После введения безвизового режима для жителей Бурятии Монголия стала самой доступной зарубежной страной. Конечно, всем хочется узнать с какими экономическими итогами завершил 2016 год наш самый близкий сосед и братский народ. Об этом в интервью члена правления Центробанка Монголии Чулуундорж Хашчулууна.

- Судя по общению с простыми людьми и публикациям в СМИ, видно, что состояние экономики Монголии тяжелое. Есть значительный внешний долг, по которому предстоят выплаты в 2017 году. Конечно,  может помочь программа международного валютного фонда стэнд-бай. Но это жесткие рамки для правительства и экономики. Не пора ли продавать месторождения? 

- В настоящий момент внешний долг правительства Монголии не так уж и велик, около 4 млрд долларов при ВНП (валовой национальный продукт) в 12 млрд долларов. ВНП Монголии значительно превосходит ВНП таких стран, как Кыргызстан, Грузия. Предстоят две выплаты по займам: в 2017 году - 580 млн долларов; в 2018-м - примерно 500 млн долларов. Все проценты выплачиваются в срок и проблем с ними не наступало. Размер бюджета Монголии равен 4 млрд долларов ежегодно. Экспортные доходы тоже около 4 млрд. Возможна помощь со стороны стран-доноров, например Японии. Эта страна - крупнейший донор развития Монголии за последние 25 лет.

Продажа месторождений не является необходимым условием. В Монголии 15 огромных стратегических месторождений золота, угля, меди, и сегодня эксплуатируется только один – Оюутолгой. А международные инвестиции в угольный разрез Тавантолгой по-настоящему еще и не начинались. Но переговоры продолжаются, рассматривается вариант с 4 млрд долларов инвестиций из совместного консорциума. В тендере участвуют компании из Японии, КНР и Монголии. А экспортным рынком в предложении являются страны Тихоокеанского региона. Дан толчок к развитию новых месторождений, например золота, а также новых проектов. Так что выход из затяжного кризиса в принципе зависит только от того, насколько быстро эти новые соглашения будут заключены.

Фундамент же экономики стабильный.  Монголия полностью обеспечивает себя зерном, картофелем, мясом. Скота у нас 60 млн голов. Мы имеем огромные запасы всех видов минеральных ресурсов. Введены в строй промышленные объекты по обогащению меди, угля, огромные заводы по производству строительных материалов. Поэтому в среднесрочном плане Монголия может вполне вернуться к рекордным темпам роста.

- Как думаете, если Монголия получит программу МВФ стэнд-бай, сможет ли она получить кредиты на затратные проекты типа строительства ГЭС от Всемирного банка или других финансовых организаций?

- ГЭС либо другие инвестиционные проекты не связаны напрямую с МВФ. И даже, как я говорил, помощь со стороны фонда была бы желательна, но не является абсолютной необходимостью. Например, сейчас уже построены и успешно работают две ГЭС. Строится еще одна на западе страны, проектируется еще ряд ГЭС. Это необходимо в первую очередь для стабилизации водных потоков, предотвращения весенних наводнений и более рационального использования водных ресурсов. В плане финансирования я не вижу никаких особых проблем, тем более что сейчас страна платит огромные деньги на импорт электроэнергии. Эти и другие проекты, например угольная станция в Тавантолгой, позволят успешно провести импортозамещение в энергетической области.

- Почему США мало участвуют в развитии экономики Монголии? Неужели считают невыгодным инвестировать, хотя у Америки великолепные политические преференции?

- США помогают развитию Монголии льготными кредитами и финансированием уже много лет. Общий объем американского финансирования достигает около полумиллиарда долларов на помощь в рационализации внешней торговли, создании благоприятного инвестиционного климата, развитии частного сектора. Главная помощь поступает по каналам Фонда тысячелетия (Millennium Challenge Fund) в виде пакетов или компактов, которые заключаются с правительством Монголии. Прежний пакет был завершен успешно несколько лет назад. Теперь начинается новое соглашение с Фондом тысячелетия. Предварительная работа и выбор проектов завершены.

В Монголию также инвестируют многие компании из США, хотя и не все могут преодолеть бюрократические препоны. В отличие от других стран, Америка не связывает жестко политику и инвестиции. Так, в последние годы несколько раз в Монголию приезжали президент и вице-президент США, госсекретари. Но, например, в тендере по углю американская компания Peabody проиграла. В последние годы в Монголии успешно работают американские франшизы KFC, PizzaHut, Ramada, BestWestern. Инвестируют и продают товары Caterpillar, John Deere, General Electric, General Motors, Ford. Монгольская авиалиния «МИАТ» закупила «Боинги» в США (в 2018 году будут доставлены два авиалайнера). Там же учатся тысячи монгольских студентов, и идут переговоры о свободной торговле с США. Американские компании желают инвестировать в обработку сланцев, угля, добычу газа, которого у Монголии тоже довольно много. Но главное все-таки зависит от рыночной конъюнктуры. А сейчас она не очень благоприятна для такого вида инвестиций.

- И в продолжение третьего вопроса. Недавно владелец российского сайта ARD Бато Очиров по ТВ сказал, что сегодня Монголия - экономически северная провинция Китая. Насколько он прав? Не получается ли, что удел Монголии - сырьевая база для КНР?

- Я не знаком с этим ресурсом, но думаю, что здесь явно непонимание интеграции. Например, страны ЕвраЗЭС глубоко интегрированы между собой, но никто не утверждает, что Кыргызстан, например, является провинцией России. Хотя в России работает множество киргизов. Связь экономик Монголии и Китая ограничивается, главным образом, торговлей. На уровне инвестиций главными инвесторами являются Канада и Австралия. Главным спонсором развития - Япония.

Да, китайский рынок с его миллиардным населением привлекает монгольские компании. Монголия желает продавать в Китай больше товаров, но, к сожалению, китайский рынок весьма специфичен и огражден тарифами. Пока Монголия экспортирует только ограниченный список товаров в страну, в основном руду, уголь и немного нефти. Мы бы хотели, чтобы они открыли свой рынок услуг промышленных товаров и пищевых продуктов, которых у нас множество. Вероятно, в ближайшие годы получится претворить с Китаем ряд прорывных проектов. В первую очередь в энергетической сфере. Это жизненно необходимо для роста экспорта.

В этом году также начало работу соглашение по свободной торговле с Японией, страной, чей рынок по покупательной способности является одним из крупнейших в мире. Уже есть положительные сдвиги в сфере инвестиций с Японией. Южная Корея и Монголия также разрабатывают возможность свободной торговли между собой. А вообще надо сказать, что Китай являлся главным торговым партнером для Монголии на протяжении веков. В средние века монгольские ханы даже вели войны, чтобы добиться открытия китайских рынков. Торговля с Китаем выгодна для обеих сторон, и наша задача добиться более глубокого выхода на этот огромный рынок.

- На ваш взгляд, какие перспективные высокотехнологичные отрасли могут вытащить Монголию из «сырьевого проклятия»?

- В Монголии в последнее время быстро внедряются новые технологии. В пищевой, легкой, строительной областях, в горном деле. Монголо-австралийский медный разрез Оюутолгой строит подземный карьер на глубине двух километров с десятками километров подземных шахт. Там добыча будет проводиться роботами с дистанционным управлением, множество молодых инженеров обучаются этой новейшей технологии.

Монгольская компания «Гоби» внедрила самые современные технологии окраски кашемира, производятся органические пищевые, косметические товары, которые регулярно побеждают на мировых состязаниях. В сфере коммуникаций быстро развиваются связь, интернет, очень быстро растет жилищное строительство, монгольские города меняются буквально на глазах.

Новая программа стабильного развития страны до 2030 года предусматривает дальнейшую технологическую перестройку сельского хозяйства, строительство новых промышленных мощностей в области нефтехимии. Из самых перспективных технологий я бы назвал переработку угля и производство химических продуктов, обработку сланцев, нанотехнологии по обработке шерсти, высокоскоростную мобильную связь LTE, внедрение новых технологий в сфере солнечных батарей и ветряной энергии. Уже сейчас построены новейший ветропарк и генератор электроэнергии при помощи новейших солнечных батарей. Планируется еще несколько новых станций, включая ГЭС.

Конечно, не все идет гладко, мешает и меняющаяся конъюнктура рынка и нестабильность в политике. Но уж такова рыночная экономика. В последние 10 лет ВВП страны увеличился с 1 млрд долларов до 12 млрд, Монголия стала мировым лидером по росту экономики. Теперь мы должны выходить на новый технологический уровень, до 2030 года увеличить ВВП еще в четыре раза. Как я говорил, резервы для этого есть.