Корреспондент газеты «Буряад Yнэн» Александр Махачкеев побывал на старинном кладбище крещеных бурят и нашел потомков некогда богатого рода Степановых. 

При въезде в Бичур­ский район со сто­роны Мухоршиби­ри, слева от трассы, расположено небольшое кладбище. За ним виднеется деревня Дабатуй, а далее ле­жат сёла Шанага, Хонхолой и Потанино. Прямо же по ос­новной трассе, старинному бичурскому тракту, распо­ложен Шибертуй. 

На этом кладбище находятся могилы крещёных бурят. Судя по сохранившимся надгробиям в виде чугунных плит и памятников с креста­ми, они датируются концом XIX – началом XX веков и при­надлежат в основном членам одного рода Степановых. В Бурятии подобное надгробие известно в селе Хасурта в Хо­ринском районе. «На право­славном кладбище Хасурты сохранилась могильная плита, литая из чугуна в Петровском заводе. На ней надпись гласит: «Раб божий инородец Вахру­шев Пётр Андриянович, умер 7 сентября 1876 г. После себя оставил поколение в 42 чело­века» (Гармаева Т.Ф. О чём по­ведал старый тракт. Хоринск – Иркутск, 2013. Гармаева. с. 154). Вероятно, такие же пли­ты и памятники на могилах православных бурят сохрани­лись и на других старинных кладбищах Забайкалья, учи­тывая масштабы христианиза­ции коренного населения. 

Самая ранняя из них, в Дабатуе, принадлежит, жене Федота Степанова. Дословно: «Здесь покоится раба Божия инородческая жена Федота Емельяновича Степанова из буряток выкрещеная Федосья Арьяновна. Жившая от роду 97 лет. Волею Божъею умер­ла 1891 г. Тезоименование ея празднуется 29 мая». Основа­телем рода был, скорее всего, отец её мужа Федота - Емельян Степанов, пришедший в лоно православной церкви в кон­це или в середине XVIII века. Сама Федосья, видимо, была крещена уже в замужестве, т.к. её отчество - Арьяновна. Отца звали Арья, бурятским именем санскритского проис­хождения. 

Рядом с ней могилы сына, невестки и других родствен­ников. Её сын, крещёный ино­родец Хоринского ведомства Барун-Хоцайского рода Ши­бертуйского родового управ­ления Иван Федотович Сте­панов, умер 3 октября 1897 г. в возрасте 75 лет. Здесь же по­хоронена его жена Мария По­таповна Степанова, умершая 23 мая 1896 года также в воз­расте 75 лет. 

Ненамного пережили Ива­на Федотовича его сын Инно­кентий и невестка Екатерина. Как гласит надпись на памят­нике с крестом: «Здесь по­коится раб Божий инородец Хоринского ведомства Барун- Хоцайского рода Шибертуй­ского родового Управления Иннокентий Иванов Степа­нов. Живший от роду 45 лет волею Божьею умер 8-го Ок­тября 1902 г. Тезоименитство его празднуется 26 ноября». Его жена Екатерина Ивановна умерла 18 июля 1902 г. в воз­расте 47 лет. Над её могилой установлен такой же памят­ник с крестом. 

Золотой век рода 

Основатель рода Емельян Степанов и его сын Федот жили около Бады, ныне по­сёлок в Забайкальском крае. В Бичуру переехал уже Иван Федотович Степанов. Жена его была из Усть-Хилка. Она, очевидно, тоже была крещё­ной буряткой не в первом по­колении, поскольку имела от­чество - Ивановна. 

По преданию Степановы из Бады приехали большим обо­зом, в том числе на нескольких тройках. Тройка - это старин­ная русская упряжка лошадей, использовавшаяся на почте и нехарактерная для бурят. Ско­рее всего, Степановы занима­лись почтовой гоньбой на Мо­сковском тракте. 

На Бичурском тракте они стали содержать почтовую станцию «Заганский Станок». А в те времена содержали станции, работали ямщиками и русские и буряты: «Старо­жилы вспоминают многих ямщиков, среди которых на­зывают Мантырьянова Бато, возившего почту до Еравны, Байбородина Петра, Бели­кова Архипа, Гуляева Павла из Шэбэтэ, Балмадаевых Ду­гура и Балдана – ямщиков в Ара-Байсе, Ринчинова Очира из Кодунского станка, Дагба- Доржо Дондокова и Цыбена Нимаева из Байсын-Эбыра, гонявших ямщину до Телем­бы и даже возивших самого Каппеля. В местности Шэбэтэ почтовый станок содержал Тайгуев Дудэй и осуществлял передвижение почты между станками Анинск и Попере­ченский в 1880-1890 г. Для перевозки он имел 15 пар лошадей и личную печать, которая сегодня хранится в Хоринском районном крае­ведческом музее» (Гармаева. с.44). 

Будучи почтовыми служа­щими Степановы получали жалованье, а помимо оплаты за службу, ямщики наделя­лись землей, освобождались от налогов и податей. 

Почтовая гоньба являлась одним из видов предприни­мательства, приносила значи­тельные доходы (на каждую пару лошадей казна платила им по 1800 рублей, не считая прогонных денег, которые взимали почтосодержатели с проезжающих). Для обслужи­вания гоньбового хозяйства нанимали ямщиков (по одно­му ямщику на каждую пару лошадей), дворников, сторо­жей, писарей и стряпух. 

Особенно это дело было развито у нойнов иркутских бурят. Так, тайша М. Бунаев в 50-х годах держал 8 почтовых пар, а в 60-80-х годах – от 6 до 10 пар, тайша Д. Васильев в 80-х годах – 5-6 пар, Р. Да­шинов в 70-х годах – 16 по­чтовых лошадей, или 5 пар (НАРБ, ф.32, оп.14, д.2, л.342). По несколько почтовых пар держали тайша Верхоленско­го ведомства Б. Орхоков и го­лова Капсальской инородной управы Хадеев. 

А бичурские Степановы имели рысистых лошадей, специально привезённых из Томска. На этих лошадях Иван Федотович выигрывал скачки и бега, за что однажды полу­чил в награду от губернатора золотой червонец. Это был зо­лотой век рода, прерванный общественно-политическими потрясениями. 

По всему миру 

Революции и войны раз­метали многочисленных по­томков Ивана Федотовича Степанова по всему свету. До­подлинно известно, что они есть в России, Монголии, Ан­глии и Австралии. Так, сестра Апполона Николаевича – Еле­на Апполоновна вышла замуж за купца 1 гильдии Георгия Арсентьева. Он был родом из Елани, торговал в Кяхте и Верхнеудинске. В годы рево­люции и Гражданской войны эмигрировали в Харбин, один из центров русской эмигра­ции в Китае. Там, в Харбине, его и похоронили на русском кладбище. А сын его Роман уе­хал в Австралию. В 1970 году пришло его последнее письмо родным на родину. Потомки Ивана эмигрировали в Монго­лию, где и остались. 

Но в основном потомки Ивана Федотовича Степанова остались в Бурятии: в Улан-Удэ, Бичуре и других местах. 

Потомки славного рода 

Один из них - это Валерий Леонидович Степанов, 1947 г.р., 69 лет. Он родился в селе Бичура и является правнуком Ивана Федотовича Степанова, которого буряты звали «Мунцэ Гамбол», умершего в 1897 г. в возрасте 75 лет. У Ивана было три сына: Иннокентий, Павел и Апполон, а также две дочери – они вышли замуж в карымское село Бар в Мухоршибирском районе. Валерий Леонидович Степанов родился от Леонида, сына Николая, который ро­дился от Апполона. Дочь Вале­рия Леонидовича – Лариса, её мать бурятка из Качуга, живёт в Лондоне, замужем за англи­чанином (в своё время пела в российской группе «Стрелки»), ресторатор и дизайнер. Сын Владимир работает в горноруд­ной промышленности. Живёт в Хабаровске. 

Валерий Степанов

«С большинством из род­ственников уже не поддер­живаем отношения, - говорит Валерий Леонидович. – Нас очень много. Встречаемся только на похоронах». Одни из них окончательно стали русскими. С некоторыми из них при жизни отца Валерий Леонидович виделся. Это сму­глые люди, с чёрными гла­зами, с бурятскими чертами лица. Другие «вернулись» из промежуточного состояния в буряты, но помнят, что были «крестниками». 

Например, в Шибертуе есть потомок Иннокентия Ивано­вича Степанова - Эрдэнижап. 

Также и сестра Валерия Ле­онидовича - Светлана Леони­довна, вышла замуж за бурята и стала Улзытуевой. Её дочь Татьяна Батуевна, по мужу Цыденжапова. 

Искренне уверовавшие 

Содержать породистых ры­саков и заказывать усопшим литые чугунные могильные плиты на Петровском Заво­де могли только зажиточные люди. Богатство рода Степа­новых диссонирует с извест­ным тезисом о том, что кре­стились в основном бедные буряты ради льгот, денег и по­дарков. Действительно, Рос­сийское государство и Русская православная церковь всяче­ски стимулировали переход в христианство. Новокрещёным инородцам давалась трехлет­няя льгота от платежа повин­ностей, взрослым — от одного до пяти рублей на человека, а такжераздавалисьплатки, халаты, рубашки, кирпичный чай и хлеб. 

Но ведь Степановы уже были богаты. Очевидно, они искренне уверовали в Христа.Между тем, принято считать, что в Забайкалье буряты вме­сте с верой меняли и нацио­нальность. Однако, история Степановых показывает, что на протяжении нескольких поколений они, будучи пра­вославными христианами, оставались инородцами Хо­ринского ведомства Барун-Хо­цайского рода Шибертуйского родового управления. 

О дальнейшей истории рода свидетельствуют более поздние могилы на родо­вом кладбище Степановых. Фотографии на надгробиях советского периода свиде­тельствуют о процессе русско-бурятского смешения членов рода. В то же время история Степановых говорит и об об­ратном процессе бурятизации «крестников» Бичуры.