свой личный контроль:

- Это чисто мошенническая схема, когда покупатель берет за один миллион, потом распродает ее же за триста миллионов, — сказал президент.

Еще 15-го февраля на пресс-конференции президент Наговицын упомянул в ряду громких рейдерских захватов имущества и свинокомплекс в Усть-Кяхте. Он попросил правоохранительные органы обратить на это пристальное внимание.

Предприятие уже много месяцев не выплачивает заработную плату своим работникам. Усть-Кяхтинский свинокомплекс, благополучно выживший в «лихие 90-е», в конце 2000-х оказался на грани банкротства. И оно случилось зимой 2010 года. Процедура конкурсного управления была введена 12-го декабря 2010 года. Был назначен конкурсный управляющий, который пообещал, что проведет процедуру «максимально быстро».

Но это будет непросто, потому что задолженность предприятия перед кредиторами составляет около полумиллиарда рублей. А в собственности свинокомплекса, после разгрома 2010 года, остались лишь недостроенные корпуса, да и, как образно выразились работники, «два пальца загнуть, и один посередине. Вот что осталось!».

— В лучшем случае объект будет продан с аукциона какому-либо инвестору, и тот начнет возрождение предприятия. В худшем оно будет продано отдельными частями — на кирпичи. Но это самый плохой вариант, после которого ничего не останется, — сказал президент.

Для предотвращения худшего сценария президент предложил конкурсному управляющему «не жадничать, а продать остатки по справедливой цене, чтобы у инвестора остались деньги на вложение в непосредственное производство».

Между тем, работники заявили, что видят возрождение предприятия лишь в его обратной передаче в муниципальную собственность. Но президент их в этом не поддержал. По словам президента, это не лучший сценарий, он предложил возложить все надежды на приход нового владельца, «который будет работать, а не заниматься вывозом оборудования». Но остались ли в стране еще такие люди, большой вопрос, сообщает «Номер один».